Обидный проигрыш
Шрифт:
Смотрю на часы. У меня почти час. Успею снять деньги, доехать до него и потом к Лейле. Мой план был заскочить в «The Vine Cellar» за бутылкой того вина, что нам понравилось на дегустации, но теперь я явлюсь с пустыми руками. Надеюсь, Лейла поймет.
Картер: Буду через двадцать минут.
Джереми: Спасибо, брат. Я твой должник. Постучи дважды, когда приедешь.
Через восемнадцать минут и кучу нарушений ПДД я паркуюсь перед зданием, которое выглядит как декорация к фильму ужасов: старый склад, облупившаяся краска, выбитые окна. Место из разряда «вход — рубль, выход — жизнь». Если меня тут завалят, надеюсь, мой призрак будет изводить Джереми каждый божий день его жизни.
Соседние здания не лучше. Весь квартал погружен во тьму, атмосфера — до мурашек. Единственный признак жизни — три черных внедорожника с тонировкой, выстроившиеся как безмолвные часовые у боковой дверцы.
Если бы не Джереми, я бы и в бреду сюда не сунулся.
Собрав волю в кулак, выхожу из «Кайены» и блокирую двери. Подхожу к облезлой металлической двери, которая, кажется, гниет тут десятилетиями.
Когда я стучу, она тут же открывается.
— Заходи! — рявкает хриплый голос с акцентом, от которого в голове взвыли все сирены.
Стоит мне переступить порог, чья-то рука хватает меня и впечатывает в стену. Глаза привыкают к полумраку, и я оказываюсь нос к носу с... горой. Огромный мужик. Метра два ростом и центнера два весом — груда мышц, пота и дешевого одеколона.
За его спиной Джереми, поникший, сидит за складным покерным столом. Вокруг еще четверо парней, у всех одна прическа: выбритые бока, сверху чуб.
— Пришел поиграть? — один из них ухмыляется, сверкая золотым зубом.
По акценту понимаю — Джереми умудрился задолжать русской мафии. Превосходно.
— Нет, — стараюсь сохранять спокойствие. — Я просто привез деньги, чтобы закрыть долг.
Я каменею, когда меня хватают, как спортивную сумку, и начинают бесцеремонно обыскивать. В этот момент я замечаю пистолет, заткнутый за пояс у здоровяка. Еще лучше.
Мне выворачивают карманы. Телефон, кошелек, конверт с наличкой. Но им мало — снимают Ролекс, запонки и даже галстук.
Потом меня толкают к игровому столу. Джереми смотрит на меня, ошарашенный. Волосы всклокочены, клетчатая рубашка помята. На столе — горы фишек, пивные бутылки и два ствола.
Мужчина слева от Джереми поднимает взгляд. У него волосы цвета платиновый блонд, он суше остальных, но то, как все на него оборачиваются, говорит само за себя. Он здесь главный.
— А, пришел оплатить счет дружка? — спрашивает он, перекатывая сигару во рту.
У меня предчувствие, что уточнение «это мой брат» только ухудшит ситуацию. По крайней мере, они, кажется, не знают, кто наш отец. Или что я бывший игрок НФЛ с миллионной пенсией. Если бы пронюхали — ценник взлетел бы до небес.
— Я уже отдал деньги твоему напарнику вон там.
Он качает головой, выпуская облако дыма прямо мне в лицо.
— Ушли в общак. Теперь долг вырос до двадцати пяти тысяч. Твой друг сказал, ты хорошо играешь в покер. Можешь отыграться.
Джер, ты чертов кретин.
Я написал ему, что еду, а он что сделал? Удвоил ставку. Я всегда говорил ему — отыгрываться в погоне за сливом это удел дилетантов. Никогда не слушает меня, блять.
— Твой человек уже меня обчистил. Мои часы должны покрыть всё с лихвой.
Он даже не моргнул. Берет пистолет и указывает им на свободный стул напротив.
— Садись.
Во рту пересохло, сердце колотит, но выбора нет. Я «устраиваюсь» на облезлом металлическом стуле.
— Иван, — блондин указывает на себя, потом на двух других. — Это Илья и Николай. Попробуете смухлевать — пришьем обоих.
О, конечно. Пара вооруженных угроз — и игра сразу становится спортивнее.
— Понял.
Победить или проиграть? На данный момент я и сам не знаю. Выигрыш может их взбесить. Проигрыш может стоить мне машины. Или головы.
Изучаю стол, считаю фишки. Нужно выйти в ноль, а потом пусть забирают деньги, Ролекс и запонки, если им так надо.
Здоровяк бросает мне стопку фишек. Мозг включается.
Спокойствие. Контроль. Стратегия.
Как на поле.
Только сейчас мяч сделан из денег, а штрафные санкции включают пули.
А потом я вспоминаю про Лейлу. Я должен быть у неё меньше чем через полчаса — с бутылкой вина и объяснениями.
Я в глубокой заднице.
33 — Хроники предсказанной выбоины
Игрок, делающий ставки
Также используется для обозначения пассивного, проигрывающего игрока, который не делает больших рейзов, но делает больше ставок, чем следовало бы.
Картер опаздывает больше чем на полчаса, и он даже не прислал сообщение и не позвонил.
Я снова проверяю телефон, хотя прекрасно знаю, что никаких уведомлений не приходило.
Эта тишина начинает на меня давить.
Я отклонила приглашение Ани пропустить по стаканчику, и ради чего? Чтобы торчать здесь в одиночестве и пялиться в экран безмолвного мобильника.
Сейчас мне бы этот стаканчик очень не помешал.
К тому же, чертовски обидно, что я зря сделала эпиляцию.
Где тебя черти носят, Картер?
Мне хочется написать ему. Спросить, где он и собирается ли вообще приходить. Но гордость не позволяет.
Подожду еще час. Может, полчаса. Или пятнадцать минут.
Кому я вру? Если он не объявится через пять минут, я буду слишком зла, чтобы сдерживаться. И слишком задета, чтобы притворяться, будто мне всё равно.
Я могу стерпеть опоздание, если есть веская причина, но сейчас это всё больше похоже на то, что меня просто кинули, и это по-настоящему больно.
Тревожная мысль проносится в голове, колючая, как заноза под кожей: а что, если встреча с родителями этим вечером заставила его передумать насчет меня?
Что, если он осознал, что я не могу быть частью его жизни так, как он представлял?