Чтение онлайн

Ольга уехала. Саблин даже не предполагал, что может быть так больно. Он похудел, почернел, глаза ввалились, сон пропал окончательно. В Бюро к нему боялись подходить и предпочитали не попадаться на глаза: он был невыносимо резок и груб. Хорошо, что стояла ранняя сухая осень, и Сергей каждый день после работы выезжал на своем байке на бетонку и мчался с такой скоростью, что думать ни о чем было уже невозможно — ветром из головы выдувало все мысли.

Прошла неделя с того дня, как он отвез Ольгу в аэропорт, когда в дверь квартиры вечером позвонили и на пороге возникла Ванда. Пришла без предупреждения и без разрешения, чем страшно разозлила Сергея: его коробила такая манера, в Москве это не принято, и хотя он давно уже жил в Северогорске, все равно помнил столичные правила поведения. Ванда радостно впорхнула в прихожую, нагруженная сумками с продуктами, частью купленными в магазине, частью приготовленными дома.

— Сидишь, наверное, голодный, — уверенно говорила она, снимая плащ и скидывая с ног туфельки. — Давай я тебя покормлю и в квартире уберусь, у тебя тут настоящая конюшня. И рубашки давай постираю.

Сергей растерялся перед подобным натиском и, вместо того, чтобы выпроводить непрошеную гостью, зачем-то пустился в объяснения.

— Да у меня стиральная машина, я сам справляюсь…

— Ну, тогда давай поглажу. И вообще, Сережа, ты на меня можешь рассчитывать.

При этих словах он насторожился. О чем это она?

— Это в каком же смысле? — спросил он, недобро прищурившись.

Ванда, конечно, казалась ему абсолютной дурой, однако смысл вопроса она поняла и расхохоталась.

— Да нет, ты не понял, Сережа, я ни на что не претендую, у меня все в полном порядке, и спонсор есть… нет, даже два, кажется… точно, два, и третий на подходе. Мне от тебя ничего не нужно, тем более Ольгуша моя подруга, которую я люблю и очень уважаю, так что я бы никогда… Но если тебе нужно… Ну, в медицинском смысле… Понимаешь, о чем я?

Он молча кивнул, с интересом ожидая продолжения.

— Так я всегда пожалуйста, даже не сомневайся. Я же понимаю, что тебе может быть нужно, ты же здоровый мужик, нормальный во всех смыслах, а Ольгуша уехала, ну что тебе, с панели девок таскать или на работе крутить? А так я приду и быстренько все сделаю по первому требованию, так что ты имей в виду, ладно? И ни о чем не беспокойся, я здоровая, могу справку принести. И вообще, не думай, что я на твою невинность покушаюсь, ты для меня старый.

— Ой-ой-ой, можно подумать, твои спонсоры моложе меня, — хмыкнул Сергей.

— Да ты что! — Ванда возмущенно округлила глаза. — Конечно, они старше, вопросов нет. Но это же спонсоры! Почувствуйте разницу. Спонсор может быть любого возраста, а мужчина для души все-таки не должен быть старым. Ты же в спонсоры не годишься, у тебя финансовый статус не тот.

— То есть я старый? — уточнил Сергей, не понимая, то ли ему обидно, то ли смешно.

— Ну, для роли мужчины для души — конечно, старый, — уверенно ответила Ванда.

— А как же ты собираешься… ну, то, что ты предлагала?..

— Так это же не для души, это для дела, — обстоятельно, как маленькому ребенку, принялась объяснять она. — Это для твоего здоровья и психологического равновесия. Типа благотворительности.

— А-а-а, — протянул он с улыбкой. — Теперь понял. То есть бесплатно?

— Совершенно, — искренне ответила она, не чуя подвоха. — И вообще, Сережа, ну почему ты все время все усложняешь? Будь проще — и люди к тебе потянутся.

— Я не хочу быть проще. И не хочу, чтобы люди ко мне тянулись. Я — волк-одиночка и прекрасно чувствую себя без всех этих людей.

— Дурак ты.

Его немного отпустило. Все-таки Оля была права, Ванда — как солнышко, вдруг в пасмурный день выглядывающее из-за тяжелых мрачных облаков, несет с собой радость, легкость и улыбку. Сергей позволил ей приготовить ему ужин и съел его не без удовольствия: за неделю «холостой» жизни он даже яичницу себе не приготовил, питался исключительно бутербродами, которые запивал огромным количеством чая. Поэтому нормально приготовленная еда, даже не особенно вкусная, показалась ему деликатесом. После ужина Ванда вымыла посуду и настояла-таки на том, чтобы погладить постиранные в машине саблинские сорочки.

— Сегодня уже поздно, — заявила она, закончив глажку и оглядывая комнату, — с уборкой затеваться не буду. Но живешь ты, Сережка, по-свински, нельзя так. Завтра я работаю с десяти утра до десяти вечера, а послезавтра приду часиков в семь, покормлю тебя и наведу тут чистоту, а то так и завшиветь недолго.

Конечно, это было преувеличением, по саблинским меркам квартира выглядела вполне прилично, комья пыли не громоздились в углах и не перекатывались под ногами при каждом открывании форточки, а то, что кругом разбросаны книги и предметы одежды — так это нормально, обычный художественный беспорядок.

— Значит, я послезавтра у тебя сделаю уборку, — говорила Ванда, одеваясь, — и буду приходить раз в две недели наводить чистоту. А то позвонит мне Ольгуша, спросит, как ты тут один, без нее, справляешься, и что я ей отвечу? Что ты грязью по уши зарос? Тогда грош мне цена как ее подруге. Мой телефон у тебя есть? Если что — звони.

— Что — если что? — спросил он строго.

— Ну, ты сам знаешь, что, — она почему-то залилась краской и выскочила на лестничную площадку.

Сергей и сам не заметил, что улыбался. Боль не утихла, но переносить ее стало чуть легче.

Звонок из областного Бюро судебно-медицинской экспертизы застал Саблина врасплох.

— Мы хотим включить вас в состав экспертной комиссии в части исследования эксгумированного трупа Алексея Вдовина, — сказал заместитель начальника Бюро по экспертной работе. — Чтобы нам из области не лететь на эксгумацию, вам в порядке исключения будет поручено провести ее и выполнить исследование в качестве члена областной комиссии. Не возражаете?

Господи, в своей погоне за рицином и в переживаниях из-за расставания с Ольгой он совершенно забыл об этом случае! Значит, все-таки дело дошло до эксгумации… Стало быть, проверочные мероприятия закончились возбуждением уголовного дела. И кто-то каким-то образом решил вопрос с финансированием эксгумации. Интересно, как Вере Владимировне удалось добиться этого? Он всегда восхищался людьми, обладающими настойчивостью и неутомимостью.

— Не возражаю, — ответил он. — На какой день назначена эксгумация?

Зам по экспертной работе назвал дату, и Сергей пометил ее в своем ежедневнике жирным черным фломастером, а дату через два дня — тем же фломастером, но другим значком, что означало: на этот день больше никаких дел не назначать. Эксгумация — дело небыстрое, времени занимает много, особенно в условиях вечной мерзлоты, когда землю приходится долбить компрессором, потом эксгумированный труп нужно будет поместить в малую секционную и оставить на пару суток, и только после оттаивания можно будет проводить исследование, которое займет несколько часов.