Чтение онлайн

“Комсомольская правда” 28 января 2006 г. опубликовала подборку мнений на тему “Как искоренить «дедовщину»?”. Приведём её полностью с нашими комментариями в сносках:

«Анатолий КРИЧЕВЦОВ, полковник, командир артиллерийской части:

— Я прослужил в армии 28 лет и пришёл к твердому выводу, что мы не одолеем «дедовщину» до тех пор, пока в Уголовном кодексе не будет десятикратно повышена суровость наказания за издевательства над человеком [14].

Владимир ЖИРИНОВСКИЙ, лидер ЛДПР:

— Считаю, что общество должно само заключить внутри себя договор — никого не обижать, не бить, не обманывать [15]. А генерала, начальника этого училища, немедленно разжаловать в рядовые и выгнать из армии. Устроить открытый процесс над этим «дедом»-сержантом и дать ему максимальный срок — 15 лет. [16] Его жертва — парень без ног и без половых органов, обрубок, что он будет делать?

Георгий ГАРАНЯН, народный артист России:

— Вряд ли кто знает ответ на этот вопрос. Но наёмная армия решила бы эту проблему [17]. Вы не представляете, сколько творческих людей после дембеля забросили искусство, а сколько стали инвалидами — и моральными, и телесными!

Лидия ГОЛУБЕВА, заслуженный учитель России, Санкт-Петербург:

— Мальчикам надо сызмальства втолковывать, что сила без ума — только у пресмыкающихся, что бить слабого, лежачего, больного — позор [18]. А у нас что? Дошколята бегают в маечках с надписью на английском: «Ударь первым!» И бьют. Иногда — до смерти…

Игорь РОДИОНОВ, генерал армии, бывший министр обороны РФ, депутат Госдумы России:

— Без мгновенной и самой жёсткой реакции командиров и правоохранительных органов на каждый случай «дедовщины» её никогда не удастся победить. А ныне в войсках — тотальное её сокрытие. И это порождает новые преступления. Я уверен: если бы солдату из челябинского училища не ампутировали ноги, мы бы никогда не узнали об этом страшном ЧП [19].

Олег ГАЗМАНОВ, певец:

— Хромает качество командного состава. Если бы я был командиром и у меня в части произошло убийство, я бы сам застрелился. Но я не слышал ни об одном факте наказания командира, у которого в части «дедовщина» [20].

Александр БЕЛИКОВ, бывший военком Мурманска, полковник запаса:

— В том состоянии, в котором сейчас находится армия, — никогда. Когда офицеру не хочется служить, когда за нищенскую зарплату он просто не хочет выполнять своё дело, порядка не будет. [21]

Дмитрий РОГОЗИН, лидер партии «Родина»:

— «Дедовщина» у нас не в армии, а в обществе. Поэтому звериные законы с «гражданки» молодые люди переносят на службу [22].

Александр, посетитель сайта www.kp.ru, Санкт-Петербург:

— В этой армии её не искоренить. Она отравлена этим ядом насквозь. Нужно, как Пётр в своё время, рядом с разложившимся стрелецким войском создать боеспособную армию нового строя. А старая сама потом отомрёт [23]» (“Комсомольская правда”, 28 января 2006 г., приводится по публикации в интернете: http://www.kp.ru/daily/23649/49305).

И в том же выпуске от 28 января “Комсомольская правда” в статье “Трагедия в Челябинском танковом училище: даже после ампутации ног рядовой Сычёв боится, что его вернут в часть” дала “полезные” советы на тему, как должен вести себя “молодой”, если столкнулся с проявлениями дедовщины в части, в которую его послали служить:

«РАСПЕЧАТАЙ И СОХРАНИ!

Как защититься от «дедов»

Тебе дано право жаловаться на обидчика своему непосредственному командиру. Допустим, взводному лейтенанту — на хама-сержанта. Если не хочешь делать это при построении всего подразделения, попроси его остаться в канцелярии один на один и изложи суть жалобы.

Иди к взводному с письменной жалобой, в которой обязательно должны быть слова, что в соответствии с Уставом в случае непринятия должных мер ты оставляешь за собой право жаловаться дальше по команде — вплоть до министра обороны.

Помни! Через 7 дней ты имеешь право поинтересоваться у офицера, какие меры он принял. Если никаких — обращайся так же к командиру роты и обязательно укажи в рапорте — какого числа ты обращался к взводному. Приготовься к тому, что тебе придётся писать ещё не один рапорт. Но это нужно для того, чтобы выжить.

Если «дед» нанёс тебе побои, немедленно беги в санчасть за помощью и там обязательно требуй, чтобы дежурный фельдшер или врач зафиксировали твоё обращение в журнале.

Если ты не нашёл защиты у офицеров, обращайся с заявлением к помощнику командира по правовой работе. Когда же и он не поможет, надо спешить в гарнизонную прокуратуру.

Если в твоей казарме висит табличка, на которой указан «телефон доверия» гарнизонной прокуратуры, обязательно улучи момент и воспользуйся им.

Командир твоей части обязан хотя бы раз в месяц проводить приём по личным вопросам. Узнай дату приёма и иди к нему.

Во время строевых смотров части командиры и вышестоящие начальники обязаны проводить опрос военнослужащих на предмет жалоб. Постарайся не упустить случая.

Можно позвонить в Москву по телефону доверия Главной военной прокуратуры (работает круглосуточно): 8 (495) 247-50-47» (“Комсомольская правда”, 28 января 2006 г., приводится по публикации в интернете: http://www.kp.ru/daily/23649/49307).

Безусловно, что в этих рекомендациях всё выдержано в соответствии с действующим законодательством. Беда однако в том, что это большей частью вздор потому, что предлагаемая юридическая процедура неадекватна условиям службы рядового состава.

Во-первых, если в части имеет место дедовщина, а не отдельные случаи хамства или вспыльчивости со стороны некоторых военнослужащих, то жаловаться на “деда” командиру взвода и выше по команде в пределах части бесполезно потому, что дедовщина существует в части как непрестанно воспроизводимая «воинская традиция»; существует как минимум при молчаливой поддержке её командирами если не с их прямого благословения и не на основе подачи ими личного примера того, как надо бить подчинённых «с рассудком», чтобы следов не оставлять и не попасть под ответственность. Причин именного такого отношения командования к дедовщине как “воинской” традиции в основном две:

· Первая — при управлении войсковой частью и подразделениями в её составе командиры (прежде всего низового звена) опираются на “дедов”, перекладывая на них некоторую часть своих должностных обязанностей.

· Вторая — командиры не соответствуют занимаемым должностям, вследствие чего не только не знают о существовании дедовщины во вверенных им подразделениям, но и знать об этом не хотят, а заявление о том, что в том или ином подразделении цветёт дедовщина, воспринимается ими как напраслина, возводимая (в том числе, на них персонально) со стороны “молодого”, не желающего исполнять воинский долг. Кроме того, многие командиры искренне убеждены в том, что у них есть дела и поважнее, нежели вникать в личностные взаимоотношения рядового состава.