О материалистическом подходе к явлениям языка
Шрифт:
Движение населения, выражающееся в переселении на новые места, может способствовать смешению диалектов или усилению их дробности. Данные атласов русского языка, относящиеся к европейской части СССР, показывают, что определенность очертаний ареалов и размещение изоглосс наблюдается лишь на центральных территориях европейской части СССР, сменяясь в восточном и южном направлениях пестротой размещения знаков на диалектологических картах, что указывает на отсутствие определенности в распространении диалектных явлений.
Переселение населения в области, значительно отдаленные от основного этнического массива, создает условия изоляции, что приводит к созданию резко отличающихся диалектов и даже языков. Переселение древних норвежцев на остров Исландия способствовало возникновению особого исландского языка, представляющего законсервированную с некоторыми инновациями форму древне-норвежского языка; этот же фактор привел к образованию языка африкаанс.
Нигде так ясно не обнаруживается обусловленность употребления слов внешними факторами, как в различных языковых стилях.
«На долю стилистики речи, – замечает В.В. Виноградов, – выпадает задача разобраться в тончайших различиях семантического характера между жанрами и общественно обусловленными видами устной и письменной речи» [291] .
«История стилей художественной литературы находится в самой тесной связи с его разнообразными историческими изменяющимися стилистическими вариациями» [292] .
Такая область лингвистической науки, как изучение истории образования литературных языков, не может абстрагироваться от культурно-исторического контекста. Только привлечение фактов истории может дать ключ к правильному пониманию того, в какую эпоху и почему возник данный литературный язык, какие социальные силы, общественные взгляды, школы и направления стимулировали или, наоборот, задерживали его поступательное развитие, каким образом они на него влияли, какие писатели оказывали на него свое воздействие. Увеличение общественных функций языка и темпы его развития целиком и полностью определяются внешними причинами. Действием внешних факторов определяется также абсолютный прогресс в языке.
291
Виноградов В.В. Стилистика, теория поэтической речи. М., 1963, с. 15.
292
Там же, с. 89.
Состояние населения также может оказывать влияние на язык. Например, сильный приток сельского населения в города в нашей стране оказал известное влияние даже на литературный язык. Исследователи истории русского языка отмечают, что в 50 – 60-е годы наблюдается некоторое нарушение норм в речевом использовании нелитературных слов и оборотов и, в частности, элементов просторечия.
Население более пожилого возраста обычно легче сохраняет особенности диалекта, тогда как молодежь, побывавшая на стороне, всегда вносит различные инновации. На языковое состояние может оказать влияние такой фактор, как многонациональный характер государства. Во всех многонациональных государствах, почти как правило, выделяется какой-нибудь один язык, выступающий в роли главного средства общения. Примером может служить русский язык в СССР, индонезийский в Индонезии и т.д.
Интенсивная колонизация различных стран мира в значительной мере способствовала распространению таких языков, как английский и испанский. Массовое проникновение иноязычного населения на территорию, занятую другими народами, может привести к утрате языков аборигенов, ср., например, исчезновение галлов во Франции, кельтиберов – в Испании, фракийцев и даков – в Болгарии и Румынии, обских угров – в Коми АССР, скифов – на Украине и т.д.
Особенности социальной организации общества также могут отражаться в языке. Характерный для эпохи феодализма распад страны на множество мелких ячеек (каждый феод и монастырь с прилегающими к нему деревнями представлял государство в миниатюре) необычайно способствовал появлению мелких территориальных говоров. Наоборот, эпоха капитализма связана с появлением крупных литературных языков общегосударственного значения.
На язык оказывают влияние и явления надстроечного порядка. Наиболее ярким примером может служить развитие языков народов СССР и типичные для этого явления процессы: расширение общественных функций языка, развитие стилей, выработка определенных языковых норм, рост словарного состава и т.д. Все это в конечном счете – результат влияния определенной надстройки, следствие ленинской национальной политики.
