Чтение онлайн

В 1952 г. Роб. Чесси были изданы «Определения Большого Совета в Венеции». [190] Это собрание документов содержит самые ранние из сохранившихся постановлений «Совета мудрых» и списки членов Большого Совета. В недавнее, время под редакцией Ант. Ломбардо начали выходить регистры заседаний Совета. [191] В 1958 году появился 2–й том этого издания, охватывающий вторую четверть XIV в. Для нашей работы имеет значение лишь первый том этого издания. [192]

Так как значительную часть своей империи Венеции первоначально инфеодировала вассалам различных национальностей, то для характеристики методов колониального управления, которыми она пользовалась, документы этого рода имеют исключительное значение. Первым по времени документом такого рода является договор, заключенный с Феодором Враной, которому были инфеодированы территории в районе Адрианополя. Это было еще в 1206 г. От следующего года мы имеем феодальный контракт с группой лиц, которым Венеция нашла целесообразным инфеодировать остров Корфу, на некоторое время попавший в ее руки. Сохранилось несколько контрактов с сеньорами Негропонта: договор с Равано да Карчере от 1209 г., договор с тремя феодалами, родственниками Равано, от 1216 г., договор с Нарзотто да Карчере от 1256 г. о совместной борьбе против князя Ахейского, трехсторонний договор с тремя веронцами, сеньорами Негропонта, и князем Ахейским, договор от 1262 г., о котором мы уже упоминали в другой связи. [193] Освоение Крита Венеция проводила в рассматриваемое время также феодальными методами, вследствие чего мы имеем ряд феодальных контрактов с представителями венецианских нобилей и рядовых людей из венецианцев, которым поручалась охрана острова и инфеодировалась значительная часть его территории. К документам этого рода относятся: договор с первой партией переселенцев от 1211 г., договора с последующими партиями от 1222, 1223 и 1252 гг., посланными в качестве подкреплений на помощь прежним венецианским поселениям на острове. [194] Ряд договоров на том же Крите Венеция вынуждена была заключить с представителями местной греческой знати, с местными архонтскими родами, врагами венецианцев, — таковы договора от 1219 г.; от 1223, 1233, 1234 гг., которыми Венеция пыталась купить себе условия беспрепятственной эксплуатации местного крепостного люда. [195]

Большое количество договоров было заключено Венецией в различное время с зависимыми от нее городами в Истрии и Далмации, которые, впрочем, являются договорами больше по форме, чем по содержанию и могут быть названы скорее обязательствами этих городов перед Венецией. Вероятно, значительная часть их потеряна, но то, что сохранилось, в достаточной степени характеризует методы венецианского господства в этой части ее колониального мира. Прежде всего венецианцы обратили внимание на истрийские города и с ними были заключены их первые соглашения: с Каподистрией Венеция вступала в неравноправные соглашения уже в X в., — мы имеем договора от 932 и 937 гг. [196] Позднее круг такого рода контрактов расширяется и распространяется на далматинские города. В 1075 г. Задар, Трогир, Шибеник, Сплит обязались не допускать в свои воды норманов. [197] Сохранилось несколько договоров с Триестом, Умаго. [198] Для характеристики положения Венеции в Далмации особенно важны договора с Задаром и Дубровником, — с первым из них от 1203 и 1247 гг. и со вторым — от 1232, 1236 и 1251 гг. [199]

Правительственные распоряжения относительно различных вопросов колониального управления, многочисленные для позднейшего времени, сравнительно очень немногочисленны для начального периода колониального господства Венеции, по крайней мере поскольку об этом можно судить по опубликованным документам. Среди таких документов для нашей цели оказались полезными следующие: обязательство от 1205 г., возлагавшееся на венецианцев каноников св. Софии избирать на патриарший трон и другие церковные посты только венецианцев, распоряжения патриарха Латинской империи Матвея и константинопольского подеста Марино Дзено о сужении сферы компетенции каждого из них в своей области в пользу метрополии, последнее от 1205 г. и первое — от 1221 г.; циркулярное распоряжение дожа Пьетро Циани от 1226 г. о титулатуре представителей Венеции в ее колониальных владениях; «положение» о правах и обязанностях венецианского комита в Задаре от 1278 г., имеющее значение, конечно, и для более раннего времени; специальные поручения и полномочия байло Негропонта от 1259 и 1271 гг.; специальное постановление Большого Совета от 1262 г. о чрезвычайном обложении торговли для изыскания средств на постройку флота для войны с генуэзцами в пределах Романии и др. [200]

Ряд интересных данных, характеризующих отношение частных лиц к Венецианскому государству на почве экономических и юридических интересов, дает собрание краткого изложения документов, изданное Пределли под названием: Liber communis vel Plegiorum. [201] Наиболее ранние из дошедших до нас документов «Книги Коммуны» помещены полностью в названном выше сборнике Р. Чесси. [202]

Исключительное значение для нашей работы имело бы издание Джомо, содержащее реестр с кратким изложением содержания решений венецианского Сената «относительно морских и сухопутных дел», если бы оно охватывало документы более раннего времени. [203] Венецианский Совет был именно тем учреждением, которое преимущественно занималось колониальными делами, и его решения охватывали даже незначительные дела колониальной практики. К сожалению, самые первые акты издания восходят к концу XIII в.

