Обреченные небесами
Шрифт:
– А как отнеслась мама к твоему отъезду? – услышала она голос Джил.
– Она умерла пять лет назад. – Соврала Шарон. Ее мать здравствует и поныне, но Шарон захотелось вызвать еще большее сочувствие к себе и ей это удалось.
Джил вздохнула.
– – Бедная девочка. У тебя очень сложная жизнь. Мне даже неудобно за себя, что у меня все хорошо, – она с любовью посмотрела на мужа. – Когда у кого-то рядом все плохо. Я хочу, чтобы ты оставалась у нас, сколько захочешь, осмотришься и подыщешь себе работу, затем снимешь квартирку.
Именно этого Ник и боялся. Отзывчивое сердце Джилиан жалело гостью, и было готово для неё на многое. Но это не входило в его планы.
Шарон положила свою руку на руку Джил.
– Спасибо. Но достаточно того, что вы уже сделали. А корить себя за то, что все в жизни хорошо, не стоит. Ты здесь ни причем. Кому-то Бог дает, а кому-то не дает. Наверное, он дает самым достойным.
«Боже, Джил, – думал Ник. – Не будь ты такой наивной! Эта девка может наболтать про себя, что она святая мученица».
Его не удивило, почему он так думает о Шарон, которую еще не так давно искренне жалел. Жалость переросла в невыносимость ее присутствия, страх за будущее и…
Действительно, а она похожа на кошку. Ник понял, как он незаметно для себя попал в умело расставленную мышеловку.
– Шарон, чем ты собираешься заниматься в Лос-Анджелесе? – поинтересовалась Джил, отрывая Ника от своих мыслей.
Шарон вздохнула.
– Для начала устроюсь в кафе официанткой, или буду мыть посуду. Опыт у меня есть.
«У тебя есть опыт шлюхи». – Зло подумал Ник.
– А вообще у меня есть мечта. – Закатив глаза, поделилась Шарон. – Я хочу стать актрисой, настоящей кинозвездой, как Мерлин Монро!
Джил захлопала в ладоши.
– Браво! Я думаю, у тебя может получиться.
Ник, сидевший весь вечер молча, встал из-за стола. Его настроение окончательно упало. Слушать дешёвую ложь становилось противно. И хотя существовала вероятность того, что разговор может потечь по другому руслу, конкретно касающегося его отношений с Шарон, он всё же решил покинуть женщин. Будь что будет. Выходя, он поймал встревоженный взгляд жены.
– Я что-то очень устал. У меня был трудный день. Пойду, пожалуй, прилягу. – Пояснил он свои действия.
– Хорошо, дорогой, я скоро приду, – захлопотала Джил. – Только покажу Шарон ее спальню и приберу на столе. Ты в порядке Ник? Ты очень бледен.
Ник задержался на секунду и сделал попытку улыбнутся.
– Со мной полный порядок. Я просто немного устал.
Такое слабое объяснение мало успокоило Джил. Ее взгляд оставался по-прежнему встревоженным. Что-то в поведении мужа было необычным. Может быть, появление нежданной гостьи так подействовало на него? Проводив Ника взглядом, она повернулась к Шарон.
– Как вы познакомились с моим мужем? – поинтересовалась она. В вопросе проскользнули нотки ревности, не ускользнувшие от собеседницы.
Шарон начала бойко рассказывать о том, как долго ей пришлось ловить попутку. Отчаяние охватило её, когда около полусотни машин проехали мимо, оставляя девушку в пыли. В этот момент появился Ник. Они разговорились, и Ник, приняв участие в её судьбе, пообещал доставить девушку до мотеля. К величайшему сожалению гостиница не работала, и он, чтобы не оставлять несчастную на улице, решил привезти её домой.
– Я другого поступка не ожидала от своего мужа. – Не без гордости произнесла Джил. – Он поступил как настоящий и добрый человек.
«Интересно, а ожидала ли ты, что он как мартовский кот наброситься на меня?» – подумала Шарон. В слух она ничего не сказала, но её глаза лукаво засветились, глядя на собеседницу. Джил не понравился этот блеск. Ей вспомнилось, что так блестят глаза у кошки, когда она охотится за ничего-не-подозревающим воробьём.
Глава 2. Сомнения.
1
Скрип половиц под тяжестью собственного тела непривычно резал слух. Этот звук, который ежедневно сопровождал его и ранее ничего не значил, сегодня слышался совсем по-другому. Мрачно и зловеще. Словно то плохое, что он оставил позади, проснулось и тихо крадётся за ним, протягивая свои холодные щупальца. Где-то, когда-то в другой жизни этот звук извещал о приближающейся трагедии. Не его трагедии и в другой жизни. Теперь же он вновь возрождал прежние тревоги. На душе становилось тяжелее с каждым шагом, словно его ступни погружались в болото. Болото собственных воспоминаний.
Поднявшись по лестнице, Ник вышел на террасу. Ему было беспокойно, и он закурил сигарету. Странное, смутное, тревожное чувство, впервые появившееся после того, как он изменил Джил, с завидным упорством продолжало одолевать его. Он не видел связи между событиями, но всё говорило, что она есть. К тому же ему не нравилось происходящее в столовой. Ситуация складывалась не так, как хотелось бы. Он ожидал, что женщины отнесутся настороженно по отношению друг к другу, а они болтают, словно старые подружки. Предчувствие нехорошего начало закрадываться в его сердце. Ничем необъяснимое предчувствие.
С одной стороны всё легко объяснимо. Он изменил жене, а теперь испытывает стыд за совершённое и страх, что Джилиан может узнать об этом. В связи с этим тревога его вполне понятна. Присутствие Шарон, которая может в любую минуту сболтнуть лишнее, становится тягостным. Жить, пусть даже несколько часов до утра, с грузом страха, в полной зависимости от чужого человека невыносимо. Но с другой стороны, какая связь между Шарон и тем давним происшествием? Почему что-то в её взгляде, едва уловимое в её словах напомнило о том, что уже много лет хранилось на чердаке его памяти, покрытое толстым слоем пыли?
Ник выпустил клуб дыма, всматриваясь в чернеющий под окнами океан. Шум прибоя успокаивал слух, но в душе его творилось обратное. К нему неизменно возвращалось лицо Шарон, её глаза, а тихий голос внутри шептал, что они знакомы ему. За одну секунду в его воображении пронесся каскад отрывочных кадров; взгляд, которым поглядела Шарон на него в машине, говорящий: «Что ещё тебе нужно? Ты сделал, что хотел, теперь оставь меня», жёлтые глаза кошки, в которых стояло то же выражение, что у Шарон и…