Чтение онлайн

Похожие вещи сообщает и Шекспир. Гамлет талантливо изображает безумие, дабы обезопасить себя, усыпить нарастающие подозрения короля Клавдия и довести задуманное до конца. Полоний счел, будто это повреждение рассудка произошло из-за любви к Офелии. Однако после устроенной встречи Офелии с Гамлетом, подслушивавший Клавдий заявляет: «О, нет: он не любовью болен! Его слова хотя немного дики, но не безумны. У него на сердце запало семя… оно взойдет – и плод опасен будет», с. 106.

Гамлет однажды даже проговорился, дав понять Гильденштерну и Розенкранцу, что он не совсем сумасшедший: «Я безумен только при норд-весте; если же ветер с юга, я еще могу отличить сокола от цапли», с. 101.

Повторим, что тема «безумия» принца проходит красной нитью по всему тексту как Шекспира, так и Грамматика. Они явно придавали большое значение этому сюжету и подробно его обсуждали.

Кроме того, как мы видели выше, само имя Гамлет (или Амлед) в современной Исландии используется метафорически, означая «дурак», «слабоумный».

Обратимся теперь к жизнеописанию Андроника-Христа. На первый взгляд ничего похожего здесь нет. Например, Евангелия ничего не говорят о «безумии» Иисуса. Может быть, тут параллелизм с Гамлетом неожиданно нарушается? Но нет, оказывается, все в порядке. Соответствие продолжается и, более того, сейчас мы вскроем новые и глубокие корни версий Шекспира и Грамматика.

Для этого вспомним, что сегодня известно об освещении Иисуса в иудейско-раввинских источниках [307]. Как мы уже неоднократно обнаруживали, отношение этой группы авторов к Христу скептическое и местами даже резко негативное. В целом отрицательно характеризуют императора Андроника (Христа) и некоторые византийские авторы, например, Никита Хониат, о чем мы подробно говорим в книге «Царь Славян». В его изображении царь Андроник-Христос предстает как деспот, изверг, коварный властитель. Но сейчас наиболее интересны для нас старинные раввинские документы, рассказывающие об Иисусе-Иешу.

В частности, они утверждают, что Иешу «должны побить камнями за то, что он занимался колдовством и соблазнял Израиль» [307], с. 311. Далее, сообщается, что Иешу «был близок к царскому двору» [307], с. 312. Совершенно верно: Андроник-Христос был императором, а в шекспировской версии Гамлет был принцем, сыном короля Гамлета. А вот для современных историков такое заявление иудейских документов звучит неожиданно. Недаром они недоуменно пишут: «Достаточно загадочное утверждение, если принять во внимание, что это говорится об Иисусе Христе» [307], с. 312. А для нас никакой загадки тут нет: все правильно.

А теперь о «безумии» Иисуса-Иешу. Обратимся к талмудическим текстам, в некоторых из которых (по сообщению комментаторов) Иисус выступает также под именем Бен Стада. По поводу такого имени известно следующее: «Имя матери – Мириам (Мария), а Стада – ее прозвище. Отсюда и наименование "Бен Стада" – "сын Стады", данное по прозвищу матери» [307], с. 316.

В Тос. Шаббат сказано: «Р. Элеизер (то есть Рабби = раввин Элеизер – Авт.) сказал им: ведь Бен Стада только этим способом и передавал свое учение. Ему возразили: разве ИЗ-ЗА ОДНОГО БЕЗУМНОГО можно привлекать к наказанию здравых людей?»

Далее, в Иер. Шаббат говорится: «Сказал им р. Элеизер: но ведь так Бен Стада вывез магию из Египта. Ему возразили: СЛУЧАЙ С БЕЗУМНЫМ нельзя приводить в доказательство».

В Вав. Шаббат сказано: «Не на теле ли своем Бен Стада вывез магию из Египта? Ему ответили: ОН БЫЛ БЕЗУМНЫМ, А СЛУЧАЙ С БЕЗУМНЫМ нельзя приводить в доказательство» [307], с. 315–316.

В то же время некоторые другие раввинские тексты ничего не говорят о безумии Иешу, но зато активно обвиняют его в колдовстве.

Подведем итог. Выходит, что мнение о притворном безумии Гамлета, ярко изложенное Шекспиром и Грамматиком, восходит своими корнями к иудейско-раввинской версии, согласно которой Иисус Христос был безумным. Причем, повторим, в светских вариантах довольно ясно звучит мысль, что безумие было притворным, а не настоящим. Мы видим неплохое соответствие. Становится ясно, что Шекспир и Грамматик частично творили в рамках раввинской скептической школы, относившейся в общем отрицательно как к деятельности Андроника-Христа, так и к положительной евангелической традиции, в которой отношение к Иисусу было совсем другим – весьма уважительным. Таким образом, Шекспир и Грамматик кое-где поддерживали иудейскую точку зрения.

