Чтение онлайн

— Здравствуйте! — выпрямилась, решив посмотреть кто позарился на мою ягодицу.

Надо было видеть удивление разливающееся на лице капитана, когда он увидел кому принадлежит часть тела, по которой прошлась его рука.

— Сандра? Сандра Трип? — ошарашенно переспросил он, жадно вглядываясь мне в лицо.

— А вы кого-то другого хотели увидеть? — улыбнулась в ответ.

— Да. Нет. Вернее… я в шоке, — произнес мужчина, с ног до головы оглядывая мое новое тело.

Вот теперь мне было приятно увидеть неподдельное удивление в глазах капитана и… проявившийся во взгляде интерес.

В основном я видела его по отношению к другим женщинам, но теперь он явно предназначался мне. И это не могло не радовать.

— Так с кем вы меня перепутали? — мне было интересно сравнить себя с незнакомкой, которой предназначался шлепок по попе.

— С Амелией, — так звали второго помощника штурмана.

Это была миловидная девушка, примерно одного со мной возраста, но у нее в отличие от меня не было проблем с весом, впрочем, как и с мужским вниманием.

Девушка пока не определилась с тем, кому отдает свои предпочтения, раздавая авансы многим мужчинам. Кажется, капитан был в числе подопытных красавицы.

На ее месте я бы не раздумывая выбрала Маршала Вудса. И не потому что он был при власти и являлся самым главным на «Слезе пророка». На мой взгляд, он был самым надежным из всех свободных мужчин. Каждый раз когда мужчина что-то говорил в его словах чувствовался вес, подкрепленный опытом и уверенностью. Если мужчина что-то обещал, то это означало практически то же самое, что «уже выполнил». Такой как он никогда не подведет, не предаст. За ним, как за каменной стеной. Одним словом, надежный мужчина во всех смыслах этого слова.

Но Амелия почему-то тянула с выбором, раздавая авансы не только Маршалу, но другим мужчинам. Она словно что-то ждала. Или точнее кого-то. И этим кем-то был, конечно же граф.

Я и не знала бы о мечте Амелии стать графиней, если бы мне об этом не прожужжала все уши Рианна Флипер. Не знаю почему ее так интересовал вопрос кого же из мужчин выберет кокетка Амелия. Может быть потому что обе женщины были не замужем и по сути являлись конкурентками. Хотя, на мой взгляд Рианна проигрывала Амелии несколько сот очков.

— Мне, конечно, приятен ваш комплимент, но, по-моему, вы переборщили, — ответила капитану. — Сравнить меня с Амелией это равносильно уравнять простой глиняный горшок и фарфоровую вазу династии Мин.

— Сандра, отчего вы так себя не цените? — вдруг спросил меня Маршал.

— Простите? — удивилась.

— Видели бы вы себя в спортивном зале. Столько упорства, труда и целеустремленности я не встречал ни у кого из своего окружения. Вы то и до преображения были хороши, но теперь вы и вовсе цветок.

— Ага. Мухоловка, — криво улыбнулась на слова мужчины.

Он не стал меня разубеждать.

— Завлекающая в свои сети мушиных кавалеров, — сострил Маршал.

— Скажете еще тоже, — махнула рукой.

Мы и дальше, наверное, разговаривали с капитаном, если бы не подошедший Дитрих.

В этот раз он не был раздет, но тонкая черная водолазка больше подчеркивала, чем скрывала.

— Я смотрю ты тут заигрываешь с девушками, капитан? — похлопал граф по плечу капитана.

— Да вот пытаюсь очаровать милую Сандру, а она никак не реагирует на мои комплименты, — у капитана было явно хорошее настроение раз он решил назвать меня милой.

Граф повернулся в мою сторону внимательно посмотрел с ног до головы. Под его изучающим взором мне почему-то захотелось прикрыться. Отчего-то еще недавно свободные лосины начали давить, а длинная майка показалась чересчур короткой и узкой.

— Наверное, ты не правильно их делаешь, — ответил граф, закончив мой осмотр.

Я так и не поняла его реакции на увиденное. Лицо мужчины не выражало совершенно никаких эмоций, как будто их и не было вовсе. Пожалуй с таким выражением сидят в королевской ложе, когда очень хочется зевнуть, а нельзя.

— Куда уж мне до тебя, — пожал плечами капитан. — Я не очень хороший специалист в части комплиментов.

— Ты собираешься фехтовать или мы и дальше будем любезничать, — произнес граф полностью утратив ко мне интерес. Мне стало как-то не по себе. Он вроде бы ничего не сделал, а как будто ледяной водой окатил.

— Ой, я смотрю, что дорожка освободилась. Прошу прощения, пойду, — я ретировалась от мужчин, не желая выглядеть глупо. Графу явно было неприятно мое общество. Не таких дам он привык лицезреть рядом.

Я сознательно отвернулась таким образом, чтобы не смотреть на мужчин, вознамерившихся заняться фехтованием.

В зале заметно прибавилось людей, решивших поглазеть на бой капитана и фон Крома. На корабле любая весть распространяется с небывалой быстротой. Звук скрещиваемых шпаг меня заметно нервировал, но я держалась, стараясь изо все сил не обращать внимание ни на выкрики зрителей, ни на возгласы дерущихся.

Мне, ни разу не видящей настоящего поединка на рапирах, жутко хотелось посмотреть на бой. Но что-то меня заставляло держать марку и делать вид, что мне совсем не интересно. Я переходила с тренажера на тренажер, делала упражнения, отдыхала между ними, но ни разу не повернула головы. Это стало своего рода испытанием, но я его с честью выдержала. Я даже умудрилась отвернуться, когда мимо меня должны были пройти Маршал и Дитрих.

— Граф, а мы с тобой плохие бойцы, — услышала я голос капитана.

— Почему?

— Когда девушка не смотрит в мою сторону это говорит о многом.

Я вздрогнула, но продолжала делать вид, что рядом со мной никого нет.

— Может это все потому, что ты не привлекаешь эту девушку? — я расслышала в голосе графа улыбку.

Над чем он смеется? Или точнее над кем? Похоже, что надо мной. Я сцепила зубы и принялась с удвоенной силой крутить педали.

— Не думал я, что когда-то скажу нечто подобное, но, по-моему, мой друг, ты ее тоже не привлекаешь, — хохотнул Маршал.

— В кои-то веки я этому рад.

Лучше бы он меня ударил.

Я сцепила зубы с такой силой, что казалось еще немного и они начнут крошиться. Чертов аристократ. Конечно, ему подавай красавиц с ногами от ушей, с идеальной фигурой, нежной кожей и родословной как у арабских скакунов. А обыкновенные преподавательницы уж точно не могут привлечь внимание породистого самца.

— Не зарекайся, дружище, — заметил капитан. — Все в этом мире очень относительно.

А о чем дальше говорили мужчины я не слышала, шум в ушах все поглотил под своей толщей.