Чтение онлайн

Шаллан вскочила на ноги, уронив на пол стул, альбом и угольный карандаш, зажатый в пальцах свободной руки.

— Шаллан? — спросил Кабзал, вставая.

Она нарисовала ее опять. Почему? Покой, который она чувствовала во время рисования, испарился в мгновение ока, сердце забилось быстрее. Давление вернулось. Кабзал. Джаснах. Братья. Решение. Выбор. Проблема.

— Что случилось? — сказал Кабзал, шагнув к ней.

— Извини, — сказала она. — Я… я сделала ошибку.

Он нахмурился. Сбоку Джаснах, сморщив лоб, посмотрела на нее.

— Ничего страшного, — сказал Кабзал. — Смотри, здесь хлеб и джем. Успокойся, а потом закончишь. Мне не так важно…

— Мне нужно выйти, — прервала его Шаллан, чувствуя, что задыхается. — Извини.

Она пролетела мимо сбитого с толку ардента, обогнув то место, где на ее рисунке стояла фигура. Что с ней происходит?

Она бросилась к лифту, призывая паршменов. Оглянувшись через плечо, она увидела Кабзала, глядящего на нее. Шаллан вбежала в лифт, крепко держа в руке альбом с набросками.

Надо успокоиться, подумала она, опираясь спиной о деревянные перила платформы, которую паршмены уже начали опускать.

Она посмотрела на пустую площадку над собой.

И прищурилась, запоминая сцену. И снова взялась за карандаш.

Она стала точными движениями делать набросок, держа альбом безопасной рукой. Платформу освещали только две маленькие сферы, установленные с каждой стороны, где двигались тугие канаты. Она действовала бездумно, по наитию, не отрывая взгляда от верхней площадки.

А потом опустила глаза на рисунок. Ее собственной рукой были начертаны две фигуры, которые наклонились вниз, глядя, как она опускается. Складки их одежд были сверх меры прямыми, как будто выкованными из металла.

Она опять посмотрела вверх. Пустая площадка.

Что со мной происходит? подумала она с увеличивающимся ужасом.

Наконец лифт ударился о землю, и она так стремительно понеслась прочь, что ее юбка развевалась, словно от сильного ветра. И только за дверью Вуали она остановилась, не обращая внимания на мажордомов и ардентов, удивленно глядящих на нее. Пот струйками стекал по лицу.

Куда идти? Куда бежать, если сходишь с ума?

Она врезалась в толпу, заполнившую главную пещеру. Настал полдень, и началась обеденная суматоха — слуги везли тележки с едой, светлоглазые спешили в свои комнаты, с руками, сложенными за спиной, неспешно шествовали ученые.

Шаллан мчалась, не замечая ничего, рыжие волосы вырвались из пучка и развевались сзади, заколка со звоном упала на камни. Тяжело дыша, она добежала до коридора, ведущего в их комнаты, откинула волосы и оглянулась назад. Люди в замешательстве смотрели ей вслед.

Почти против воли она прищурилась и Запомнила. Подняла альбом, скользкими пальцами схватила карандаш и быстро набросала толпу, наводнившую пещеру. Мимолетные впечатления. Мужчины — прямые линии, женщины — изогнутые, стены из гладкого камня, ковровый пол, круги света от сфер, висящих на стенах.

И пять фигур с головами-символами, одетых в черное, в слишком прямых одеждах и плащах. У каждой — свой символ, изогнутый и незнакомый, висящий над торсом, лишенным шеи. Невидимые создания пробирались сквозь толпу. Как хищники. Сосредоточившись на Шаллан.

Они существуют только в моем воображении,попыталась убедить себя девушка. Я переволновалась, слишком многое на меня свалилось.

Быть может, это символы ее вины? Знаки того, что она предала Джаснах и солгала Кабзалу? Всего того, что она натворила перед возвращением в Джа Кевед?

Она попыталась замереть, не двигаться, но пальцы не хотели успокаиваться. Она прищурилась и начала рисовать на новом листе. Закончила дрожащей рукой и посмотрела. Фигуры никуда не делись — угловатые страшные не-головы висели там, где должны были быть лица.

Логика подсказывала, что она слишком резко реагирует, но теперь она не могла не верить себе. Они были реальны. И шли за ней.

Она метнулась прочь, удивив нескольких слуг, которые подошли с предложением о помощи. Она побежала, скользя по коврам, и, наконец, добралась до апартаментов Джаснах. С альбомом под мышкой Шаллан трясущимися пальцами открыла замок, влетела внутрь и захлопнула за собой дверь. Повернув ключ, она бросилась в свою комнату. Она закрыла и ее, потом повернулась, отступая. Комнату освещал большой хрустальный кубок с тремя бриллиантовыми марками, стоявший на ночном столике.

Она бросилась на кровать и, тяжело и беспорядочно дыша, поползла по ней, пока не уткнулась в стену. Подальше от двери. Она все еще держала под мышкой альбом, хотя и потеряла карандаш. Впрочем, на ночном столике были другие.

Не делай этого, сказала она себе. Просто посиди и успокойся.

Она почувствовала холодный поднимавшийся ужас. Она должназнать. Она доползла до столика, взяла карандаш и начала рисовать комнату.

Сначала потолок. Четыре прямые линии. Под ним стены. Линии и углы. Пальцы двигались, рисуя сам альбом и закрытую рукавом руку, державшую его. А потом их. Существа, стоящие вокруг нее, — перекошенные символы, парящие над неровными плечами, не-головы с невероятными углами, поверхности, стыкующиеся самым странным и невозможным образом.

Тварь перед ней протянула слишком гладкие пальцы к Шаллан. В дюймах от правой стороны альбома.

О, Отец Штормов…подумала Шаллан, карандаш выпал из рук. Комната была пуста, но она нарисовала толпу созданий, сгрудившихся перед ней. Они стояли настолько близко, что она должна была чувствовать их дыхание, если они вообще дышали.

Неужели в комнате похолодало? Неуверенно — полная ужаса, но неспособная остановить себя, — Шаллан отпустила карандаш и протянула свободную руку вправо.

И что-то почувствовала.

Она закричала, не сходя с кровати вскочила на ноги, уронила альбом и вжалась спиной в стену. Не успев осознать то, что она делает, она стала сражаться с рукавом, пытаясь вынуть Преобразователь — единственную вещь, которую можно было назвать оружием. Нет, слишком глупо. Она не умеет им пользоваться. Она беспомощна.