Оборотень
Шрифт:
— Роберто, — с трудом выдавила девушка, заметив блондина стоявшего далеко. — Роберто, — тихо, но уже более отчетливо и уверенно позвала.
— Эмили, — сдержанно прорычал голубоглазый, все ещё косившись на брюнета.
— Роберто, — девушка медленно потянула тяжелую руку к блондину.
— Подойди же уже, — Джексон окинул недовольным взглядом брата и отошел от девушке уступая место. — Или может ей самой встать и подойти к тебе? — брюнет шагая мимо, нарочно задел плечом блондина. Да так, что того развернуло было на сто восемьдесят градусов, если тот не был готов к такому повороту. Приняв сдержанно провокационный удар от брата, прошел мимо и с трудом прикоснулся к бледной руке Эмили.
— Джексон, не забывайся! — фыркнула Марго на брюнета, оставаясь стоять около двери. — Да что с тобой такое? Ведешь себя, будто не родной! — шепнула в лицо уже ближе подошедшему кареглазому.
— Родство прекращается в тот момент, когда затрагиваются личные интересы, — ухмыльнулся и покосился на блондина, — Не так ли? — Но Роберто даже не обернулся, словно не слышал слов брата. — По-крайней мере так произошло в нашей семье! — снова презренно одарил взглядом Марго.
— Роберто, — Эмили тянет его за руку ближе к себе, словно пытается что-то сказать на ухо.
— Тише, тише… всё хорошо, всё закончилось, — аккуратно целует её в лоб и садиться рядом. Раздраженность и гнев медленно отпускают блондина, но не смотря на облегчения, он не может больше смотреть на Эмили с нежностью и любовью. Негативные чувства заполонили так, что любовь превращается в ненависть. Здравый смысл стучит, что это только эмоции и накручивания. Старается выгородить Эмили из этой неприятной ситуации, но даже смотрит на Джексона иначе, чем на Роберто. Нет больше в её глазах той искорки, той игривости и смущенной нежности, что была когда-то.
— Ты видел их? — трудный шепот, — Какие они? Они должны быть похожи на тебя…
— Нет, — мотает головой, тяжело вздыхая. — Их ещё не показали, но с ними всё хорошо! — пытается заверить обеспокоенную Эмили.
— Почему их не принесут? — девушка не отступает, настойчиво требуя ответа. — Куда их забрали?
— Тебе нужно отдохнуть, — сжимает слабую ладонь. — Наберешься сил и я заберу вас отсюда! Ты должна быть сильной…
— У меня всё хорошо! Я отлично себя чувствую! — пытается снова уверить в том, чего нет.
— Я знаю, — прижимает ладонь к себе, переступая через себя, повторяя жест брюнета. — Но этого не достаточно!
— Роберто…
— Попробуй поспать…
— Вот полюбуйтесь! — открывается дверь в палату и входят врач и двое мужчин в форме. — Выведите и больше не пропускайте их сюда до полного выздоровления роженицы! — встала в центре палаты, расставив руки по бокам и грозно смотря на всех находившихся в помещении.
— Парни на выход! — приказным тоном выдал один из мужчин в форме. — Вежливо просить больше не будем! — предупредил второй охранник.
— Мы уже выходим! — Марго тут же согласилась с ними. — Роберто, — тут же подхватила блондина и силой подняла, — Джексон! — взяла под руку другого и стала выводить чуть ли не силой из палаты. Роберто с ненавистью смотрел на всех, кто его окружал, он готов был ломать, крушить и бить всех и всё вокруг. Но капля здравого смысла всё же где-то просыпалась и сдерживала взбешенного волка. — Эмили выздоравливай! Мы ещё тебя навестим! — кинула Марго уходя, лежащей бледной девушке, которая так не хотела оставаться одна.
Джексон с тяжелым камнем на душе вышел из палаты. Он, как и все остальные не знал, что делать. Как дальше правильно вести себя, чтоб не ухудшить ситуацию? Как правильно поступить, только бы не навредить Эмили и её малышкам? Но точно знал одно, что больше от неё не откажется! Сердце стучало и кололо больно от того, как он мог столько времени игнорировать Эмили. Как он мог гнать и усмехаться в её сверкающие глаза от горьких слёз? Откуда брались силы на откровенное — люблю, разворачиваться и уходить? Зачем было показывать равнодушие, когда нужна была любовь и забота? А что изменилось сейчас? Почему именно сегодня? Неужели где-то глубоко задели и разбудили слова пьяной Лары на дне рождении? Или может Джексон наконец понял, что именно ему нужно? Понял, что бежал от самого себя, что не шанс брату давал, а ложную надежду и оттягивал их окончательный разрыв! Зашло всё так далеко, что больно и до невозможности обидно обоим!
Роберто злился на Марго, за то, что она силой вывела из палаты, не давая возможность попрощаться или хотя бы дождаться момента, когда принесут девочек. На Джексона смотрел с ненавистью, больше всего раздражало его уверенность и спокойствие. Как так случилось, что самый близкий и родной брат стал врагом? На которого ровнялся, которым восхищался, всегда дорожил его советами и наставлениями. У кого теперь спросить, как дальше жить?! У Марго? У женщины, которой не разорваться на две части, которая не сможет выбрать лучшего, так как любит одинаково и видит равных волков по силе. Где она просчиталась, где и что она упустила, что такая крепкая семья дала трещину? Кто им поможет, кто им всем подскажет и кто наставит?
Троица вышла на улицу. Словно чужие молчали, кидая презренные взгляды, друг на друга. Каждый думал об одном и том же, только судил ситуацию по-своему. Искал ли кто-нибудь из них виноватых? А есть ли вообще виновный? Каждый жил как мог, как подсказывал разум, часто не обращая внимание на зов сердца, забывая смысл существования. Тот смысл, что должен был привести к заветному счастью. Но каждый видел счастье в реализованных желаниях и был по своему прав, но равносильно этой правде — также не прав. Не прав, так как это необъяснимое чувство, не понятное и необъятное — счастье, обходило стороной. Один брат реализовал совместную жизнь с девушкой, не считаясь с желаниями пары, ожидал пополнения и был доволен собой. Другой брат активно участвовал в её жизни, не позволяя о себе забыть, пробуждая новые чувства. И каждый из них взвешивая ситуацию, думал ли о самой Эмили, о том достоин ли он её после всего сделанного? Или это очередная борьба братьев, быть лучшим? Быть достойным и получить свой триумф?
— Робэрто, — подскочила в тревоге Алекса. — Ну что там? Эмили родила? Да? Ты видел малышек? У них всё хорошо? На кого они похожи? — вопросы сыпались один за другим, а ответ не мог сформулироваться в голове. Блондин просто стоял и растерянно хлопал глазами. Хотел бы он тоже знать, на кого похожи девочки и всё ли с ними действительно хорошо? Из-за злости и ревности он совсем позабыл о манерах. Если б не приличное и вызывающее поведение, возможно позволили бы дождаться, когда принесут малышек в палату.
— У Эмили всё в порядке и с детками тоже! — Марго взяла инициативу в руки, видя Робэрто в отчаянном положение.
— А посмотреть можно? — Алекс радостно жаждет взглянуть на племянниц. Столько ожидания и нервов, а исход только мрачные лица братьев.
— Нет! Они отдыхают и набираются сил. К ним пустят только завтра, — Марго не долго раздумывая, отбивает желание у Алекс, чтоб что-то ещё спросить.
— Эх! — глубоко вздохнула девушка. — Жаль конечно, что увидеть не удастся, но всё равно я рада, что всё хорошо закончилось.