Обречён любить тебя
Шрифт:
??????????????????????????
— В этой части страны иногда встречаются мангры, — проговорила Милана. — Уникальное природное явление. Корни этих деревьев выступают из земли, поэтому создается впечатление, словно они на «ходулях».
— А животные? — рассеяно спросил Татошка, немного наклонившись и ощутив аромат шампуня Миланы.
— Большая часть крупных диких копытных, львов, слонов, леопардов и гепардов сосредоточены в национальных парках. Но и в этих местах можно встретить целый львиный прайд, — пояснила она, кивая на что-то мелькнувшее вдали. Не то действительно лев, не то какое-то другое животное. Они слишком быстро ехали, чтобы разобрать.
— Тебе правда это нравится? — Татошка затаил дыхание, посмотрев на Боярышникову. Их взгляды встретились, стоило Милане повернуть к нему голову. Он услышал, как она негромко вздохнула.
— Что именно?
— Путешествовать, помогать людям и… животным? — Антон осекся, опустив взгляд к приоткрытым губам, но постарался сосредоточиться на разговоре.
Вокруг находилось слишком много людей, которые переговаривались друг с другом. Рядом шумели дети, которых вовсю развлекал Влад, показывая фокусы.
— Да, — улыбнулась Милана. — Мне нравится заниматься волонтерством. Так я чувствую себя полезной и нужной, Антон. Разве не об этом ты говорил на крыше клуба?
Ему бы еще вспомнить, что он ляпнул тогда. Канарейкин сейчас с трудом мог воскресить в памяти их разговор. Кажется, в ту секунду его больше волновала жизнь сумасшедшей блондинки, а не беседа на философские темы. Милана плакала, затем смеялась и утверждала, будто ее жизнь абсолютно бессмысленна. Бредни пьяной гламурной дивы, так Татошка посчитал вначале.
— У меня плохо с эмпатией, да? — усмехнулся Канарейкин, отводя в сторону взгляд. — Не могу понять тебя. Никогда не получалось.
Она коснулась ладонью его щеки, почувствовав проступившую щетину. В Москве Антон никогда не позволял себе появляться в обществе небритым или растрепанным. Весь внешний вид кричал о том, чьим сыном он являлся. С Боярышниковой несколько иначе. С первых дней жизни мать требовала всегда смотреть за собой. Каждая покупка, прическа, выбор помады оценивались с точки зрения «правильности».
Здесь, в Африке, ни правил, ни норм не существовало. Респектабельное общество осталось на другом материке вместе с родителями, о которых Милана предпочитала не вспоминать.
— Мы в похожих условиях, Антон, — ответила она, переместив ладонь ему на грудь и ощутив биение сердца под пальцами. — Прошло пять лет, а я до сих не знаю, чего ты на самом деле хочешь.
— Не поверишь, — горько усмехнулся Татошка, обхватив запястье Миланиной руки и переплетая их пальцы. — Я тоже не знаю.
Он осторожно прикоснулся к губам Миланы в легком поцелуе. Рискованно, учитывая количество невольных свидетелей.
— Почему ты сел за руль «Теслы»? — спросила Боярышникова, когда Татошка отодвинулся, но руки не отпустил.
— На самом деле, я чертовски люблю риск, — улыбнулся Канарейкин.
В Дар-эс-Салам они прибыли после обеда. Времени разглядывать достопримечательности не было. Энтони позвонил Милане, пообещав забрать их вечером, поэтому стоило поторопиться и приобрести скорее смарт-часы в ближайшем магазине техники, где выбор не столь скудный, как в Додома. Впрочем, ничего интересного, по словам Боярышниковой, в крупном городе не имелось. Парочка музеев, университеты да кое-какие памятники.
Дар-эс-Салам — портовый город, из которого ходили паромы и корабли на Занзибар. Пляжи не представляли интереса ввиду большого количества мусора у берегов Индийского океана, а центр города состоял из офисных зданий и магазинов.
— Забавно, богатый город, а нищета повсюду, — проговорил Влад, оглядываясь и обходя открытый люк канализации по краю, куда едва не угодил ногой.
— Коррупция, — ответила Милана, поправляя лямку рюкзака. — Будьте осторожны, местные мотоциклисты ловко крадут сумки прямо из салонов автомобилей и вырывают из рук.
Она кивнула на предупреждающий плакат, подле которого стояло несколько торговцев с лотками, откуда шел запах жареной кукурузы. На вид еда привлекательной не выглядела, поэтому Антон предпочел отойти подальше, разглядывая причудливую архитектуру вокруг. Храмы чередовались с мечетями, остатками лютеранских церквей, зажатых между высотными зданиями. Мимо прошла пара негритянских женщин в цветных платках, бросивших в их сторону любопытные взоры.
— Да уж, Африка хороша, пока не заедешь в город, — буркнул он, приметив мелькнувшую в воздухе цифровую 3D-вывеску магазина техники. — Пойдемте.
Современные смарт-часы как средство связи и доступа в интернет, давно не требовали специальной прошивки. Программное обеспечение многих марок являлось универсальным, потому возможность установить нужный язык и перенастроить под себя чудо современных технологий не представляло проблем.
Ремешок обхватил запястье, а одним нажатием сбоку смарт-часы ожили. Прошло несколько секунд, Антон коснулся высветившейся панели, выбирая русский язык в качестве основного. Ввод данных аккаунта Гугл помог быстрой синхронизации устройства с сохраненными файлами.
— Выйду на улицу, здесь плохо ловит связь, — сказал Антон, заметив, как Милана прикасается к экрану для покупки. Робот-консультант произнес благодарность на английском и мигнул датчиками.
— Почему мы не сделали онлайн-заказ? — спросил Влад,
— Ждать долго, — ответила Боярышникова.
— Ты чувствуешь? Стала богатой дамой, содержащей альфонса, — пошутил ее друг, хохоча и уворачиваясь от ударов.
— Рыжий, мало тебя Настя в университете по голове била.
— И я до сих пор ощущаю себя под гнетом безжалостных женщин!
Антон прошелся по тротуару, ожидая загрузки. С десяток пропущенных видеозвонков от семьи и друзей высветилось на экране. Увидев несколько от отца, Татошка ощутил странное чувство детской радости. Павлу не наплевать, он беспокоится о сыне, хотя мог обойтись звонком Милане или Владу. Кликнув на самое последнее записанное видео-сообщение, увидел перед собой обеспокоенное лицо Вадика.
— Братан, говорят, тебя в плен забрала обезьяна. Дозвониться нереально, словно на линии у президента висишь, — иронично заявил хакер, махнув рукой. — Хотел тебе сказать по поводу твоей тачки. Странная штука…