Чтение онлайн

— О, слава вашим высшим небесным дядькам, плющащим людей за монетки, — со смешком выдохнула Зарина. — Ни зги не видно. Долго нам еще ползти?

— Полагаешь, я отдохнуть здесь присел? — саркастически осведомился Хонор. — Мы на месте. Нужно лишь приоткрыть еще одну дверцу, и будет светлее.

— Так действуй, — прошипела Зарина, глаза которой уже начали привыкать к темноте.

— Да подожди ты! — отмахнулся Хонор. — Сначала нужно выяснить, нет ли кого в зале для встреч.

— Признайся, ты уже был в Мэнтисе. — Зарина пожалела, что Хонор не может увидеть выражение ее лица.

— Ясное дело, был. Вместе с моим... вместе с правителем Клементом мы посещали эту крепость в прошлом году для переговоров насчет права допуска нейтралов на территорию Королевств.

— Ты и в прошлом году сидел в этой каморке?

— Нет! — Хонор был возмущен тем, что Зарина могла так о нем подумать. — Я присутствовал в зале вместе с правителем Клементом и участвовал в обсуждении. Мне принадлежала часть системы аргументации, позволяющую убедить Старейшин в целесообразности официального допуска нейтралов на наши территории. Хотя сам я иного мнения, но аргументы я подбирал для поддержания точки зрения правителя Клемента, а не своей. Я преданный служащий.

— О, самолюбование?

— Нет! Констатация.

— Убедили?

— Нет. — Хонор скрипнул зубами.

— Видимо, твоя часть аргументации была паршивой.

— Она была идеальной!

— Как скажешь. — Зарина подползла поближе. — Может, уже откроешь дверку, чтобы мы успели оценить обстановку?

Проворчав что-то себе под нос, Хонор завозился, производя чуть больше шума, чем требовалось, и их каморку, наконец, залил тусклый свет. Свечение проникало сквозь щели, находящиеся на дверке, похожей на ту, через которую они попали в лаз. Дверка была двойная, и, чтобы получить хот каплю света, Хонор отворил первую створку.

— Через щели виден зал, — объяснил Хонор. — Снаружи на этом месте висит гобелен, поэтому Старейшины не узнают, что их разговор будут подслушивать.

— А Старейшины вообще знают об этой каморке?

— Нет, крепость Мэнтис построил предшественник предшественника правителя Джонасона.

— Значит, это Львиный любимчик показал тебе и Братишке этот лаз? — догадалась Зарина.

— Да.

— Это прямо заговор. — Зарина не на шутку обрадовалась. — Хитрите за спиной Совета — ух, славненько отрываетесь!

— Не могу понять, ты одобряешь наши действия или пытаешься поставить в укор? — озадачился Хонор.

— Ни то, ни другое. Я просто тащусь, когда кто-то кому-то подкладывает жирнопористую свинью.

— Тебе точно по нраву жестокость.

— О да.

Снаружи раздался скрип.

— Тихо! — Хонор приник к дверце. Зарина, распластавшись на животе, тоже подползла ближе.

Сквозь щели был виден зал с высоким сводчатым потолком. Ни гобеленов, ни картин, ни других предметов пышного антуража — лишь голые холодные стены. Помещение не имело ни одного окна, и освещалось лишь люстрой с парой десятков светоч-камней под самым потолком. До блеска натертый пол слепил глаза. У западной стены располагалась длинная высокая трибуна. Создавалось впечатление, что темные стены зала с каждой секундой все сильнее сдвигаются, грозя расплющить того, кто рискнет ступить под своды.

Двустворчатая дверь в углу за трибуной отворилась, и в зал начали вплывать фигуры в длинных пурпурных одеяниях. Шею каждого украшали цепи, оплетающие драгоценные камни различного вида и величины. Всего Зарина насчитала четыре фигуры.

— В Совете всего четыре человека?