Действенным фактором, способствующим распространению языков, может иногда служить религия. Она может оказать косвенное влияние также на развитие языков, поскольку усвоение той или иной религии часто связано с усвоением культуры народа, распространяющего религию. Принятие различными народами ислама одновременно сопровождалось распространением арабского языка, употребление латинского языка поддерживается католической церковью.
Выше было показано, что огромное количество результатов влияния внешних факторов на язык приходится на результаты влияния других языков.
Некоторые наши лингвисты справедливо указывают на недостатки многих работ 20 – 40-х годов, посвященных проблеме связи языка и общества. Взгляды авторов этих работ напоминали взгляды Дидро, который связывал человеческий мозг с воском, на котором вещи оставляют свой отпечаток. Язык, по мнению некоторых наших социологов 20 – 40-х годов, да и некоторых языковедов более позднего времени, только воспринимает влияние общества и ничего больше.
В действительности система языка определенным образом реагирует на каждое давление извне. Она чаще всего очень легко воспринимает то, что является для нее необходимым и в какой-то мере восполняет имеющиеся в ней недостатки, она может что-то принять лишь частично, преобразовав его применительно к своим возможностям. Но бывают и такие случаи, когда система реагирует отрицательно, поскольку это новое находится в резком противоречии с ее специфическими особенностями. Приведем несколько конкретных примеров. В некоторых языках народов СССР, например, в мордовском, чувашском, карельском, гагаузском и каракалпакском, согласные перед гласными переднего ряда смягчаются. Не исключено, что это явление возникло под влиянием русского языка, и в это нетрудно поверить.
С лингвистической точки зрения всякая ассимиляция более удобна, поскольку она облегчает произношение. Поэтому сама манера смягчения может быть легко воспринимаема.
Синтаксический строй древних финно-угорских языков очень напоминал синтаксический строй тюркских языков. В древних финно-угорских языках не было придаточных предложений, почти не было союзов, широко были распространены причастные, деепричастные и абсолютные обороты.
Под влиянием индоевропейских языков, в таких языках, как прибалтийско-финские, венгерский, саамский, коми и мордовский, возникли придаточные предложения индоевропейского типа, вводимые союзами, резко сократилось количество причастных и деепричастных оборотов. И это понять не трудно. Придаточные предложения индоевропейского типа, вводимые союзами, более удобны с лингвотехнической точки зрения, их структура более прозрачна и технически более совершенна.
Почти во всех современных финно-угорских языках можно найти аналоги русского будущего времени совершенного и несовершенного вида типа «я напишу» и «я буду писать». Можно утверждать, что эти языки создали видовые различия в сфере будущего времени, поскольку они имеют инфинитивы и вспомогательные глаголы. Однако создать последовательную систему видовых различий в сфере прошедшего времени этим языкам не удалось по причине отсутствия строительного материала.
Испытывая влияние со стороны русского языка, тюркские языки, однако, не в состоянии усвоить и внедрить в свою систему такие явления русского языка, как аблаут, например, везу : воз, несу : ноша, категорию грамматического рода и т.д., поскольку эти явления находятся в резком противоречии с особенностями структуры тюркских языков.
Выше говорилось о том, что человеческий язык связан с историей общества и в то же время не связан. Возникает вопрос в каких же случаях он не связан. Для этой цели необходимо выяснить, обладают ли элементы языка способностью отражать историю человеческого общества и какой характер имеет это отражение.
Что касается звукового состава языка, то сам по себе он никаких изменений в истории общества не отражает. Об этом в свое время очень хорошо сказал Ф. Энгельс:
«Едва ли удастся кому-нибудь, не сделавшись посмешищем, объяснить экономически… происхождение верхненемецкого передвижения согласных, превратившего географическое разделение, образованное горной цепью от Судет до Таунуса, в настоящую трещину, проходящую через всю Германию» [293] .
293
Маркс К., Энгельс Ф. Соч., т. 37, с. 395.