Чтение онлайн

Какие бы споры ни существовали вокруг понятия языкового типа, нужно согласиться с тем, что признаки составляют основную характеристику типа. Типология не создает каких-то особых сплошных типов. Она только наделяет, вернее устанавливает, объективно существующие в языковых явлениях сходные признаки, и на основании установления этих признаков появляются типы. Немаловажным вопросом является вопрос о размерах типов. Нам представляется целесообразным выделить так называемые макротипы и микротипы. Примером макротипа может быть группа языков, объединяемая по каким-нибудь признакам в один тип. Практически любое явление языка, любая микросистема языка в результате сравнения их с явлениями или микросистемами других языков может стать микротипом. Количество признаков здесь может колебаться от небольшого количества до одного.

Чаще всего описание в определенном типологическом плане допускают различные сферы языка. Одна сфера может принадлежать к одному типу, другая к другому, третья – к третьему и т.д. Например, языки могут быть описаны по принципу констатации присутствия или отсутствия некоторых гласных. Гласный o имеется в немецком, французском и финском, но отсутствует в английском, испанском и эскимосском языках. Носовые гласные характерны для французского, португальского и гуарани, но отсутствуют в немецком, баскском и кечуа. Вокализм и консонантизм различных языков может быть охарактеризован типологически и в количественном отношении, например, в кхмерском языке 30 гласных, во-французском – 15 или 16, в датском – 10, в испанском – 5 и в кечуа – 3 или 5. В таити – 8 согласных, в убыхском – 78. Может приниматься в расчет также общее количество фонем, например, в таити – 14, а в убыхском – 81. Предметом типологического описания может быть также соотношение гласных и согласных в каком-либо языке.

Все славянские языки могут быть разбиты на две группы – на языки с явным преобладанием согласных и на языки с большим количеством гласных. Встречаемость гласных и согласных также может быть показательна. Есть языки, которые имеют долгие и краткие гласные, в других это различие не проводится. В типологическом плане могут описываться различные просодические особенности языков, например, французский, английский и русский не имеют тонов, а китайский, сербохорватский и шведский имеют. Языки могут иметь фиксированное или разноместное ударение. Каждый язык характеризуется определенными типами слогов. Есть языки, имеющие одинаковые типы слогов. В области грамматической структуры выделяются различные типы, есть языки типа китайского, в которых морфемы очень редки. В флективных языках морфемы полисемантичны, наоборот, в агглютинативных языках они преимущественно имеют одно значение. Есть языки, имеющие только суффиксы, и наоборот, встречаются языки, в которых употребляются исключительно префиксы. Семантико-грамматические категории в различных языках обладают не меньшим разнообразием типов. Одни языки имеют так называемые именные классы, другие их не имеют, одни языки различают множественное число, другие его различают только в редких случаях. Типовые особенности наблюдаются и в характеристиках глагола, например, большинство языков имеет три прошедших времени – имперфект, перфект и плюсквамперфект, и есть языки, в которых существует только одно прошедшее время, например, русский, венгерский и др.

На основании учета различных признаков можно составить типологические группировки языков, например, объединить все языки, имеющие пять гласных, или все языки, имеющие четыре падежа, или все языки, предпочитающие префиксацию.

Следует, однако, отметить, что одиночные и вообще мелкие признаки не пригодны для классификации языков. Один и тот же язык может быть распределен между десятками типов.

Башкирский язык по признаку превращения s в h тяготеет к бурятскому, по признаку наличия межзубных спирантов ? и ? – к английскому, по слабой огубленности умлаутированных гласных o и u – к татарскому, по сохранению древнего начального j – к турецкому.

Поэтому некоторые типологи предпочитают сравнение не отдельных признаков, а сравнение систем.

В связи с этим возникает проблема существенности признаков.

Вопрос о характере этого существенного, по-видимому, однозначно не решен, поскольку здесь существуют разные мнения. По мнению Т. Милевского, «этим существенным и является функция его компонентов, выявленная описательным языкознанием» [421] .

Некоторые лингвисты утверждают, что все признаки типа должны быть между собою тесно связаны.

Основная задача типологического изучения языков, по мнению С.Д. Кацнельсона, заключается в выявлении внутренних закономерных связей, действующих внутри каждого языка. Типологическое изучение языков – это основной метод общего языкознания, а основная задача языкознания заключается в том, чтобы изучить закономерности, определяющие связь между различными элементами структуры [422] . Эту же идею в основном отстаивает и М.М. Гухман.

Этих же взглядов придерживается и Р. Якобсон.

Особенно последовательным приверженцем этой точки зрения является В. Скаличка. Характеризуя свои прежние работы, он замечает:

Было бы, конечно, неверно утверждать, что признаки, создающие тот или иной тип языка, никогда не бывают тесно между собой связанными. Произведенное нами исследование причинных связей характерных особенностей языков агглютинативного типа показало, что почти все характерные особенности языков этого типа зависят только от двух факторов – отсутствия у имен существительных классных показателей и твердого порядка слов – определения + определяемого.

По причине отсутствия специальных классных показателей корень слова имен существительных в агглютинативных языках превращался в ось парадигмы. Аксиальная структура парадигмы вызвала необходимость появления аффиксов-прилеп, обеспечивающих четкость границ между морфемами. Отсюда скудость дифтонгов, а также наличие дополнительного ударения и гармонии гласных. Действием закона порядка слов «определение + определяемое» объясняется типичная для агглютинативных языков препозиция родительного падежа. Причастия, способные выступать в роли определений, естественно стремятся предшествовать своему определяемому. Поэтому личная глагольная форма, не способная выступать в роли определения, оттесняется на самый конец предложения.

Наличие развернутых причастных определений препятствует возникновению в чистых агглютинативных языках придаточных предложений. Деепричастный оборот можно также в известной мере считать развернутыми наречными определения глагольного действия. Поэтому все деепричастные конструкции, подчиняясь закону порядка слов «определение + определяемое», располагаются в агглютинативных языках перед глагольным предложением. Этим объясняется обилие в чистых агглютинативных языках деепричастных конструкций, позволяющих агглютинативным языкам обходиться без придаточных предложений европейского типа [426] .