Чтение онлайн

— Прошлое, малышка, — гладит нежно по моей щеке, поочередно заглядывая в глаза. — Поможешь мне?

— Конечно, — отвечаю не задумавшись. Я готова на все, лишь бы все это закончилось в конце концов.

— Я так и думал, — целует в левую бровь. Смотрит вниз. — Сколько у нас времени? — спрашивает у змея.

— Минуты три, — тоже смотрит вниз.

— Солнце, когда кабина остановится, быстро выходим и поворачиваем налево. Там за палаткой с лимонадом нас ждет машина. Садимся в нее и уезжаем. Дэйв отвлечет внимание тех, кто охотится на нас.

— Но почему? Что за охота, я ничего не понимаю…

— Им нужен я. Точнее мои «золотые руки». Львовский — это дружок нового хахаля Светки. Если рассказывать короче, то Львовскому я нужен, так как у него при смерти жена. Ей нужна срочная операция, но никто из врачей не берется брать на себя ответственность за смерть любимой такого человека. Светкин мужик по пьяни взболтнул ему о «своих» проблемах. Мол, я не хочу отдавать им ребенка. Тот взял и вдался в подробности. Вначале пытались меня запугать карьерой, физически, материально. Но поняв, что меня этим не проймешь, Львовский пообещал им Аленку, если они достанут меня. Поэтому я вас отправил сюда, думал безопасно. Прости. — прижимает к себе.

— Но почему ты говоришь, что это прошлое? — недоумеваю.

— Львовский когда-то разрушил мою карьеру здесь. Именно поэтому я вернулся в Россию. Он вышел на меня, хотел, чтобы я латал его ребят, после всяких перестрелок. У таких людей всегда есть личный врач. Прошло почти 10 лет, и ему напомнили о моем существовании. Видишь насколько круглая земля. — усмехается. — Если бы не Дэйв, я бы никогда не узнал о готовящемся на вас покушении.

— Откуда ты его знаешь? — спрашиваю тихо.

— Так, голубки, земля, потом будете курлыкать. — быстро шипит змей.

Кабинка останавливается, выходим. Стараюсь четко действовать инструкциям, главное не сбиться с шага, иначе могу привлечь к себе внимание.

Садимся в тонированную ауди и быстро трогаемся с места, меня даже слегка сносит.

— Люк, давай аккуратнее, — просит Демид, помогая мне пристегнуться.

— Приказа церемониться с вами не поступало, — раздается грубый бас с водительского сидения.

По лицу Демида, я понимаю, что это далеко не Люк. Мы все же попали в лапы Львовского и выберемся ли мы еще не известно.

Молчим, смысла в словах нет. Просто держимся за руки. Неосознанно прикрываю живот второй рукой. Дёма улавливает мой жест и улыбается, шепчет одними губами: «Все будет хорошо, малыш». Слезы сами выступают на глазах, все-таки всю жизнь мне приходится бороться. Даже встретив наконец-то своего человека, нужно отвоевывать счастье с ним. Но я уверена в своем мужчине, и раз он говорит, что все будет хорошо, значит так и будет!

Нас привозят к большому заброшенному амбару. Там нас встречает еще три человека. Можно подумать, что Дёма суперагент, который может справиться с ними голыми руками. Даже немного смешно.

Нас не трогают, не толкают. Просто провожают внутрь. Внутри амбар поделен на несколько помещений. Заходим в самое большое, посередине комнаты стоит большой дубовый стол, абсолютно пустой. Видно, что его хозяин здесь не частый гость. За столом сидит мужчина лет сорока на вид. Волосы с небольшой проседью, но тщательно уложены. Лицо в шрамах, видимо со многих передряги выбирался едва целым. Одет в темно-серый костюм, под которым обычная хлопковая белая футболка. Странный выбор одежды, хотя, взглянув под стол понимаю, почему футболка, обут мужчина в кроссовки.

— Побегал? — первое что спрашивает он. Голос хриплый, уставший. Такое чувство, что он кричал несколько часов подряд.

— Пытался, — так же коротко отвечает Демид. Прижимаюсь к его боку, так становится чуть легче.

— Женщину проводите в комнату, дайте еды и воды, — командует мужчина.

— Лев, — угрожающе рычит Демид. — Её не трогай, — выступает чуть вперед, закрывая меня.

— Угомонись, — также спокойно и устало. — Никто не причинит ей вреда. — делает паузу. Поднимает на нас глаза, первый раз смотря прямо. А взгляд настолько прозрачный, даже кажется, что зрачков и вовсе нет. — Пока ты не причинишь вреда моей женщине. — заканчивает фразу.

— То есть, жизнь твоей женщины за жизнь моей? — уточняет Демид.

— Именно, — кивает, складывается руки на груди. — Я думаю, это честно. Спасешь Нату и я вас отпускаю, даже подвезу. А если нет, — сглатывает. Видно насколько тяжело ему дается даже такая мысль. — То сначала увидишь «концерт», а потом вас «подвезут», — пауза. — В разных пакетах.

— Дёма, — меня начинает трясти.

— Тише, женщина, — продолжает Лев. — Не стоит так бояться. Я человек слова! Все зависит от него, — указывает пальцем на Демида.

— Я согласен, но есть еще условие, — говорит Демид.

— Я весь во внимании, — все тот же ровный тон, ни одной эмоции.

— Аленка моя!

— Договорились, — смотрит прямо на Демида.

Меня провожают двое мужчин, с Демидом даже и минуты не дают наедине. Лишь успеваю сжать его руку напоследок. Он остается с этим Львом. А меня запирают в комнате. Здесь большая кровать, столик с разнообразной едой и водой, душевая кабинка и унитаз перегорожены перегородкой. Такое чувство, что комната делалась наспех. И в ней явно никто никогда не ночевал. Все абсолютно новое. Готовились к нашему приему.

??????????????????????????Сажусь на кровать и тупо смотрю в одну точку. Понимаю, что надо бы поесть. Все же я не одна теперь, а ребенку требуются витамины. Но не могу себя заставить, мысли раздавливают голову.

Не знаю сколько прошло времени, может час, а может и три. Дверь в комнату резко открывается, даже ударятся о стену оставляя в ней вмятину. В проеме появляется Лев, и по выражению его лица я понимаю, что нашей истории пришел конец. И «happy end» это не про нас.

Вы когда-нибудь представляли свою смерть?

Как Вы предпочли бы умереть? В глубокой старости с любимым человеком, детьми и внуками? Или же может показательно, как например, знаменитые самоубийцы? Или Вы предпочли бы в старости, но в одиночку?

Если бы этот вопрос был адресован мне год назад, я бы незамедлительно ответила, что буду стремиться к первому варианту.

Но в данный момент стоя перед разъяренным мужчиной, я бы ответила, что хочу быстрой смерти. Чтобы раз и всё. Но я подозреваю, что это мне не светит.