Чтение онлайн

– Что ж, – сказал полицейский, – учитывая, что вы не голосовали на дороге, я вас подвезу.

И он сообщил фон Верре, что останавливать машины на дороге запрещено и что водитель, который посадит к себе в машину незнакомца, будет оштрафован, однако в данном случае дело обстояло совсем по-другому – полицейский волен был делать то, что захочет.

Фон Верра сидел рядом с полицейским и следил, чтобы его пальто ненароком не распахнулось, а ноги старался поджать под сиденье, чтобы полицейский не увидел его летные сапоги на меху, которые при всем желании нельзя было принять за сапоги моряка.

Однако добродушный полицейский и не думал подозревать своего попутчика, его глаза все время были устремлены на дорогу. Он принял на веру историю, рассказанную фон Веррой, и захотел узнать подробности. Фон Верре часто доводилось слышать истории наших подводников, и теперь он без труда мог удовлетворить любопытство полицейского, в красках описав ему, как якобы был торпедирован его корабль, как он затонул и как спаслись выжившие. Полицейский с интересом выслушал историю, состряпанную фон Веррой, говорившим на ужасной смеси английского, голландского и французского языков. Поскольку французский язык был широко распространен на территории между Квебеком и Онтарио, фон Верра и полицейский без труда понимали друг друга.

Фон Верра встревожился, когда этот достойный человек начал интересоваться планами своего попутчика на будущее. На этот раз фон Верра решил не упоминать своего дядюшку из Оттавы, опасаясь, что полицейский по доброте душевной предложит подвезти его к дядиному дому.

– Я немного разбираюсь в машинах, – сказал фон Верра. – Попробую найти в Оттаве работу на эту зиму, может, устроюсь шофером или в какой-нибудь гараж. А летом попытаю счастья на Великих озерах.

Полицейский нашел этот план весьма дельным.

– Может быть, я смогу помочь вам, – радушно сказал он, и в этот самый момент фон Верра не на шутку испугался, что сейчас последует вопрос о документах. Даже в Канаде для того, чтобы устроиться на работу, нужно было предъявить документы. К счастью, полицейский не стал развивать эту тему.

Вскоре полицейская машина уже ехала по улицам канадской столицы. Сначала она показалась фон Верре большой деревней, в которой там и сям возвышались довольно вычурные административные здания, впрочем, пейзаж за окном фон Верру не очень интересовал. Сейчас ему больше всего на свете хотелось избавиться от дружеской опеки полицейского. Он упомянул о проблеме с английскими деньгами, и, услышав это, полицейский вдруг заговорил официальным голосом.

– Вы должны были обменять деньги еще в Галифаксе, – строго сказал он, но фон Верра тут же рассказал ему очередную сказку о том, что он едва успел на ночной поезд и у него совсем не было времени на то, чтобы поменять деньги. Поверив в это, полицейский сменил гнев на милость.

– Вон там, на углу, банк, – сказал он, и машина въехала во двор полицейского участка.

«Чертовски хорошая идея насчет банка, – с облегчением подумал фон Верра. – Главное, выбраться отсюда».

– Пожалуй, я прямо сейчас и отправлюсь в банк, – сказал он и вылез из машины.

«Совсем скоро к ним поступит информация о побеге немецких военнопленных, – подумал фон Верра, – да еще и с описаниями внешности».

Он пожал руку дружелюбному полицейскому.

– Увидимся завтра, – сказал он. – Буду признателен, если вы поможете мне с работой. Спасибо за все!

И, весело махнув рукой, фон Верра ушел. Больше он этого полицейского никогда не видел, но последовал его совету насчет банка. Однако там его ждал неприятный сюрприз: только управление ВМФ имело право менять для моряков валюту.

– Есть ли у вас книжка моряка? – поинтересовались в банке.

– Разумеется, – заявил фон Верра и для вида полез в карман. Продолжая энергично рыться в карманах, он отошел от стойки, а потом незаметно выскользнул из банка.

Здесь его охватили дурные предчувствия. Деньги вселяли в него уверенность, а теперь вдруг выяснилось, что он не сможет ими воспользоваться. Более того, если у того полицейского есть голова на плечах, ему не составит труда сложить два и два и связать этого странного голландца с сообщением о побеге немецких военнопленных, то есть полиция будет знать, что фон Верра уже в столице. А это, в свою очередь, означает, что он должен как можно скорее выбраться отсюда. Теперь его целью стала река Святого Лаврентия, и чем скорее он доберется до нее, тем лучше.

Фон Верра знал, что к югу от Оттавы река превращается в границу между Канадой и Соединенными Штатами. У шофера почтового фургона на приборной доске лежала карта, и фон Верра успел тщательно изучить ее. По другую сторону реки лежал штат Нью-Йорк, там он будет в безопасности. Поэтому фон Верра решил отправиться в Оттаву. Скорее всего, его будут искать в Монреале, возле которого он совершил побег, и большой мост через реку Святого Лаврентия будет под наблюдением. Но это не важно, ведь в районе Монреаля территория за рекой не была территорией США, которая начиналась выше по реке. От Оттавы до реки Святого Лаврентия было около шести миль.

На ближайшей заправочной станции фон Верра спросил, как попасть в Оттаву.

– Шоссе номер шестнадцать, – ответили ему и махнули в сторону дороги, тянущейся из города.

Отыскав шоссе номер 16, фон Верра направился на ближайшую заправочную станцию и попросил первого же шофера, ехавшего в сторону реки, подвезти его. В подобных ситуациях фон Верра не чувствовал никакого смущения или замешательства. В любой компании он чувствовал себя легко и непринужденно и мог разговаривать с любым незнакомцем так, словно знал его много лет. Подобная непринужденность в обращении несвойственна немцам, и уж тем более странно наблюдать ее у немецкого офицера из аристократической семьи. Однако фон Верра обладал этим полезным качеством, которое теперь сослужило ему хорошую службу и дало огромное преимущество над остальными беглецами.

Фон Верре незнакомо было чувство страха, он всегда готов был рискнуть и испытать свою удачу. Вдобавок ко всему он уже дважды совершал побег, то есть у него уже был кое-какой опыт, и он совсем не выглядел как загнанный зверь, а именно это обычно отличает беглого пленного и вызывает подозрение у окружающих.

Первая же машина, которую остановил фон Верра, направлялась в Кэмпвилл, но это было по пути в Прескотт, куда стремился попасть фон Верра, поэтому водитель без лишних вопросов согласился его подвезти. По пути фон Верра рассказал водителю свою историю, но на сей раз внес в нее некоторые изменения. Теперь он якобы хотел попасть в Кингстон на озере Онтарио, чтобы навестить живущую там тетушку. Фон Верре пришло в голову, что если бы вдруг возникли проблемы с именем тетушки, он всегда мог сослаться на то, что это ее девичья фамилия, чего по понятным причинам он не мог проделать с дядюшкой.

Однако было кое-что, о чем фон Верра не имел ни малейшего понятия. В Кингстоне или, точнее, в форте Генри рядом с Кингстоном находился лагерь для военнопленных, в котором содержалось несколько сот германских офицеров – первых военнопленных, отправленных сюда из Англии в августе 1940 года. Это означало, что местность вблизи Кингстона находится под неусыпным наблюдением полиции, поскольку пленные из форта Генри постоянно предпринимали попытки побега. Это обстоятельство могло оказаться роковым для фон Верры, но удача была на его стороне, и в Кэмпвилле он тут же остановил другую машину, водитель которой согласился подвезти его до Прескотта.