О чем мечтает герцог
Шрифт:
Брат согласно кивнул. За последние несколько дней он и об этом успел подумать.
— Я пытался забыть о своей любви к ней. Я пытался остановиться. Но я не могу.
Наоми слегка улыбнулась.
— Тогда прислушайся к себе. Послушай своё сердце, Саймон. Я уже давно поняла, что моё очень редко подводит меня в жизни.
Он с улыбкой посмотрел на сестру.
— Думаю, что лучше сделать что-то и пожалеть об этом, нежели жалеть о том, что не сделал.
Её улыбка угасла.
— Да, я узнала это на собственном опыте.
Теперь была очередь Саймона взять её за руки.
— Наоми, то, что случилось с нашим братом… в это нет твоей вины. Я знаю, что ты винишь себя, но тогда ты была просто ребёнком.
У неё из глаз покатились слёзы, и в этот момент он понял, как сильно она винила себя за то, что произошло. Как сильно она нуждалась в том, чтобы кто-нибудь её простил.
— Я пыталась помочь ему, — прошептала она, её голос оборвался и это разбил его сердце. — Но он был таким тяжёлым.
Саймон смахнул слёзы, коснувшись её лица.
— Ты когда-нибудь навещала его?
Сестра покачала головой.
— Сначала мама запрещала мне делать это. Думаю, родители просто надеялись на то, что я была слишком маленькой, и поэтому легко смогу забыть случившееся. Конечно, я не забыла, но позже я слишком сильно боялась встретиться с ним.
— Ты должна пойти. Он счастлив, Наоми, по-своему. Увидев его, ты сможешь обрести душевный покой. И ещё я думаю, он будет рад заполучить нового друга.
Она вытерла слёзы и погрузилась в размышления на долгое время. Наконец, она согласилась.
— Я заключаю с тобой сделку. Я поеду навестить его, как ты того просишь, но только если ты поедешь к Лилиан.
Саймон торжественно пожал руку сестре.
— Договорились. Я отправляюсь в Лондон сразу же, как только мы вдвоём навестим нашего брата.
— Ты пойдешь со мной? — спросила она, распахнув глаза от удивления.
— Конечно, — ответил он. — Кем бы я ни был рождён, теперь это моя жизнь. И я бы не был хорошим братом и герцогом, если бы позволил тебе пройти через это в одиночку.
Но когда сестра обняла его, Саймон думал о Лилиан. И о том, как через несколько дней он снова будет вместе с ней. Это и будет для него настоящим испытанием.
Лилиан аккуратно сложила очередное платье и положила его в сумку. Она услышала, как позади неё всхлипывала Габби, но она не могла посмотреть на свою подругу, потому что боялась, что тоже расплачется.
— Это несправедливо. Как папа может тебя выгнать?
Лилиан вздохнула. Прошла неделя с тех пор, как они покинули поместье Саймона и три дня с их приезда в Лондон. В это время отец Габби, граф Уотсенвейл, уже знал, что репутация Лилиан погублена, и что она не собирается выходить замуж.
— Твой отец просто пытается защитить тебя, Габби. Мое поведение отразится на тебе и твоей семье, если я останусь здесь.
— Но…
Лилиан остановила подругу, отрицательно покачав головой.
— Я знала, какой исход будет у этих событий, когда начинала всё это. Я сама заварила эту кашу, мне не на что жаловаться теперь. Кроме того, твой отец не выгоняет меня, граф нашёл мне место гувернантки.
— В Шотландии, — простонала Габби.
Лилиан покачнулась от страха. Девушка старалась не думать об этом своём новом назначении.
— Ну, я слышала, что некоторые части Шотландии довольно милые.
Габби сложила руки.
— Но не это место. Там холодно, скучно и совершенно никого нет.
Лилиан начала снова перебирать вещи, только чтобы чем-то занять руки.
— Хорошо, тогда меня там ждёт покой и тишина.
На это Габби крепко сжала её плечо и повернула к себе.
— В том доме восемь детей, Лилиан. Восемь! И я слышала некоторые разговоры слуг. Они говорят, что дети ужасно непослушны. Чудовища, которые чуть не довели двух женщин до сумасшествия.
— Ты даже не пытаешься помочь мне, Габби, — выдавила Лилиан, освобождаясь из объятий подруги. — С этим ничего не поделаешь, и поэтому я должна найти в этом как можно больше положительных моментов.
Подруга мгновение колебалась, но затем она обняла Лилиан и крепко прижала к себе.
— Прости меня. Я просто так сильно расстроена тем, что, возможно, никогда тебя больше не увижу. Как я переживу это?
Лилиан обняла её в ответ.
— Понимаю.
Она старалась не думать обо всём, что ей придется оставить, когда она уедет из Англии. Действительно, утрата поддержки и дружбы Габби была тяжёлым испытанием. Но также был ещё её брат, с которым у неё не было возможности связаться и сообщить об отъезде.
Но помимо всего этого… был Саймон. Если бы она осталась в Лондоне, существовала хоть бы незначительная возможность того, что она встретит его на улице или увидит в магазине. Несмотря на то, насколько бы это было мучительно, в конце концов, она хотя бы могла взглянуть на него мельком.
Но теперь это было невозможно.
И как она уже сказала Габби, она сама заварила эту кашу. И всё, что вытекало из этого, также заслуживала.
Девушки разомкнули объятия, и Лилиан вытерла слёзы Габби.
— Пожалуйста, пообещай, что ты простишь своего отца, — тихо попросила она. — Он поступает обоснованно. Он мог просто выкинуть меня на улицу без размышлений. Но, по крайней мере, в сложившейся ситуации у меня будет крыша над головой и немного денег. Я не могу просить о большем, и благодарна ему за доброту. Ты тоже должна быть ему благодарна.
Габби скривила губы, но, в конце концов, кивнула.
— Ты должна писать мне. Пообещай, что не забудешь об этом.
— Забуду! — засмеялась Лилиан. — Ты будешь моим единственным развлечением в этом богом забытом и диком месте. Я, скорее всего, буду писать тебе дважды в день, и ты устанешь слушать о болотах и детских криках.
Габби засмеялась, но смех получился невесёлый.
— Экипаж будет здесь с минуты на минуту, но я не смогу смотреть на то, как он увезёт тебя, поэтому я пойду к тете Изабел.
— Так будет лучше, — кивнула Лилиан.
— Прощай, — сдавленно выговорила Габби и затем выбежала из комнаты, даже не обернувшись.
Лилиан судорожно вздохнула, но каким-то образом смогла сдержать слёзы. Она так много плакала за последние несколько дней, что больше не хотела слёз. Теперь она должна быть сильной.