Чтение онлайн

Выбравшись из воды, Егор сделал небольшую пробежку, играючи побоксировал и бросился на раскалённый песок рядом с аккуратно сложенной форменкой. Жара не казалась уже столь изнуряющей, как прежде. С быстрины веял ветерок, из-под пирса дышало кисловатым запахом стоялых водорослей и тины.

Блаженно щурясь, Непрядов глядел на реку. По фарватеру тяжело шли глубоко осевшие баржи, торопливо подминали под себя воду тупорылые портовые буксиры, с высоко задранными носами лихо проносились рыбацкие моторки. В отдалении по фермам железнодорожного моста гулко прогромыхал грузовой состав. Ещё дальше и выше небо раскололось в грохоте уходившего за горизонт истребителя. А на островке тишина и благодать. Лишь чуть слышно шелестят листья в прибрежных зарослях ивняка, да чмокает вода в днища шлюпок. Голоса толпившихся на пирсе ребят казались приглушёнными и доносились будто из какого-то неведомого мира.

Заслышав хрустящие шаги, Егор очнулся от невольной дрёмы. Волоча босые ноги по песку, к нему подходил тот самый чубатый цыганистый парень, который мечтал о кружке пива.

– Капитан просил передать, что начинается пробный заплыв, - сказал он, опускаясь рядом.
– Сгоняем туды-сюды по речонке, а потом уже и на зачёт.

– А плавать все умеют?
– полюбопытствовал Егор.

– Я думаю, - предположил чубатый.
– Кто ж в охотку на флот пойдёт, если воды боится?

– Сам-то не боишься?

– Обижаешь, командир, - и вдруг предложил: - А что, махнём стометровочку на спор?

– Махнём, - согласился Егор, не желая пасовать перед полуштатским. Твои условия?..

– Дюжина пива.

– А не уписаешься?

– Да не-е, постараюсь.

– Добро, будет тебе дюжина. Но если за кормой останешься - сегодня же пойдёшь в парикмахерскую и оболванишься под бритву.

– Лады, - согласился чубатый и протянул руку.
– Кузьма, значит, я. А по фамилии - Обрезков.

Егор тоже назвался.

Заплыв начался. Кандидаты прыгали в воду с одного пирса и плыли что есть мочи к другому. Кто хуже, кто лучше, но дистанцию проходили все восьмёрки.

В последнем заплыве должны были стартовать Кузьма Обрезков и полноватый, медлительный кандидат с серьёзным лицом и аккуратно расчёсанными на пробор гладкими волосами. Помня о споре, Егор встал на бровке пирса третьим.

В это время к Стародубу подбежал рассыльный матрос и попросил срочно подойти к телефону.

Капитан мотнул головой, мол, командуй, Непрядов, за меня и поспешил в шкиперскую.

– Внимание, - скомандовал Егор, отведя руки назад и присев. Краем глаза он видел, как напружинился, сжался Кузьма, также приняв стартовую позу. Толстяк потоптался, вздохнул и лишь после этого неловко пригнулся, как бы молитвенно сложив ладони.

– Старт!
– выкрикнул Непрядов и, что есть мочи оттолкнувшись ступнями от шершавой кромки, торпедой врезался в воду. Вынырнув, он с удивлением заметил, что чернявая голова Кузьмы оказалась на добрых полметра впереди.

"Силен, любитель пивка", - подумалось. С трудом догнав соперника, Непрядов всё же долго не мог вырваться вперёд. Соперник оказался выносливым, крепким малым. Первые полсотни метров они прошли почти наравне, будто привязанные друг к другу. Но уже после поворота Егор заметил, что Кузьма начал отставать. Когда же до финиша оставалось не более двадцати метров, Непрядов применил свой "коронный" рывок, - заработал в воде руками и ногами с таким ускорением, будто в нём ожил набиравший обороты двигатель.

А потом, не вылезая из воды, оба тяжело дышали, держась руками за скользкие сваи, на которых покоился пирс.

– Ну что, вечером под Котовского?
– напомнил Егор.

– Как договорились, - отплевываясь и отирая мокрое лицо ладонью, согласился Кузьма.

– В следующий раз не спорь.

– Так бы сразу и сказал, - догадался Обрезков.
– Какой разряд?

– Второй.

– Оно и видно, за тобой не угонишься.

– А ты вместо пива пей молоко, - съязвил Егор, - тогда догонишь.

– Привычка, понимаешь, - признался Обрезков.
– Я на запорожском металлургическом подручным сталевара вкалывал. Бывало, кончим смену, вываливаем бригадой за проходную, а рядом - пивной ларёк. По кружечке пропустим, поговорим за жизнь, а потом и по домам. Традиция у нас такая была.

– Пиво, конечно же, с прицепом?

– Ни в коем случае! Бригадир наш, Остап Ерофеевич, это дело сразу пресекал. А вот пиво - пожалуйста, - поглядев по сторонам, Обрезков удивлённо спросил: - Где ж третий наш?

– В самом деле, - забеспокоился Егор.
– Может, он с дистанций сошёл? подтянувшись на руках, Непрядов взобрался на пирс. Сдававшие зачёт кандидаты бродили по берегу, валялись на песке, но толстяка нигде не было видно.

– Неужели потонул?
– предположил Кузьма.
– Такое бывает. Однажды, вот помню, у нас на Днепре одному шкету судорогой ногу свело...

Набрав в лёгкие побольше воздуха, Непрядов нырнул. Глубина в этом месте была не более двух метров, песчаное дно хорошо просматривалось - и потонуть-то негде... Толстяка и здесь не оказалось.

– Даём тревогу, - решил Егор, собираясь выбраться из воды.

– Погодь, - придержал его Кузьма и показал рукой куда-то под настил пирса.
– Вот он, миляга, отдыхает.

Егор пригляделся к полумраку, царившему под пирсом, и увидал того самого, третьего. Обхватив руками сваю, он будто прирос к ней.

Непрядов с Обрезковым подплыли к толстяку.

– Да что с тобой, ногу свело?
– спросил Егор.

Толстяк молчал, сжимая посиневшие губы и отрешённо глядя перед собой. Его трясло в мелком ознобе.

– Очнись, Ихтиандр, - Кузьма пошевелил его за плечо.

– Я не умею плавать, - стуча зубами, еле выдавил из себя парень.

– Ты даё-ёшь, - изумился Обрезков.
– Чего ж тогда в воду прыгал?

– Так ведь надо же!..

Егор с трудом отцепил руки толстяка от скользкой, покрытой тиной сваи и потащил его к берегу. Несмотря на жару, толстяка всё ещё трясло.

Они уселись на песке. Перестав отстукивать зубами "морзянку", толстяк уныло заявил:

– Теперь уж точно не примут... Не знаю, как жить дальше. Я ведь не мыслю себя, кроме как военным моряком.

– Чего ж тогда плавать не научился, мыслитель?
– спросил Егор.

– Негде было. Речка в нашем городке мелкая. И на сто вёрст кругом нет ни одного приличного пруда,

– А как экзамены?

– Все на пять.

– Тогда жаль, - искренне посочувствовал Егор.
– Может, как-нибудь проскочишь.

– Едва ли, - усомнился толстяк, - с физподготовкой у вас не шутят, а я...
– он безнадежно махнул рукой.

– Да ты погоди, не буксуй, - Кузьма подтолкнул толстяка локтем, что-нибудь придумаем, - и взглянул на Егора.
– Как думаешь, командир?