Чтение онлайн

— Десять дней, но кто считает, — тихо возразил Прай.

Стоило мне коснуться ногами пола, как неожиданно нос зачесался. Я подняла руку и застыла, задержав дыхание. Голова резко дёрнулась, короткие пряди с висков оказались на лице, разбрызгав влагу на шерсть лошади передо мной. Чих раздался на всю конюшню. В этот миг я могла только порадоваться, что Прай уже заткнул себе уши.

— Вы попросили сменную одежду и одеяла для леди? — обратился ищейка к разведчикам. Проследив его взгляд, я увидела, как один из гвардейцев снимает седло со своей лошади, а второй как раз подходил к нам с двумя сухими одеялами.

— Да. Там в конце есть свободное стойло с полноценной дверью. Мы обустроили там два спальных места для дам. Одежды и сухих вещей нам дали мало, вот это и там возле костра есть ещё. Лошадей привяжем здесь. Надо ещё сбегать за водой…

— О да, воды там предостаточно, — пробормотал Прай и нагло стянул с моей головы мокрый капюшон. Пока я не успела возразить, он выхватил у гвардейца оба одеяла. Одно ищейка всучил мне, а вторым накрыл мою голову так, что я на секунду задохнулась от возмущения, погрузившись в окутавшую меня темноту. — Пойду этим и займусь. Встречайте остальных. А ты раздевайся и жди меня, — подмигнул он как раз в тот момент, когда я сдвинула одеяло с глаз. Подхватив ведро, что стояло при входе, ищейка спокойно вышел под ливень.

— Да как вы… — пробормотала я и осеклась, вспомнив, что мы больше не одни, и шум дождя не мешает окружающим слышать всё, что я говорю.

Гвардейцы послушно сделали вид, что ничего не случилось. Один занялся лошадьми, а второй вернулся к костру и подкинул в него заранее заготовленных дров.

Внезапно я сообразила, каких мук от Прая требовало передвижение верхом без затычек в такой ливень. Если у него и правда обострённый слух, то каждый раз, когда капля ударялась о поверхность воды в луже, каждый шаг лошадей, усиленный его способностью, сводили мужчину с ума, но он ехал только так, опасаясь нападения под прикрытием ливня и плохой видимости.

Обернувшись, я успела увидеть только как наглец свернул за угол, а к воротам подъехали ещё три всадника, среди которых был самый худой из гвардейцев, что ехал вместе с Ярой. Попытка Прая объясниться со мной, заставила иначе взглянуть на ситуацию и задуматься над словами девушки. Да, я перевела тему и не дала ему выговориться, но тот факт, что он вообще начал этот разговор, настораживал.

Тряхнув головой и выжав из косы воду, я отвернулась от входа и направилась в указанном гвардейцем направлении. Всё время, пока я стягивала с себя мокрую одежду и вешала её на перегородку между стойлами, у меня из головы не выходило подозрение, что девушка могла специально оклеветать Прая, опасаясь моей заинтересованности в нём, как в мужчине.

Её чувства к нему были очевидны. Она сама их не отрицала. Но вот ответных намёков со стороны наглеца я не замечала. Хотя он вполне мог проявлять их только шёпотом и наедине, как делал со мной. Если их на самом деле ничего не связывало, кроме её влюблённости, тогда становилась понятна попытка ищейки завести со мной разговор о словах девушки. Да и сам смысл этого разговора с его стороны. О прошлом Прая больше никто не распространялся. Да я и не спрашивала… Может, задать этот вопрос Трею?

Яра присоединилась ко мне в отдельном стойле как раз в тот момент, когда я полностью разделась, закуталась в одно одеяло с головы до пят, а вторым вытирала волосы, пытаясь распутать образовавшиеся колтуны. Глина старухи помогала им держать форму, но влага беспощадно смывала её и лишала всех полезных свойств. В нынешних погодных условиях баночка с серой субстанцией оказалась бесполезна.

