Чтение онлайн

На этих словах Бабка замерла. Она внимательно смотрела в сторону реки. Потом вздохнула и горько выдала:

– Вот, вроде бы - сижу, никуда не рыпаюсь. Но неприятности меня сами находят.

Народ молчал, чувствуя какую-то интригу.

– Горожане, с запада идёт стая. Три больших. Кажется - элиты. Шесть - примерно руберов. И куча мелочи, начиная с прыгунов… Дострелялись. Доездились колоннами… Мать, в перемать.

– Так они, что? Они с запада идут? Туда же Сосновецкие укатили!

– Нам о себе беспокоиться надо, а не о Сосновецких … Так… Ладно… Все по домам! Те, кто умеет держать ствол - вооружитесь и к берегу Халтурки.

Народ бегом рассосался с площади.

– Экипажи! Боезапас полный?

– Да, Бабка. Не волнуйся, всё в порядке.

– Отлично. Сдавайте задом к реке. Стройтесь в линию в метрах пятидесяти от берега. Готовьтесь к бою… Фукс, у тебя гранатомёты есть?

– Да, Бабка.

– Гранатомётчиков, с кому…

Аркаша подсказал:

– Кумулятивными.

– Да!! Вот их! Тоже вдоль берега поставь.

Фукс умчался.

К берегу реки начали подбегать ополченцы. В основном с автоматами. Но пришла и парочка с пулемётами. У некоторых за плечами торчали снайперские винтовки.

Бабка кричала в мегафон:

– Мелкий калибр, автоматы, отсекают мелочь! Распределитесь равномерно вдоль берега!… Руберов мои ребята будут валить из "кордов"! Если у кого есть снайперские двенадцать и семь - присоединяйтесь! Ваша задача руберы! Их всего шесть штук!… По элите работают наши экипажи из "владимировцев". И гранатомётчики! Так… Фукс. Пусть твои, из гранатомётов, не тратятся на остальных. Их задача - три элиты.

– Понял. Ты не очень самонадеянна?

– Нет. В воду они не полезут. А пока будут топтаться на том берегу, мы постараемся как можно больше укокошить. Пока они не додумаются обойти реку с юга.

– А почему ты думаешь, что они будут топтаться?

– Ты сколько раз в рейды ходил?

– Один…

– А я уже со счёта сбилась.

– Ясно, - и Фукс убежал командовать своими.

Алмаз посетовал:

– Жаль танк угробили, разгильдяи. Как бы он пригодился.

– Ладно… Обойдёмся.

Все замерли в ожидании.

В рядах бойцов мужики нервно перешучивались и покашливали.

Но когда вдали, над лесом, показались две твари, все ошарашено умолкли. Кто-то громко спросил:

– Бабка. Это что?

– Не видишь? Влюблённая парочка и собачка.

– А собачка где?

– Сейчас увидишь…

Когда три передовые элиты выкатили из лесу, все дружно ахнули. Бабка рявкнула в мегафон:

– Не стрелять! Только по моей команде!

– Бабка, ты уверена?!

– Я вчера скреббера завалила!

Народ сразу приободрился.

Когда троица подошла к реке и остановилась у уреза воды, энтузиазм бойцов несколько иссяк.

Вот это были красавцы.

Один ростом метров десять, полностью в костяной броне, как черепаха. Весом примерно под двадцать тонн. Только часть шеи у края панциря была голой. Голову тоже закрывала маска из белой кости. Эдакий черепашка-ниндзя. Милое впечатление портила страшная пасть с зубами размером с локоть и когтистые бронированные руки с тремя пальцами. Этот хлопчик шагал, переваливаясь на толстых ногах и постоянно останавливался плавно вертя головой. Во время этих остановок по телу наблюдателей пробегала дрожь. Что-то он, сука, излучал.

Второй ростиком побольше. Метров так пятнадцать. Несколько изящней своего партнёра. Этот был сильно похож на дождевого червяка с руками и с ногами. Схваченный кольцами брони, этот монстр передвигался шустрее товарища.

Размер не позволял гигантам делать резкие движения, поэтому шла парочка замедленно, как в водной толще. Но эта медлительность была обманчива. Расстояние от края леса до берега твари преодолели секунд за пять. А там метров сто - сто двадцать.

Следом выкатилась и "собачка". Размером с бегемота. Безглазый, безухий и безносый монстр, с изогнутыми по паучьи, но мускулистыми лапами. Эта ручная зверушка главных персонажей, видимо только что переросла стадию рубера. Щитки брони на нём прилегали уже плотно, но ещё не слились в сплошной панцирь.

– Ждём!
– предупреждала Бабка.

Следом за элитой к берегу подбежала шестёрка руберов, которые рядом с элитами выглядели как кошки рядом с человеком.

Вся эта толпа перетаптывалась перед зеркалом воды.

А когда из лесу попёрла река мелочи, Бабка скомандовала:

– Начали!

Грохот оружия сотряс саму землю.

Одна граната, врезавшаяся в голову "собачки" пробила в черепушке солидную дыру. Когда дым от взрыва рассеялся, бедняга лежала, разбросав непривычно сочленённые конечности. Сдохла.

Радоваться было некогда.

Пашка, из люка своей багги, навёл прицел РПГ на панцирь черепашки и нажал на спуск. Граната, разорвавшись прямо на животе тварюшки, оставила светящееся раскалённое пятно. Больше - ничего.

Понятно. По этой палить бесполезно. Он взял вторую трубу и пригляделся к червяку. Надо было ухитриться попасть в оголённый плечевой сустав.

И он попал. Руку червяку отчекрыжило напрочь. Вот он орал! Чёрная густая кровь свистала в несколько струй целую минуту. Червяк сидел на земле, зажимая кровоточащую рану и скулил на весь Улей, по детски всхлипывая. Крупнокалиберные пули бились в его панцирь не пробивая броню. Рикошеты завывали и дождём сыпались в реку.

Пашка вставил следующую гранату, положил трубу на плечо и припал к прицелу. Страшная рана на плече червя уже не кровоточила. Регенерация у тварей мощнейшая. Если не беспокоить монстра, то лапа у него в течение тридцати дней вырастет новая.

Только Пашка не дал такой возможности. Выстрелил в вывернутое мясо, которое монстр прикрывал тонкими пальцами. Благо тварь сидела боком к городу. Убил больше, как-то, из жалости и желания прервать мучения.

Червяк замедленно рухнул и больше не пошевелился.

– Второй готов, - отметил Пашка. Нырнул в люк и вынырнул в другом гнезде с "кордом". Приложил приклад к плечу и принялся калечить руберов. Троим из шести он головы таки разнёс. После переключился на остальных. Пока гранатомётчики долбили броню последней элиты, большая часть "мелочи" полегла на поле между лесом и рекой. Остальные откатились обратно в лес и затаились по овражкам. Есть, таки, чувство самосохранения.

А, уставшая от ударов и ожогов, последняя элита пошла налево, в сторону Сафоновского шоссе. Топтуны, прыгуны и прочая шушера, мелькая за деревьями, потянулась следом за главарём. Вскоре стрелять стало не в кого.