Чтение онлайн

Русско-ордынская история Есфири нам уже хорошо знакома, см., например, главу 1 настоящей книги. Оказывается, рассматриваемая нами сейчас хроника Шекспира настолько хорошо ее отражает, что яркий параллелизм, предсказанный Новой Хронологией, вскрывается простым последовательным сравнением событий. При этом следует отметить, что рассказ Шекспира наиболее близок именно к библейской версии «истории Есфири». Выходит, что английский поэт и авторы ветхозаветной книги «Есфирь» творили в атмосфере одной и той же историко-литератур-ной школы. Скорее всего, были современниками и единомышленниками. Ведь мы уже неоднократно убеждались, что ветхозаветные книги писались и редактировались вплоть до конца XVII века.

Мы поступим так. Двинемся по истории Есфири и тут же будем указывать – как именно соответствующие русско-ордынские события отразились на страницах Шекспира.

Начнем с царя-хана Ивана Грозного. Как уже говорилось, его обычно описывают как жестокого, коварного самодура, тиранившего подданных. Следовательно, его отражение, то есть Генрих VIII (якобы 1491–1547), должен характеризоваться западно-европейскими хронистами похожим образом.

Все верно. Выше было сказано, что Генрих VIII действительно изображается летописцами как властный, жестокий король. Образ весьма непривлекательный. Как отмечают комментаторы, Шекспир пытался смягчить его, «очеловечить этот гнусный облик жестокого тирана». Однако это не очень удалось. И далее: «Едва-ли не верх искусства проявил Шекспир в изображении Генриха VIII. Идеализировать этого порочного короля не позволяла ему совесть поэта и историка… Он изображен трусливым тираном, наводящим на всех ужас, хотя с другой стороны все без колебания пользуются его трусостью», с. 497, 504.

В истории Есфири рядом с Иваном-Грозным = Артаксерксом мы видим царевича Ивана Молодого, сына Ивана Грозного. Он же – ветхозаветный Аман, могущественный царедворец при Артаксерксе. Это – фигура «номер два» после царя-императора. В его руках – большая власть, он пользуется доверием правителя. Следовательно, аналогичный персонаж должен появиться рядом с Генрихом VIII.

Все верно. Такой человек действительно есть. Причем на него Шекспир указывает в самом начале пьесы, в первой же сцене первого действия. Это – могущественный кардинал Вольсей, рис. 5.3–5.5. Происходит следующее. Влиятельный герцог Букингам (Букингем) недоволен Вольсеем, на что царедворцы советуют Букингаму быть осторожнее: «Милорд, вражда меж вами и Вольсеем всей Англии известна. Мой совет —… Подумайте о злости кардинала и вместе О МОГУЩЕСТВЕ ЕГО… что если он кому желает мстить, то никогда не видит недостатка в орудиях. Вам нрав его знаком: он мстителен; мне ж меч его известен: он и остер и длинен, и достать, как знают все, весьма далеко может», с. 510.

Королева Екатерина так характеризует Вольсея: «Он человек был непомерно-гордый, СЕБЯ СЧИТАВШИЙ РАВНЫМ КОРОЛЯМ», с. 556.

Рис. 5.3. Кардинал Вольсей (то есть Иван Молодой, он же библейский Аман). Портрет в Лондонской Национальной Галерее. Взято из [971]у т. 4, с. 495

Рис. 5.4. Выход кардинала Вольсея. Постановка «Генриха VIII» в театре Lyceum (1892) английским актером сэром Генри Ирвингом (Sir Henry Irving). Сэр Ирвинг уже, скорее всего, не понимал, что на самом деле он ставит спектакль о жизни царского двора Ивана Грозного в Москве, в метрополии Руси-Орды. Зрители уже тоже не понимали. Так действительность превращалась в сказку. Взято из [971], т. 4, с. 507

