Чтение онлайн

Один из признаков того, что сопоручительство является раздельным, может быть тот факт, что каждый из сопоручителей заключил отдельный договор поручительства с кредитором. Если же эти договоры заключены в разное время и не содержат указания на совместный характер поручительства нескольких лиц, то сомнений в том, что такое сопоручительство является раздельным, практически оставаться не должно. Презумпцию раздельного сопоручительства в описанной ситуации Президиум ВАС РФ сформулировал, рассматривая конкретное дело в порядке надзора [184] .

Иное, разумеется, может быть доказано тем лицом, участвующим в деле, которое ссылается на совместный характер множественности на стороне поручителя, так как для него разница в квалификации сопоручительства может быть довольно чувствительной (об этом см. ниже).

70. Главная проблема различия между совместно данным и раздельным сопоручительствами заключается в следующем: должна ли и при раздельном сопоручительстве осуществляться «раскладка» долга, возникающего из обеспечительного обязательства? Или же механизм должен быть иным, в частности основанным на норме о том, что при переходе основного требования к новому кредитору переходят и все дополнительные (акцессорные) требования?

В одном из дел, переданных для рассмотрения в Президиум ВАС РФ в 2011 г., коллегия судей поставила этот вопрос перед высшей судебной инстанцией, причем с явным акцентом на то, что и при раздельном со-поручительстве должен действовать механизм «раскладки», основанный на регрессных требованиях [185] . Однако в постановлении Президиума ВАС РФ по этому делу вопрос о механизме предъявления одним из раздельных сопоручителей требований к другим сопоручителям вообще не обсуждается [186] .

К этому вопросу Президиум ВАС РФ вернулся только летом 2012 г. при рассмотрении дела № 1964/12 [187] . В этом деле обсуждалась проблема квалификации отношений между раздельными сопоручителями, осложненная залогом третьего лица.

Между банком и заводом был заключен кредитный договор, обеспеченный тремя раздельными поручительствами. Помимо этого банк заключил с одним из поручителей договор залога, обеспечивающий возврат заемщику выданного кредита. С разрешения кредитора – залогодержателя предмет залога – недвижимое имущество – был продан третьему лицу, впоследствии признанному банкротом. В ходе дела о банкротстве предмет залога был продан, вырученная денежная сумма передана залогодержателю. При этом к залогодателю – третьему лицу в порядке суброгации перешли права кредитора (банка) по обеспеченному залогом обязательству должника (завода).

Конкурсный управляющий банкрота-залогодателя (нового кредитора по обязательству) заключил с обществом «ЖилИнвест» договор поручительства, по которому последнее также дало поручительство за возврат заводом кредита, полученного от банка. Впоследствии общество «ЖилИнвест» исполнило обязательство по договору поручительства, уплатив кредитору денежную сумму, соответствующую сумме долга завода. В связи с этим общество «ЖилИнвест» обратилось в суд, ранее рассмотревший и удовлетворивший иск банка о солидарном взыскании с заемщика и первых трех поручителей суммы долга, с заявлением о процессуальном правопреемстве.

Однако суды трех инстанций не согласились с обществом «ЖилИнвест», отказав ему в удовлетворении заявления о правопреемстве. Суды посчитали, что требование по возврату кредита прекратилось в связи с удовлетворением банка-залогодержателя в рамках дела о банкротстве, а у залогодателя (и впоследствии общества «ЖилИнвест») возникло новое регрессное требование, которое должно удовлетворяться в отдельном порядке.

Однако Президиум ВАС РФ отверг регрессный подход к правам залогодателя – третьего лица, за счет имущества которого был удовлетворен кредитор, признав, что в этом случае имеет место не возникновение нового требования залогодателя к должнику, а переход требования кредитора к залогодателю. Далее Президиум ВАС РФ, опираясь на ранее сформулированный подход (см. п. 14 настоящего комментария), также признал, что к поручителю, исполнившему договор поручительства, в порядке суброгации перешло требование, которое имелось у кредитора в отношении должника.

Затем высшая судебная инстанция подчеркнула, что при суброгации к новому кредитору переходят и дополнительные права, которые имелись у кредитора. В итоге суд пришел к выводу о том, что у поручителя, исполнившего договор поручительства, есть требования ко всем другим поручителям, обеспечившим обязательство должника [188] . По мнению Президиума ВАС РФ, «иное при наличии нескольких поручителей способствовало бы несоблюдению договорной дисциплины, поскольку позволяло бы им уклоняться от исполнения принятых на себя обязанностей». По всей видимости, Суд имеет в виду, что при ином подходе каждый из сопоручителей стремился бы не исполнить обязательство перед кредитором, а, напротив, как можно дольше уклоняться от исполнения, рассчитывая на то, что кредитор взыщет долг с других поручителей и тем самым освободит такого поручителя от долга.

71. Этот вывод, сделанный Президиумом ВАС РФ при рассмотрении дела в порядке надзора, в абстрактном виде сформулирован в п. 28 комментируемого постановления. Однако в этом пункте Пленум ВАС пошел несколько дальше и не только признал, что при раздельном сопоручительстве поручитель, исполнивший кредитору, получает требование к другим поручителя (это, в общем-то, довольно естественно и не вызывает споров), но и определился с механизмом предъявления таких требований. Идея «раскладки» уплаченного в долях на других сопоручителей (как в случае с совместно данным поручительством) Судом была отвергнута [189] .

Пленум ВАС РФ подчеркнул, что при раздельном сопоручительстве солидарно обязанными являются не сопоручители, а каждый из поручителей с должником. Иными словами, в описываемой ситуации имеется не солидаритет на обязанной стороне в одном обеспечительном обязательстве, а столько солидарных пар «должник – поручитель», сколько поручительств было выдано.

Графически разницу между конструкциями совместно данного со-поручительства и раздельного сопоручительства можно изобразить следующим образом:

где А – кредитор, Б – должник, В, Г и Д – поручители; овалами обозначается солидарная связь между должником и поручителями.

72. Нельзя не заметить, что предложенная в п. 28 комментируемого постановления квалификация раздельного сопоручительства (наиболее часто, кстати, встречающегося на практике) неизбежно должна подталкивать каждого из поручителей к скорейшему платежу в пользу кредитора: ведь чем раньше сопоручитель заплатит кредитору, тем больше обеспечительных прав он получит. В свою очередь тот сопоручитель, который будет дольше всех уклоняться от платежа, в итоге останется один на один с должником. Такой подход, стимулирующий поручителей к как можно более скорому исполнению своих обязательств, в гораздо большей степени отвечает интересам кредитора.

73. Впрочем, описанная конструкция раздельной множественности поручителей и последствий удовлетворения одним из них требования кредитора не является императивной. Так, поручители вправе договориться между собой, что тот поручитель, который удовлетворит кредитора, имеет право лишь взыскивать долг с должника, но не может требовать исполнения от других поручителей (см. последнее предложение п. 28 постановления).

74. В соответствии со вторым абзацем п. 14 постановления правовые позиции, содержащиеся в п. 27 и 28 постановления, касающиеся соответствено «раскладки» при совместно данном сопоручительстве и суброгации при раздельном сопоручительстве, подлежат применению и в случае, если имеется еще одно обеспечение – залог, установленный лицом, не являющимся должником в обеспеченном обязательстве.