Чтение онлайн

Другой столоначальник, рангом поменьше Петренко, может, стушевался бы от подобного натиска. Но начальника РУВД, пережившего около десятка руководителей главка, «на голос» было брать бесполезно. Довольно холодно поинтересовавшись, кто, собственно, осмелился без стука ворваться в кабинет, и получив ответ, что это собственной персоной атаман Бурнаш, Петренко заметно оживился.

— Ты чьих будешь? — поинтересовался милиционер и, увидев на красной физиономии посетителя растерянность, добавил более сурово, как, наверное, подобало самому царю Всея Руси: — Чьих будешь, холоп, спрашиваю?

Бурнаш хотел было сказать что-то злое в ответ, но лишь успел начать вопрос:

— Кто это тут со мной блеет… Мухомор, не давая бандиту опомниться, решительно поднялся из-за стола.

— С тобой, волчара, не блеет, а разговаривает подполковник Петренко! Ты, кажется, свою ОПГ с чем-то перепутал. Запомни: если бы всякая тварь, которая мне грозила, хоть по разу плюнула — я бы утонул. Только я здесь, а они — по клеткам сидят. Может, и тебя суток на десять на нары отправить, чтобы в чувство пришел?..

У Бурнаша вид грозного полицейского явно вызвал не самые добрые ассоциации с прежней жизнью. Атаман сообразил, что надо менять тактику, и залебезил перед Мухомором, пытаясь объяснить, что им только что выявлен вражеский агент, работающий в городе. Самое неприятное, что этим агентом бандит назвал чистильщика обуви, расположившегося со своими щетками перед зданием контрразведки. Но Николай Александрович виду не подал. Надеясь выяснить подробности и уже тогда сориентироваться по ситуации, он сменил гнев на милость.

— Так ты «барабан» [22] , значит? Так бы и сказал сразу. У кого на связи состоишь? — казалось, миролюбиво осведомился Петренко. — Псевдоним, то есть «погоняло» по-вашему, какой имеешь?

Атаман заюлил, стараясь обойти щекотливый вопрос, и вместо ответа принялся торопливо излагать историю своего знакомства с «неуловимыми мстителями».

«Хуже нет дурака, чем дурак с инициативой, — размышлял Николай Александрович, слушая Бурнаша, — но если сейчас не дать команду арестовать пацаненка, то добровольный осведомитель наверняка ворвется со своим докладом к кому-нибудь еще. А тогда… Тогда немедленный и весьма неприятный исход карьеры обеспечен!»

Только у начальника РУВД была мечта получить очередное звание и пенсию отнюдь не посмертно, а потому он мучительно искал выход, позволивший бы без ненужных проблем избавиться от настойчивого посетителя.

И вдруг Мухомора озарило.

— Так ты говоришь, что коровку у бабушки взял для нужд своей банды, а малолетки у вас отобрали столь честно нажитое имущество?..

Бурнаш поморщился при упоминании слова «банда», но согласно закивал головой, подтверждая, что все так и было. При этом он не заметил, что Петренко незаметно нажал кнопку звонка, укрытого под крышкой стола.

— Твоя группировка разбойничала в степях Херсонщины, совершала террористические акты, подрывая устои российской государственности, а ты организовывал эти безобразия, — как бы рассуждая вслух, продолжал начальник РУВД, — и твои подельники сначала убили человека с особой жестокостью, то есть на глазах сына, потом избили мальчика нагайкой, причинив ему телесные повреждения. Затем вовлекли его в банду, заставили несовершеннолетнюю сестру мальчишки прислуживать в кабаке, вовлекая ее таким образом в асоциальную деятельность [23] … Если подросток и причинил тебе какие-нибудь неприятности, то, очевидно, в пределах необходимой обороны. А ты теперь пытаешься с помощью государственного аппарата принуждения отомстить ему. Хорош…

Атаман слишком поздно сообразил, куда клонит полицейский.

В результате ворвавшиеся в кабинет дюжие охранники умудрились скрутить бандита прежде, чем он успел достать из кобуры маузер. Учитывая явную тяжесть содеянного — покушение на жизнь сотрудника контрразведки, те же охранники немедленно провели с задержанным короткую воспитательную беседу, после которой тот больше не пытался говорить, а смирно лежал на полу и тихонько постанывал.

Петренко велел вызвать конвой и засадить бандита в кутузку, чтобы более плотно заняться с ним после окончания работы с документами. На самом же деле главная задача Мухомора была выполнена: опасный осведомитель был отправлен подальше от глаз полковника Кудасова.

«Теперь, — размышлял начальник РУВД, — утечет немало воды, пока кто-нибудь удосужится разобраться с этим типом. Когда же разберутся — будет поздно: я со своими операми уже буду в Питере, а чистильщик обуви — по ту сторону фронта».

Вскоре подошел и вызванный охраной конвой. Николай Александрович заметил, что один из солдат явно косит. Учитывая рассказ Рогова о встрече на кладбище, можно было рассчитывать, что удача сама пришла в руки. Поэтому, напустив на себя строгий начальственный вид, Петренко обратился к Косому и велел, чтобы тот, отконвоировав задержанного в тюрьму, лично вернулся и доложил об исполнении поручения. Тот придурковато взвопил, будто его представили к награде: «Рад стараться, ваше благородие!» Мухомор лишь усмехнулся, вспомнив, что с подобной интонацией кричала Гюльчатай из «Белого солнца пустыни»: «Господин назначил меня любимой жено-ой!»

После того как Бурнаша увели, начальник РУВД, выждав несколько минут, отправился почистить обувь: надо было срочно предупредить связного об опасности и передать подчиненным, где им следует встретить Косого для душевной беседы. Но к великому разочарованию, место чистильщика на площади перед контрразведкой пустовало. Поэтому, тяжело вздохнув, Мухомор был вынужден пешком отправиться через весь город в аптеку.

— Товарищ полковник! — Солонец вздернул руку к шапке. — Личный состав N-ского РУВД построен. Начальник отдела уголовного розыска майор…

— Вижу, что майор, — прервал Соловца красномордый проверяющий и потянул носом. — Что у вас тут произошло?

— Акт вандализма, товарищ полковник. Подозреваемых уже ищут.

— Хорошо, что ищут. — Чиновник из ГУВД оглядел жиденькую цепочку сержантов, оперов и дознавателей, в которой белыми воронами выделялись Волков, Чуков и Удодов. Первые двое — забинтованными руками и густо смазанными лечебной мазью физиономиями, третий — высунутым изо рта фиолетовым языком и закрытыми глазами.

— Что это с ним? — полковник указал на Удодова.

— Ночь не спал, — нашелся майор. — Устал…

Стоящее в неподвижном морозном воздухе сортирное амбре перебивало все запахи, включая мощный дух, шедший от в хлам пьяного дознавателя.

— А где Петренко? — поинтересовался полковник.

— На территории, — быстро выдал Соловец.

— Появится — сразу ко мне, — приказал проверяющий и полез в один из автобусов, где пэпээсники уже готовили стол с обильной закуской и выпивкой.

«Где ж я тебе его возьму?» — тоскливо подумал начальник ОУРа и жестом подозвал к себе одного из сержантов.