Согласно Шекспиру и Саксону Грамматику, мать Гамлета – Гертруда (Герута) – в целом нехорошая женщина. Иными словами, более плохая, чем хорошая. Причем и Шекспир и Грамматик настаивают на такой характеристике Гертруды достаточно напористо. Устами Гамлета, например, Гертруда обвиняется в нарушении супружеской верности. В частности, принцу приписываются следующие слова: «Ты запятнала стыдливый цвет душевной чистоты: ты назвала изменой добродетель; с чела любви ты розы сорвала, и вместо их невинной красоты, цветет болезнь; в твоих устах, о матерь, обет при брачном алтаре стал ложен, как клятва игрока! О, твой поступок исторг весь дух из брачного обряда… при мрачной думе о твоих делах… Какой же черный демон толкнул тебя, играя в эти жмурки… Где ж твой румянец, стыд? Когда ты можешь, лукавый ад, гореть в костях матроны, так пусть, как воск растопится стыдливость…», с. 116–117. И так далее.

Этот обвинительный монолог Гамлета длинен и мы ограничимся лишь сказанным. Его тон абсолютно ясен. На рис. 2.32 приведена иллюстрация к трагедии Шекспира: Гамлет обвиняет мать. На рис. 2.33 – литография «Гамлет и мать».

В изложении Грамматика обвинения принца в адрес Гертруды еще более резкие: «Бесчестнейшая из женщин! Под этим притворным плачем ты пытаешься скрыть тягчайшее преступление? Похотливая, как блудница, не ты ли вступила в этот преступный и омерзительный брак, прижимая к греховной груди убийцу твоего мужа? Не ты ли ласкала с бесстыдно-соблазнительной нежностью того, кто убил отца твоего сына? Так поистине лишь кобылицы сочетаются с победителями их самцов – животным присуще поспешно и без разбора спариваться. Наверное, и у тебя по их примеру изгладилась память о первом супруге» [758:а].

Выше мы уже приводили слова Гамлета Старшего, среди которых звучали, например, и такие высказывания: «Лжедобродетельная Гертруда», с. 91.

При этом здесь тесно переплетаются две версии. Первая: якобы Гертруда «ничего не знала» об убийстве мужа Клавдием и лишь потом неосторожно поддалась на его уговоры выйти за него замуж. Другая версия более негативная: есть якобы достаточно оснований полагать, что убийство Гамлета Старшего не было для нее тайной и даже, быть может, произошло при ее участии, с. 65.

Рис. 2.32. Гамлет у матери. Картина Ричарда Вестола (Richard Westall 1765–1836). Малая Бойделевская Галерея. Взято из [971], т. 3, с. 118

Таким образом, в шекспировском облике Гертруды-матери перемешаны два слоя – хороший и плохой. Причем плохого – значительно больше.

Но если Гамлет – это отражение Христа, то в таком случае его мать Гертруда – отражение Марии Богородицы. Спрашивается, согласуется ли это с другими фактами. Ведь в каноническом образе Девы Марии вроде бы нет ничего такого, что приписывается «запутавшейся» Гертруде.

Рис. 2.33. Гамлет и мать. Из литографий Э. Делакруа (Eugene Delacroix). Взято из [971], т. 3, с. 115

Однако нарушения параллелизма здесь нет. Дело в том, что сегодня мы знакомы с жизнеописанием Богоматери в основном в христианской, весьма уважительной традиции. Но, как мы уже неоднократно обнаруживали при анализе «биографий» Иисуса и Марии, в свое время активно бытовали и другие точки зрения. Обратимся опять-таки к иудейско-раввинской версии [307]. Согласно ей, Мария была «оскверненной», а ее сын Христос был мамзером, то есть, якобы, незаконнорожденным. Так и писали: «мамзер, сын оскверненной» [307], с. 325. Бурно оспаривая христианскую концепцию Непорочного Зачатия, эти критически настроенные авторы внушали следующую точку зрения. Дескать, Мария, состоя в законном браке, зачала Иисуса от какого-то римского солдата по имени Пантера или Пандира (как мы уже говорили ранее, Пантера – это, скорее всего, искажение слова Партенос, то есть Непорочная).