Выделенный нам с Ярой закуток был два шага в ширину и три в длину. Его предварительно вычистили и постелили на пол немного свежей соломы и наши матрасы. Наверное, гвардейцы предполагали, что мы и спать будем вместе. В отличие от меня, ищейке досталось всего одно одеяло, но девушка не стала пытаться распутать свою тугую косу, как и раздеваться. Единственное, что она оставила здесь на перегородке — это камзол. Под ним Яра носила почти сухую рубашку. Но вот её сапоги промокли насквозь, и ищейка стянула их и, молча направилась к костру.

Наблюдая за ней, я заметила, что девушка разложила свои вещи возле огня, как это сделал ещё кто-то из мужчин. После чего она устроилась рядом с Праем и тихо заговорила с ним. Когда ищейка вытащил из мешка котелок и наши завёрнутые остатки последней добытой им дичи, я отвернулась, не желая смотреть на очередных мёртвых животных.

Сегодня я воочию убедилась в том, что моя способность действует не только на людей, и это стало настоящим потрясением. Мысль не есть некогда живых существ, казалось мне ещё более здравой. Вот только они составляли большую часть нашего рациона, но в последние дни мне всегда доставалась двойная порция овощей, без мяса, чему я была только рада. Жаль, что пирог закончился…

Сидя в углу на небольшом слое соломы и прислушиваясь к разговорам всего в нескольких шагах от меня, я откинула голову на перегородку между стойлами и устало закрыла глаза. Выходить к остальным в одном одеяле не хотелось, и я решила остаться здесь до утра. В нос ударял противный запах сырости, что шёл от пола и моих волос. Горячей ванны очень не хватало.

Последние ночи я плохо спала, ведь боялась закрыть глаза и больше никогда их не открыть. Стук капель дождя по самодельным крышам из плащей, натянутых между деревьями, и сырость под матрасом не способствовали полноценному отдыху.

Слова Яры о Прае напугали меня, и все эти дни я раздумывала попросить Трея назначить кого-то ещё дежурным. Я честно не понимала, почему постоянно нас караулит именно он, пока девушка не заикнулась об отсутствии необходимости во сне, которой обладал наглец, в том числе. Со всем своим набором уникальных возможностей он и правда был идеальным защитником… Или идеальным убийцей.

Эти мысли не давали мне спокойно спать, и я пыталась половину ночи следить за дозорным так, лишь бы он не видел этого. Благо моё спальное место всегда было рядом с ним. Днём я позволяла себе немного клевать носом, сидя в седле, словно проверяя, поймает меня Прай или нет.

Сейчас, догадавшись, чем могли быть намёки Яры, я ощутила дикую усталость, что обрушилась на плечи. Не хотелось думать обо всём этом. Я несколько дней накручивала себя страхами в отношении человека, долг которого — защищать меня, а всё из-за ревности какой-то девчонки? Какая глупость.

Беспокоиться о своей безопасности в этом путешествии — не моя задача. Разве нет? Ищейки должны доставить меня в церковь, я сама не могу защитить себя… Практически не могу. Вот пусть они и думают над этим, а я перестану идти на поводу и слушать слухи, как привыкла делать во дворце лорда Феринели.

Рассчитывая немного вздремнуть, я закрыла глаза, но вместо сна оказалась в каком-то просторном помещении с приглушённым освещением. Вокруг стояли столики с лавками, но они пустовали. Рядом, на животе, накрывшись лёгким одеялом до талии, лежала девушка. Рука незнакомки покоилась на моём поясе.

Окинув себя взглядом, я осознала, что снова нахожусь не в своём теле, причём оно было мужским. Приподнявшись на локтях, я внимательно осмотрела комнату и увидела, что недалеко спит кто-то ещё, но уже на одной из лавок. Положив ладони под голову, миниатюрная девушка свернулась калачиком, прижав колени к груди. Её я тоже не узнала и детально рассмотреть в темноте не смогла. Единственным источником света в зале оказался огарок свечи, что стоял на столе в дальнем конце, а рядом с ним сидел мужчина. А вот его я узнала.