Некоторые данные относительно торговли, колониального управления и колониальной администрации Венеции можно найти еще в издании Пределли под названием: «Памятные книги Венецианской республики». [204] Это также собрание лишь кратких изложений документов, самые старые из которых восходят только к 1300 г. По этой последней причине «Памятные книги» лишь отчасти могут служить нашей цели.

Само собою понятно, какой большой интерес представляют собою донесения венецианских колониальных магистратов о положении дел в порученных их управлению районах. К сожалению, нам известны для ранней колониальной истории Венеции лишь немногие из документов такого рода. Мы можем назвать здесь сообщение Якопо Тьеполо, константинопольского подеста, о перспективах предстоящих выборов Константинопольского патриарха, сделанное им дожу Пьетро Циани в 1219 г. [205] , и гораздо более важное, может быть еще недостаточно использованное историками, донесение в Венецию сирийского байло Марсилио Джорджио от 1243 г. о положении венецианских дел в Акре и Тире. [206]

Для характеристики методов колониального управления Венеции большое значение могли бы иметь документы канцелярий колониальных магистратов республики. К сожалению, такие документы или потеряны, или остаются до сих пор неопубликованными. Архив важнейшего из венецианских колониальных губернаторов, дуки Кандии, заключающий в себе свыше 80 папок различных документов, до сих пор известен лишь в отдельных из него извлечениях. Наибольшее их количество мы находим в двух работах, из которых одна относится к середине XVIII века, а другая к концу XIX в. Мы имеем здесь в виду «Священный Крит или о епископах того и другого культа» Фламиния Корнеро и «Архив герцога Кандии» Герланда. [207] В обоих этих изданиях помещен целый ряд документов, характеризующих экономические и социальные отношения, есть кое-какие извлечения из земельных кадастров, документы, характеризующие церковные порядки на Крите, известия о борьбе местного населения против венецианского господства.

В недавнее время в Венеции были опубликованы документы из архива одного из нотариев на Крите, которые позволяют глубже заглянуть в экономические и социальные отношения на Крите. Правда, документы относятся к двум первым годам XIV столетия, но они имеют значение и для более раннего времени. [208]

Среди источников, освещающих отчасти внешние отношения республики, отчасти внутренние дела, надо назвать акты папской канцелярии, в кратком изложении опубликованные в двадцатых годах текущего столетия Кэром. Седьмой том этого издания как раз относится к Венеции. [209]

Большое значение для освещения вопросов внешних отношений Венецианской республики имеет переписка ее государственных деятелей, письма пап, императоров Латинской империи и отчасти императоров империи Византийской. Это особенно относится ко времени образования Венецианской колониальной империи и возникновения империи Латинской. Документы этого характера собраны преимущественно Минем в его известной «Латинской патрологии». [210]

Наконец, в этой группе источников большое значение для нас имеют грамоты частные. Они иногда важнее официальных данных и нередко правдивее их. Узость их интересов компенсируется адекватностью их реальной жизни. Мы имеем здесь в виду посмертные завещания, частные феодальные контракты и арендные договора, соглашения о покупке и продаже недвижимости, разнообразные контракты, связанные с морской торговлей и ростовщичеством.

Публикация частных грамот началась позднее, чем издания источников повествовательного характера или официальных документов. Если оставить без внимания отдельные документы этого рода, опубликованные Тафелем и Томасом или Романином в его «Документированной истории Венеции», то более или менее значительные публикации начинаются только с семидесятых годов прошлого столетия. Посмертные завещания и родственные им документы, исходящие от представителей аристократических фамилий и хранящиеся в венецианских архивах под рубрикой mani morti в количестве более 5 тыс. документов, едва затронуты издателями. Пока все еще приходится довольствоваться публикациями отдельных документов, используемых исследователями тех или других частных вопросов венецианской истории. В отдельных случаях мы имели возможность воспользоваться этими извлечениями из венецианских архивов для освещения вопросов из области внутренней жизни Венеции.

Значительное количество грамот, характеризующих феодальные отношения или их разложение, поскольку они так или иначе касаются венецианских граждан или венецианских церквей, можно найти в сборниках грамот Падуи и Тревизо. [211] Имеющие для нас большое значение договора венецианских и нобилей, поскольку последние выступали в качестве купцов или ростовщиков, в значительном количестве впервые были изданы Баракки, [212] Сачердоти, Минотто и др. Несколько интересных грамот в начале текущего столетия было опубликовано в его небольшой монографии Гейненом, грамот очень важных для истории взаимоотношений Венеции и Византии при последних Комнинах и первых Ангелах, хотя он и не сумел надлежащим образом понять и истолковать имевшиеся в его руках тогда еще неизданные документы.