Чтение онлайн

Структура языка и его общественные функции находятся в тесной связи друг с другом. Но эта связь является односторонней, так как структура не оказывает заметного влияния на характер и объем функций языка. Структурное развитие представляет собой процесс изменений в строе языка в целом или в отдельных сторонах его. Такое развитие не всегда можно назвать «прогрессом». В то же время функциональное развитие языка — всегда прогресс, так как речь идет о расширении возможностей общения — основного предназначения языка.

Процесс развития главной функции языка как средства коммуникации складывается из совокупности изменений его частных общественных функций, взаимодействия последних, распределения и перераспределения сфер использования различных форм существования языка в общественной жизни.

Формами существования языка В. А. Аврорин считает разговорно-бытовой язык с его членением на территориальные и социальные диалекты и жаргоны, наддиалектное койнэ, особый культовый язык, литературный язык в устной и письменной разновидностях, язык межнационального общения, вспомогательный искусственный язык, единый общечеловеческий язык будущего [66] . В. А. Аврорин определяет также различные сферы использования языка: семейное общение, общение внутри производственного коллектива, в пределах населенного пункта, на разного рода собраниях, в школьном обучении всех ступеней, каналы массовой информации (печать, радио, телевидение, кино, лекционная пропаганда), литературное творчество, сфера науки, религии, общегосударственного и местного делопроизводства, личная переписка, общение внутри одноязычного коллектива, общение между разноязычными людьми и коллективами, общение с машинами (речевое управление).

Вопросы функционального развития языка впервые поставили советские языковеды. Характерно, что именно советские языковеды — свидетели бурного развития многочисленных языков социалистических наций и народностей — стали разрабатывать эту важнейшую социолингвистическую проблему.

Разумеется, социология языка не ограничивается функциями языков. Она шире и включает все вопросы, вытекающие из связи языка и общества, включая влияние общества на языковую структуру. Тем не менее функциональное развитие языков стоит в центре социолингвистических проблем. Это положение особенно важно для советского языкознания, которое призвано не только изучать происходящие процессы, но и по возможности прогнозировать пути их дальнейшего развития, исходя из учета потребностей коммунистического строительства в нашей многонациональной стране.

Под функциональным развитием языка обычно понимают процесс совершенствования языка как средства общения и расширения сфер его использования.

Предположим, на том или ином языке впервые начали издавать учебники для начальной школы. Это означает появление новой сферы употребления данного языка. Разумеется, из года в год язык учебников и речь учителей будут совершенствоваться. Появятся новые термины, некоторые старые термины отомрут, станут привычными специфические обороты речи и т. д. Таким образом, эти две составные части понятия «функциональное развитие языка» (совершенствование функционирования и расширение сфер использования) находятся в тесной связи друг с другом.

Следует подчеркнуть, что функциональное развитие не есть нечто, присущее языку имманентно. Новые сферы употребления появляются как результат развития самого общества. Совершенствование языка также происходит в процессе его функционирования в обществе. Таким образом, функциональное развитие языка всецело и полностью зависит от развития самого коллектива людей, общества, говорящего на данном языке.

Состояние функционального развития языка зависит от конкретно-исторических условий его существования, т. е. от социально-экономического уровня общества, уровня этнического его развития (племя, народность, нация), наличия или отсутствия государственности и ее формы, численности народа, компактности его расселения и характера социально-экономических и культурных связей с другими народами, наличия и давности литературных традиций и др.

В зависимости от перечисленных факторов, различных их сочетаний встречаются самые различные варианты функциональной развитости языков. Описать даже основные типы функциональных вариантов языков — дело весьма сложное. Поэтому обычно составляют тот или иной реестр основных сфер употребления языка, по которому можно с известной долей приближения к истине судить о состоянии функциональной развитости языка. При этом особое внимание уделяется «иерархии» сфер. Это значит, что берут самые очевидные, самые простейшие сферы употребления языков (язык семейного быта) и по восходящей линии доходят до максимально широкой сферы употребления в международном общении. Сопоставительное изучение сфер употребления языка в различные периоды может дать точную картину функционального развития того или иного языка.

Можно составить разные варианты схем с разным количеством пунктов и разным их расположением. Применительно к современному состоянию языкового развития подобная схема наглядно может показать сравнительную функциональную характеристику того или иного языка. Так, ягнобский или многие памирские языки, употребляемые только в быту, в функциональном отношении менее развиты, чем, например, курдский литературный язык или осетинский, на которых ведется определенная общественно-политическая и другая деятельность. Но сфера употребления таджикского языка еще шире, так как он еще используется в многочисленных общественно-политических и государственных учреждениях, на нем ведется обучение не только в средней школе, но и преподавание в вузах и т. п.

Схемы различных сфер употребления могут быть с успехом использованы при исследовании функциональной динамики языка, для чего необходимо эту схему применить к различным диахроническим срезам, — и сопоставление покажет, как проходили процессы функционального развития данного языка.

Нашей схемой можно воспользоваться при сравнительной характеристике функционального развития двух или большего числа языков. Для этого применительно к каждому языку «заполняется» несколько схем, причем хронологически для всех языков надо брать одни и те же годы. Сравнительно-сопоставительный анализ объективных данных не может не показать процессы функциональных сдвигов каждого языка и разницу в темпах функционального развития различных языков в те или иные периоды.

К сожалению, методика изучения функционального развития языков все еще не разработана достаточно точно. Предлагаемые различными авторами методы исследования нуждаются в тщательной проверке, на которую потребуется немало времени и усилий. А потребности науки и практики растут. Поэтому пока что преобладают методы непосредственных наблюдений, которые не раскрывают основные закономерности функционального развития языка.

Литературные языки народов СССР за последние полвека прошли путь, равный их многовековому развитию в дореволюционный период. Как пишет А. С. Чикобава, «поливалентность грузинского языка за все пятнадцать веков его существования не проявлялась так всесторонне, как за последние 40 лет благодаря национальной политике Советской власти» [67] .

Стремительное расширение общественных функций старописьменных и, в особенности, младописьменных языков — основной итог их развития за последние десятилетия.

Одной из наиболее характерных особенностей развития старописьменных языков в советский период следует считать широкую демократизацию литературного языка, который перестал быть достоянием узкого круга интеллигенции и обслуживает широкие народные массы. За годы Советской власти эти языки начали употребляться в новых сферах государственной и политической жизни, всеобщего народного образования, в бурно развивающихся науке и технике, а также на радио, в кино, театре, телевидении и т. д.

В соответствии с расширением общественных функций появились и развились различные функциональные стили: научный, официально-деловой, газетно-публицистический, разговорный.

Расцвет литературных языков, их демократизация и ориентировка на устную народную речь неизмеримо подняли их значение в общественной жизни народов, повысили их авторитет. Литературные языки обогатились за счет диалектов, усилив одновременно процессы нивелировки диалектных различий, что в свою очередь способствовало консолидации советских социалистических наций.