Чтение онлайн

Ненавижу. Гнилой аристократишка. Рад он видите ли. Да, может быть, это мы рады, что вы не обращаете на нас внимание. Больно надо. Вонючий графский выкормыш.

Я бы и дальше поносила Дитриха, не окажись рядом Май и не заставив меня сменить тренажер. Тем самым он меня отвлек от горестных дум.

— Я смотрю, вы решили поставить новый мировой рекорд. Мне, кажется, это лишним. Завтра будет все болеть.

— У меня каждый день все болит и я не жалуюсь, — буркнула, приступая к выполнению жимов сидя.

Злость на графа добавила мне сил.

Польза от него была хоть в этом.

В каюту я в этот вечер буквально вползла, уставшая как никогда. Мне хватило сил принять душ и разве что перекинуться парой слов с Лайзой.

Ее роман с Лукасом был в самом разгаре. Они еще не перешли на новую ступень отношений, но уже были близки к заветной черте. Буквально на днях Лайза интересовалась у меня будет ли по-человечески вступить в близость с мужчиной, который ей не муж. Я заверила андроида, что все это пережитки прошлого, на которые не стоит обращать внимание.

Наш полет медленно, но верно подходил к своему апогею. Корабль приближался к пятой планете в планетарной системе вращающейся вокруг звезды по спектру схожей с нашим Солнцем. Планета имела официальное название зет двенадцать альфа пятьсот семьдесят пять. Неофициальным, которое возникло в один из вечеров в шумной кают-компании было «табурет для пятой точки пророка».

Откуда оно взялось?

Да все из пустых разговоров на отвлеченные темы. Когда у людей много свободного времени, то они пытаются его занять и не важно чем, в основном шутят и прикалываются. Так легче переносятся серые будни.

Как-то кто-то пошутил, что наш корабль в силу своей конструкции не сможет сесть на искомую планету, а в конце пути всего лишь зависнет на орбите. А к самой поверхности опустятся небольшие шаттлы, несущие в своем чреве специалистов для контакта с обитателями планеты.

Из-за положения на орбите корабль все время будет повернут низом, для лучшей связи и контакта. Отчего со стороны будет казаться, что «Слеза пророка» сидит на огромной планете.

По иронии судьбы прозвище прижилось. И планету зет двенадцать альфа пятьсот семьдесят пять все чаще называли просто «табуретка». Многим это прозвище не нравилось, в частности графу, потому оно было под запретом. Но за глаза конечную точку нашей экспедиции все равно величали «табуреткой».

Поскольку время полета к планете подходило к концу и до расчетного времени высадки оставалось не так уж и много, то в кают-компании стали собирать всех членов экспедиции, чтобы согласовать действия и отработать возможные внештатные ситуации, возможные как бы к ним не готовились.

— Сандра, можно войти? — стук в закрытую дверь известил, что ко мне в гости стремилась заглянуть Рианна.

В последнее время она все чаще навязывала свое общение, к которому я не особо то стремилась. Мне для душевного спокойствия хватало разговоров с Лайзой и пререканий с Маем. Мальчишка в конец оборзел, перестав видеть во мне своего преподавателя, узрев под толстым слоем жира очаровательную женщину, как сказала Лайза. Ветрофф все чаще стал позволять себе в отношении меня какие-то высказывания, имеющие явный сексуальный подтекст.

Мне с одной стороны было приятно узнать, что я создаю совсем иное впечатление, но с другой становилось обидно, ведь внутри я по-прежнему была той Сандой, какой являлась и до похудения.

А еще, мне, наконец, стали почти впору вещи Лайзы. Когда впервые примерила юбку такого маленького размера, в которую раньше бы поместилась только моя нога, и то не полностью, я расплакалась.

Да, я рыдала, словно маленький ребенок, который, спустя долгие часы ожидания, получил заветный подарок за примерное поведение.

То, что каждый день смотрела на себя в зеркало и видела изменения не шли ни в какое сравнение с ликованием, которое я ощутила скользнув внутрь тканевого цилиндра. И, о, чудо, он принял меня в свои объятья, не затрещал по шву, не завис на одной ноге, потому что для второй нет места, а сел как влитой, мягко обхватив бедра.

Я смотрела в зеркало и не могла поверить своему счастью. Девушка, которую видела в отражении не была мной. Она буквально всем отличалась от меня прежней. Я жадно вглядывалась в мой новый облик, сквозь лившиеся слезы, и понимала, что для меня обратной дороги уже не будет. Я не допущу.

— Ты иди, я скоро буду, — ответила, утирая слезы. Выходить в заплаканном виде к Рианне я не желала.

— Я буду ждать тебя в кают-компании, — услышала удаляющийся голос.

— Я ее вижу, вижу! Вот она! — закричал Май, тыча в экран. — Какая же она красивая! — восторгался парень, глядя на зет двенадцать альфа пятьсот семьдесят пять.

Все же он был еще мальчишкой, как бы не старался казаться умудренным опытом мужчиной.

Я с теплотой посмотрела на своего тренера поневоле, стоя в дальнем углу кают-компании. На центральную стену выводилась картинка с центрального телескопа «Слезы пророка». С каждым пролетающим километром точка пути, к которой мы стремились так долго, приближалась, даря все большую надежду на встречу с легендарными заурцами.

Раса, которая оставила после себя огромное количество памятников культуры, рассеянных по десяткам планет, вдруг перестала существовать и множество ученых сходились ко мнению, что это произошло чуть ли не в один миг. Вот так безо всяких предпосылок, без кровопролитных войн, они исчезли из нашей галактики, как будто их никогда и не было, оставив после себя лишь материальные носители информации, сохранившиеся до наших дней.

Дитрих фон Кром, общаясь в околонаучных кругах, познакомился с сумасшедшим ученым, которого никто не воспринимал реально, но который всю жизнь искал планету где по его мнению по прежнему жили потомки заурцев. И он ее нашел на просторах Галактики, но, к сожалению, сам не дожил до полета на искомую планету, погибнув упав с высоты. Мужчина был крайне рассеян и не заметил отсутствие ограждения, когда гулял по крыше, общаясь со звездами. После него осталось множество записей подтверждающих его предположение о существовании заурцев до сих пор. Он считал, что остатки цивилизации сохранились, но утратили свою мощь, не имея возможности по каким-то неведомым причинам выйти в космос.

Мало кто верил бредням сумасшедшего, а вот Крома его идеи увлекли и он, с присущим ему упорством, будучи авантюристом до мозга костей, сумел найти спонсоров, вложившихся в безумно дорогой полет. Так и возникла экспедиция на зет двенадцать альфа пятьсот семьдесят пять. Из-за того, что никто не верил в наличие жизни на этой планете, ей официально так и не дали нормального наименования, лишь присвоили код.

И вот теперь мы приближались к заветной цели. Стадия усиленного торможения уже завершилась и все члены экипажа вместе с участниками экспедиции имели возможность беспрепятственно разгуливать по кораблю, с нетерпением ожидая когда же корабль выйдет на планетарную орбиту, чтобы поближе познакомиться с зет двенадцать альфа пятьсот семьдесят пять.