Вскоре, подчиняясь желанию и доводам Вольсея, король Генрих VIII неожиданно для всех приказывает арестовать герцога Букингама. Тот растерян, не знает, что ему делать, пытается спастись. Однако все напрасно – его быстро отправляют на эшафот. Королевский двор еще раз убеждается – насколько влиятелен кардинал Вольсей. Свидетельства этого разбросаны по всей первой части пьесы Шекспира. Вот, например, Вольсей входит к Генриху VIII. Тот восклицает: «Кто там? ах, вы, мой добрый кардинал! О, мой Вольсей! – мое успокоенье, бальзам тревожной совести моей, вернейшее лекарство государя!», с. 528. Далее, входя в зал государственного совета, Генрих VIII опирается на плечо Вольсея, подчеркивая его уникальную и выдающуюся роль в государстве, с. 513.

Как мы уже говорили, имя ГЕНРИХ могло получиться из словосочетания ХАН + РЕКС. В таком случае, имя ВОЛЬСЕЙ может быть легким искажением имени ВАСИЛИЙ, то есть Базилевс, то есть Царь. Вполне соответствует положению Ивана Молодого (Ашана) – сына Ивана Грозного и «правителя номер два» в Империи.

Рис. 5.5. Вольсей (слева) и Букингам. Художник Саломон Гарт (S.A. Hart, R.A., 1806–1881). Взято из [971], т. 4, с. 509

Согласно русско-ордынским источникам, женой Ивана III Грозного является Софья Палеолог (якобы XV век). Она считается иностранкой, племянницей последнего византийского императора Константина IX [797], с. 1242. Как мы показали в книге «Реконструкция», ее дубликатом является известная Екатерина-Мария Медичи из XVI века. Екатерина-Мария стала женой Генриха II и тоже считалась иностранкой. Екатерина Медичи родилась во Флоренции, а потом из Италии отправилась во Францию, где и стала королевой. «Обе» царицы считались весьма влиятельными.

Про Екатерину Арагонскую, рис. 5.6–5.8, первую жену Генриха VIII, известно следующее. «В 1509 году он вступил на престол и женился на вдове своего брата Екатерине Арагонской, дочери Фердинанда и Изабеллы. Царствование Генриха распадается на два периода, разделенные вопросом о разводе. События первого периода, когда правой рукой короля был кардинал Вольсей, связаны главным образом с войнами» [988:00]. Таким образом, Екатерина Арагонская – иностранка в Англии. Отметим, что ее имя – ЕКАТЕРИНА – совпадает с именем ЕКАТЕРИНЫ Медичи, фантомного отражения Софьи Палеолог.

На первых порах Генрих VIII относится к жене Екатерине хорошо. Например, по Шекспиру, когда она является к нему с просьбой, король говорит:

Рис. 5.6. Королева Екатерина Арагонская (то есть ханша Софья Палеолог). Голландский художник XVII века ван-дер Верф (van-der Werf). Фрагмент. Взято из [971], т. 4, с. 529

Рис. 5.7. Королева Екатерина слушает песню. Английский художник Лесли (Ch. Rob. Lesslie, 1794–1859). Взято из [971], т. 4, с. 537

Рис. 5.8. Известная английская актриса Сара Сиддонс (Sarah Siddons, 1755–1831) в роли Екатерины. Вряд ли актриса понимала, что играет на самом деле знаменитую русско-ордынскую царицу Софью Палеолог. Гравюра Роджерса (I. Rogers). Взято из [971], т. 4, с. 536

«Встань, сядь подле нас, и только половину скажи того, о чем пришла просить: ведь, наша власть – твоя наполовину. Вторая ж часть прошенья твоего исполнена заранее», с. 513. Так что кажется, ничто не предвещает грозу. Иностранное происхождение Екатерины Арагонской четко отражено у Шекспира. Например, после ее опалы, одна из придворных леди говорит: «Ах, бедняжка, теперь она вновь чужестранкой станет», с. 530.