Чтение онлайн

Штейн падает на стул. Закрывает ноутбук. «Ненавижу это. Мы ищем иголку в стоге сена, но не можем найти стог».

Я смотрю на телефон, который мне дал полковник Орлов. «Ты же знаешь, что Орлов следит за нами по этим устройствам, да?»

"Конечно."

«Мне так и хочется их выбросить».

Штейн достаёт свою трубку, смотрит на кириллические буквы на ней. «И всё же он нам может понадобиться».

Я убрал телефон. «Что за чёрт? Это его бомба».

Каким телефоном пользовалась Штейн в туалете — своим или Орлова? Не думаю, что она что-то от меня скрывала. Наверное, она хотела скрыть разговор от Бабича.

Поезд резко останавливается на тёмной станции. Бабич встаёт, вскидывает винтовку на плечо и ведёт нас на платформу. Бойцы ВСУ

спешились и ходят взад и вперед по платформам, определяя транспортные средства для разгрузки.

Бабич говорит по мобильному телефону.

«Наша машина ждёт нас», — говорит он. «Следуйте за мной».

Мы идём по заброшенному залу вокзала. Это здание занято военными.

Наша машина – глянцево-чёрный Mercedes Maybach S-600 Guard. Бронированный лимузин, который могут позволить себе только диктаторы. Это мощная машина. Иначе и быть не может – она весит шесть тонн. Существуют разные степени защиты. Некоторые бронированные машины останавливают выстрелы из АК-47 и М4. Стекло этой малышки выдерживает пули .300 Winchester Magnum. В одной из групп личной охраны я проверил её допуски. Прикинул, что она может остановить .338 Lapua.

«На чём сегодня ездит президент?» — спрашиваю я. Этот Maybach стоит почти два миллиона долларов.

«В президентском гараже их три», — говорит Бабич.

«Ваши налоги работают», — говорит мне Штейн.

Водитель открывает багажник, кладет туда наши рюкзаки, шлемы и NOD.

Мы надеваем бронежилеты и обходим машину, подходя к пассажирским дверям.

Свист пронзает воздух. Это звук мощного реактивного двигателя. Я смотрю на ночное небо. Свист нарастает. Сигарообразная тень приближается на высоте тридцати метров. Пролетает над нашими головами и исчезает в направлении на север. Свист затихает вместе с допплеровским смещением.

«Калибр», — говорит Бабич. — «Русские снова атакуют».

Крылатая ракета летит с юга на север, что логично. Русские запускают «Калибры» с подводных лодок и надводных кораблей в Чёрном море. «Калибр» похож на летающую торпеду с короткими крыльями. Очень похож на наши «Томагавки».

Водитель отъезжает от подъезда к вокзалу и направляет свой «Майбах» в сторону Киева. Впереди нас ночное небо начинают освещать вспышки. Это не гром и молнии артиллерийского обстрела. Эти взрывы более спорадичны.

Мы забираемся в салон. Кожаные сиденья мягкие, как масло. Эта роскошь не сочетается с нашими грязными ботинками и камуфляжной формой. Есть мини-бар и бутылки «Эвиан». Я открываю одну и передаю Штейну. Беру ещё одну себе.

Приближаясь к Киеву, мы слышим грохот автопушек.

Gepard 35 мм, Oerlikon 30 мм и 20 мм.

«Русские атакуют каждую ночь, — говорит Бабич. — Беспилотники и ракеты, со всех сторон».

Улицы темные и пустынные. Мы смотрим из окон на высотки и многоквартирные дома по обеим сторонам. Большинство окон черные, но некоторые тускло освещены изнутри. Свечи и лампы Coleman.

«Что происходит?» — спрашиваю я Бабича. «Ракетам не нужен свет, чтобы видеть».

«Русские отключили у нас электричество. Мы без света почти весь день и всю ночь».

Мы проезжаем мимо городской площади. В центре приземлилась гусеничная машина со счетверенной 30-мм пушкой в открытой башне. Раздаётся уже знакомый свист, когда над головой пролетает «Калибр». Пулемётчики поворачивают башню, и орудия выбрасывают в небо потоки светящихся зелёных бейсбольных мячей. Ракета пролетает над головой, и пулемётчики следуют за ней, не переставая палить. Поток снарядов задевает угол высотного здания.

Снаряды взрываются, и здание взрывается фонтаном искр и осколков бетона. На улицу внизу падает дождь из обломков и битого стекла.

«Ради бога!» — Штейн прижимается лицом к пассажирскому окну «Майбаха». — «Там люди!»

«Наша противовоздушная оборона в действии, — говорит Бабич. — Это война. То, что русские делают с нашими гражданами, — это просто возмутительно».

«Разве ваши артиллеристы не следят за своим прошлым?»

Бабич философствует: «Конечно. В большинстве случаев. Тайная полиция даёт им квоты. Столько беспилотников и ракет, которые нужно сбить.

Если они не выполняют норму, их отправляют на фронт в пехоту».

«Кто-нибудь из этих парней дежурит возле нашего отеля?»

«Автопушки не так уж и плохи. Время от времени наши зенитные ракеты попадают в город».

Штейн закатывает глаза.

Наш отель — ярко освещённая достопримечательность в центре Киева. Приятно иметь дизельные генераторы, а ещё приятнее — дизельное топливо для их работы.

Дизельное топливо используется в военной технике, поэтому его продают по карточкам. Чтобы купить его, нужно давать взятки. По высоким ценам.

Водитель останавливается у главного входа. Сюрреалистичность происходящего лишь усиливается появлением швейцара в ливрее, который высаживает нас из «Майбаха».

Он тихонько кряхтит под тяжестью бронированной двери.

«Оружие можете оставить в машине, — говорит Бабич. — Мы заберём вас в двадцать один тридцать».

Мы снимаем бронежилеты, оставляем их и винтовки в багажнике. Пистолеты держим на пистолетных ремнях.

Внутри я веду Штейна к бару. Мы садимся за отдельный столик, и я заказываю нам два пива. Киев — зона боевых действий. Никто не удивляется, увидев в городе камуфляжную форму. В дорогих ресторанах и барах её не любят, но принимают.

«Что такое, Брид? Не торопишься убираться?»

Бармен ставит перед нами на стол кружки.

«Никаких секретов, Штейн. Кому ты звонил из туалета в поезде?»

«Я ничего от тебя не скрывал. Я просто не звонил Бабичу».

«Я так и думал. Расскажи мне».

«Мы до сих пор не знаем, зачем Марченко переправил бомбу в Киев», — говорит Штейн. «Дацюк может помочь нам найти её, но он не собирается выяснять, зачем она нужна Марченко».

«Хорошо. Так кому ты звонил?»

«Оператор наземного отделения Пятого управления Украины».

"Что это такое?"

Штейн хмурится. Отпивает из пинты. «Ты была на Украине много лет назад. Я тоже».

«Я знаю. Ты так и не рассказал мне, что сделал».

Тогда вам не нужно было знать, а теперь нужно. Пока вы были на Донбассе, уворачиваясь от пуль и артиллерийских обстрелов вместе с полковником Орловым, я работал с наземным подразделением над созданием Пятого управления. Это украинское военизированное подразделение, которое действует по ту сторону забора, в России. Мы научили их тому, что у нас хорошо получается: подкупать, воровать, саботировать, устраивать убийства. Всякие такие приятные штуки. Мы создали двенадцать передовых оперативных баз недалеко от границы.