Чтение онлайн

Усевшись за руль, сжимаю челюсти до скрипа. За грудиной привычно щемит, а пальцы стискивают руль до белых костяшек. Весь на нервах. А еще перелет. Как бы инсульт не заработать.

— Ты где, бл. дь? — звоню Маньке. — Ротиком поработать не хочешь?

— Я дома, Коленька. Приезжай, — воркует моя соска. — Кушать будешь? У меня рассольник…

— Хорошо. Разберемся, — усмехаюсь я криво.

С Гусятниковой во мне как будто черт просыпается. Наружу прет все самое плохое и темное. Дикое желание трахаться, хамить перевешивают здравый смысл и нормы поведения. Зашквар какой-то! Но мне нравится.

«Интересно, если я ее ударю, она и это стерпит?» — размышляю, сворачивая с трассы на знакомый проспект.

Въезжаю во двор, окруженный хрущевками. Паркуюсь прямо на детской площадке. И не обращая внимания на замечания сидящих на лавках старух, поднимаюсь на третий этаж.

Лестница зассанная котами, кругом окурки. Но это и радует. Значит, Манька не при делах. Не имеет она отношения к исчезновению Нины. Квартира в Питере не в счет. Она Блятке-Гусятке от бабки досталась. Я же сам в нотариальной конторе был. Видел документы.

— Прив-е-ет, — Манька открывает дверь, не дожидаясь звонка.

— Куку, бл. дь, — вхожу внутрь. Прижимаю к стене податливое тело. Дергаю за поясок халата. По-хозяйски веду ладонями по острым, будто у козы, сиськам. Опускаю руку ниже и присвистываю. — Да ты уже течешь, сучка.

— Кошка Муська, мяу-мяу, — вертится в моих руках Манька.

— Хватит болтать, — пресекаю глупое заигрывание. — Займись делом, — нажимаю на плечо, заставляя опуститься на колени. Прямо здесь. В коридоре.

— Колечка, возьми меня. Так хочется почувствовать тебя внутри, — воркует Манька. Трется голыми сиськами, прижимается всем телом. А пальцы ловко сдавливают вздыбленный член и тяжелые яйца. Ну как тут устоишь!

— Ну, хорошо. Сама напросилась, — усмехаюсь криво. Тащу шлюху в спальню. Загибаю в догги-стайл и деру, как кобель последнюю суку.

Изливаюсь внутрь. С Манькой я не церемонюсь. Никаких презиков. Все наживую. Залетит, ее проблемы. Я предупредил.

И весь полет до Дубая пытаюсь понять, что меня так на нее клинит? Почему с Маней я зверею, ругаюсь матом и просто слетаю с катушек. А с Ниной… Нину я боготворил. Я ее на руках носил. Целовал ноги и поклонялся. Как любимой жене, как матери моих детей.

С Гусяткой все иначе. Любви и уважения — как к унитазу. Но благодаря этой сучке я еще жив и могу соображать нормально.

«Найду Нину и брошу нахер. Никто ничего не узнает», — думаю, с высоты птичьего полета разглядывая пустыню и небоскребы Дубая.

И тем же вечером с Давлеевыми и Игорем еду в Реджистан на туристическом автобусе. Останавливаемся в маленькой ухоженной гостинице в самом центре города.

— Я специально этот номер забронировала, — выходит на балкон Анечка. — Посмотри, какая красота! Отсюда хорошо будет видно праздничное шествие. И жениха с невестой.

Иду вслед за ней. Обвожу взглядом большую круглую площадь, украшенную огромными красочными баннерами. Шейх Рашид лично. Шейх Рашид с братьями. Рашид и Муниса. Какие-то воззвания, выписанные золотой краской по белому полотну. Красиво. Снова разглядываю ближайший плакат с шейхой.

— Ань, ну нет ничего общего с Ниной. Лицо, может, и похоже. Но этот взгляд, полный любви и обожания… Моя жена точно так ни на кого не смотрела.

— Красиво тут! — выходит на балкон Валюха. — Сейчас Игорь уйдет к друзьям, и нам надо обсудить кое-что, — улыбается она.

— Да, — кивает Анечка. — Есть одно дело, Дракон…

— Серьезно? — ухмыляюсь, понимая, к чему клонят мои подружки.

— Конечно.

Подмигиваю обеим. И когда из коридора слышится надтреснутый бас Игоря «Мам, я ушел!», вместе с сестричками захожу в комнату.

— Ты очень напряженный, — гладит меня по спине Аня.

— Мы волнуемся, — воркует Валя, расстегивая на мне рубашку. Широкая койка у дальней стены позволяет покувыркаться с двумя. Но у меня внутри что-то переклинивает.

— Не могу, девочки! — признаюсь честно. — Тошно мне без Нины.

А сам все пытаюсь понять, за каким хером я отказался. Приворожила меня Манька, что ли? Наскоро накинув куртку, выхожу на шумную улицу. Бреду куда глаза глядят и неожиданно выхожу к королевскому дворцу. Огромное здание с башенками и бойницами притягивает взгляд.

«Моя Нина там?» — спрашиваю собственную интуицию. Перевожу взгляд на развевающийся на ветру баннер. И отрешенно качаю головой.

Нет. Не похожа надменная шейха Муниса на мою Нину. Или похожа? Наверное, похожа. Но не она. У моей жены идеальный маленький носик, припухлые губы и огромные глазища. А эта… Сними с нее все бриллианты и наряды, сотри нарисованные сурьмой стрелки, и получишь бесцветную телку, на которой завтра женится шейх.

Наверняка этот брак по расчету.

В кармане тренькает смартфон, доставляя сообщение от Мани.

«Что тебе, бл. дь, надо?» — Остановившись на улице, открываю с усмешкой.

И не скрывая изумления, разглядываю Манькины селфи. Вот она сидит на столе, раздвинув ноги. Вот сжимает руками сиськи. А вот ласкает себя, сидя на том же столе.

И подпись, сука. Подпись.

«Очень скучаю, Колечка. Считаю минуты, когда снова буду стонать под тобой!»

«Готовься, бл. дь!» — успеваю отправить сообщение. И чувствую, как мне на плечо ложится чужая ладонь. Грубые руки скручивают меня в три погибели. Заталкивают в небольшой микроавтобус с затененными окнами, припаркованный около тротуара.

Строгий мужчина в форме национальной гвардии просматривает содержимое в моем телефоне. Отправляет инфу кому-то. А затем удаляет все реджистанские фотки и презрительно швыряет смартфон мне.

— За аморальное поведение в общественном месте вам предписывается немедленно покинуть Реджистан, — заявляет на английском.

Можно поспорить, но мне лениво. Да и смотреть чужую свадьбу не хочется. Бездумно пялюсь в окно. Сначала разглядываю пустыню, а затем и Дубайские улицы.

Изумленно присвистываю, когда микроавтобус тормозит в аэропорту около входа в зал вылета.

— Вам лучше покинуть регион, — холодно бросает мой конвоир. И даже билет мне покупает за счет Реджистанской казны.

— Это самоуправство и безобразие, — возражаю нехотя. А прилетев в Москву, прямиком еду к Маньке. У меня два дня в запасе. Можно оторваться по полной.

Вламываюсь в дом к Гусятниковой, падаю в кресло. Тотчас же умелые руки стаскивают с меня кроссовки и носки, гладят стопы ловкими пальчиками.

Закрыв глаза, уплываю куда-то в нирвану. И ничуть не жалею, что пропустил свадьбу реджистанского шейха. Как там его? Рашид, кажется…