— С Азэлстаном было бы пять, но он, как ты знаешь, отказался, — вполголоса ответил Хонор.

— Ага, и вместо этого пошел завоевывать Королевства, — съязвила Зарина. — Мутные они какие-то. Должно быть, заседать в Совете — та еще скучища.

— Тебе смешно?

В падающем свете Зарина сумела разглядеть, как блестят от злости глаза Хонора за стеклами очков.

— Смешно, — с вызовом бросила она.

Хонор заскрежетал зубами, но удержался от желания продолжить перепалку. Зарина тоже не стала поддерживать конфликт. Все же больше ее интересовали те пожилые господа, что чинно рассаживались в креслах с высокими спинками. Ближайшему к ним мужчине было около пятидесяти. Он имел курчавые маслянистые волосы, — проседь чередовалась с все еще насыщенным черным оттенком, — широкий лоб, близко посаженные глаза и нос, выпирающий подобно клюву коршуна.

— Первый с большим носом — это бывший правитель Королевства Овна, — словно слыша мысли Зарины, сообщил Хонор. — Вступая в Совет, Старейшины берут себе новое имя, которое символизирует их переход на новые высоты власти. Теперь его зовут Вулкан.

Зарина прыснула.

— Не слишком ли пафосное имя для того, у кого погас Сапфир?

— Совет утверждает, что таким образом они выходят на новую ступень развития. — Хонор вжался лбом в дверцу, царапая очками поверхность и сверля взглядом трибуну. — По мне, все это доброкачественная ложь. Ну не может Вечный Сапфир просто так погаснуть! Он же олицетворение жизни и надежды.

Зарина тихо фыркнула. От идеалов Хонора ни убежать, ни скрыться — юноша все равно будет стоять на своем.

— А второй, который с бородкой и безвкусными бакенбардами? — Зарина решила отвлечь Хонора, пока тот вновь не впал в свое идеализированное безумство типа «Утопия идеальна и бла-бла-бла».

— Бывший правитель Королевства Тельца, ныне именуемый как Тарас. Слева от него — женщина с высокой прической — бывшая правительница Королевства Близнецов — Патока.

— Патока? — Зарина едва сдержала смех. — Ну и имечко.

— Ни для кого не секрет, что единственная женщина в Совете Старейшин — отчаянная сладкоежка, — спокойно пояснил Хонор.

— Ты в курсе, что она походит на престарелую Мэрилин Монро?

— Я не знаком с этой госпожой. — Хонор нахмурился.

Четвертый член Совета Старейшин на фоне других выглядел карликом. Кожа его лица бугрилась, глазки-пуговки терялись в прослойках щек, а вздувшиеся губы напоминали рыбьи. Зарина ждала, что Хонор представит его, но юноша молчал.

— Эй, Бюрократишко. — Зарина толкнула его локтем. — Как насчет завершить репортаж с места событий?

— А? — Хонор обратил к ней невидящий взор.

— Я говорю о четвертом старикашке.

— Это бывший правитель Королевства Девы. — На лице юноши появилась странная гримаса. — Королевства, где я родился. Пять лет назад Вечный Сапфир погас для него, и он провозгласил себя Старейшиной. Словно трус сбежал сюда, когда как мой отец потерял все, лишившись поста в Совете при правителе! Из-за него мой отец оказался привязан к постели! Из-за него он больше не мог ходить!

Хонор ударил кулаком в дверцу, и Зарина вцепилась в его запястье, опасаясь шума. Юноша била мелкая дрожь, но под ее рукой разливался нездоровый жар. Молча придвинувшись, Зарина шлепнула ладонью по его лбу и вжала пальцы в пылающую кожу. Тот ошарашено уставился на нее. Холод ее рук боролся с жаром, источающим его кожей, и через пару мгновений прохлада разлилась по лбу Хонора и потекла вниз по щекам и шее, а в разум вернулась ясность. Осознав, насколько близко находится Зарина, Хонор покраснел.