Чтение онлайн

— Вампиры не любят солнце. И я ничего не имею против солнца. Мне просто не нравится, что оно встает так рано.

Она игриво толкнула меня, и мы все рассмеялись.

Несколько минут спустя мы добрались до столовой, где должны были встретиться с нашим отрядом. Сегодня был первый день групповой тренировки. Понятия не имела, что именно это значит, но если это означало обучение у Уайетта, я очень даже не против.

У меня внутри порхали бабочки при одной мысли о нашем командире. Весь вчерашний день я упивалась мыслью, что у Уайетта Джеймисона были чувства ко мне. Настоящие чувства. Только это могло объяснить его поведение.

Поскольку моя мать была наполовину оборотнем, я провела много времени среди ее стаи и других стай оборотней. И у всех оборотней-мужчин имелись две общие черты. Во-первых, когда они интересовались женщиной, то проявляли собственническое и территориальное поведение рядом с ней. Любой другой мужчина, проявивший внимание их женщине, получал немедленную реакцию самца. Я улыбнулась, вспомнив гнев Уайетта, когда ужинала с Николасом, и как он швырнул Тима через танцпол, когда парень дотронулся до меня. И как он рычал на техников в гараже.

Во-вторых, если оборотень хочет самку очень сильно, он готов нарушить правила и социальные нормы, чтобы быть с ней. Прошлой ночью Уайетт нашел время, чтобы побыть со мной наедине, поцеловал меня, прикоснулся ко мне и подарил мне самый умопомрачительный оргазм в моей жизни.

Проявление чувств ко мне противоречило протоколу СВС, я это знала, поскольку перечитала руководство после ужина с Николасом. Но то, что сделал Уайетт, не только нарушило правила, оно растоптало их и показало им средний палец.

Большего нарушения правил, чем то, что мы сделали субботним вечером, не придумаешь. Другими словами, Уайетт Джеймисон хотел меня.

Теперь я знала, что привезя меня обратно в штаб-квартиру, сказав что у Института ко мне какие-то дела, Уайетт лгал.

Вчера я позвонила в Институт, и мои извинения, похоже, удивили их. Да, они ожидали, что я зарегистрируюсь, но это не было срочно.

Я самодовольно улыбнулась. Поведение Уайетта в субботу объяснялось только его чувствами оборотня, ведь волки, которым нужна самка, вели себя так же.

Уайетт интересовался мной.

Все просто.

И от мысли об этом я чувствовала себя чертовски фантастично. И даже не злилась на него за то, что он солгал мне об Институте.

Я вдохнула аромат хрустящих вафель и шипящего бекона, когда мы вошли в столовую.

— Вон наши парни, — сказала Шарлотта, кивая вперед.

Крис, Зейден, Бо и Ник вошли через южную дверь столовой. У меня перехватило дыхание, когда заглянула им через плечо.

Но Уайетта нигде не было видно.

Вздохнув, я взяла поднос и встала в очередь. Мы все бродили по зоне обслуживания, но каждый раз, когда я слышала мужской голос, смех или кашель, нетерпеливо оглядывалась через плечо.

Но каждый раз это был не Уайетт.

— Странно, что майора Джеймисона еще нет здесь, — сказала Шарлотта, когда мы все сели за длинный стол. По мере того как собиралось больше народа, в столовой становилось более шумно.

— На прошлой неделе он завтракал с нами каждое утро.

— Я подумала о том же. — Я рассеянно полила вафли сиропом, постоянно поглядывая на двери.

— Привет, дамы, — Зейден широко ухмыльнулся, когда выдвинул стул напротив нас. Зеленая рубашка была резким контрастом с его бледной кожей. — Вы, великолепные девушки, приятное зрелище для моих глаз. Без вас были долгие и одинокие выходные. Я слышал, вы все ушли веселиться и не пригласили меня. — Он надулся.

— Он просто раздражен, потому что мы с Ником пошли выпить в субботу вечером и не взяли его с собой, — вставил Крис, садясь напротив Элизы.

Шарлотта фыркнула.

— А я подумала, что он снова подкатывает к нам. Моя мама предупреждала меня, что вампиры всегда возбуждены.

Элиза рассмеялась.

— Моя мама говорила то же самое.

Зейден поднес руку к груди, как будто эти слова его ранили.

— Я чувствую, что меня нагло оболгали.

— Но это правда, верно? — спросил Бо, садясь рядом со мной. Волшебник среднего уровня тоже выбрал вафли, только вместо сиропа он намазал их арахисовым маслом.

Зейден снова ухмыльнулся.

— Ну, если кто-то из этих женщин захочет трахнуться, я только за.

Я закатила глаза, в кои-то веки отводя взгляд от дверей.

— Какой ты очаровательный.

— Просто хотел убедиться, что предложение понятно. — Он подмигнул мне.

Я откусила еще кусочек вафли и попыталась сосредоточиться, пока мои товарищи по отряду продолжали подшучивать, но мой взгляд оставался прикованным к входным дверям столовой. Где же он?

Прежде чем успела откусить еще кусочек, открылась угловая дверь. Внутрь вошла высокая женщина с черными волосами, собранными сзади в строгий пучок. У нее был кофейный цвет лица, и она выглядела так, словно могла отжаться больше раз, чем большинство мужчин.

И прямо за ней появился Уайетт.

Я чуть не уронила вилку, но в последний момент успела ее поймать.

— Ого, — сказал Ник. — Осторожнее, Мейерс. — Он промокнул капли сиропа, которые стекли с моей вилки на его рубашку.

— Извини, — пробормотала я как раз в тот момент, когда Уайетт подошел к нашему столику в сопровождении высокой женщины.

Остановившись возле нас, он приветственно кивнул:

— Новобранцы, доброе утро.

Женщина рядом с ним промолчала.

Все пробормотали:

— Доброе утро, сэр.

И я изо всех сил старалась ничем себя не выдать.

Я выжидающе посмотрела на него, желая, чтобы он показал хоть как-то, что его сердце бьется так же быстро, как мое.

Но челюсть Уайетта была сжата, взгляд оставался поверх наших голов.

— Заканчивайте есть, а потом присоединяйтесь к нам на улице. — Уайетт взглянул на часы. — Через десять минут.

С этими словами он развернулся на каблуках и вместе с высокой женщиной покинули кафетерий так же быстро, как и пришли.

Я нахмурилась и снова взялась за вилку, но потом решила, что его пренебрежение было ожидаемым, поскольку технически наша связь против правил.

Я все еще не знала, как мы будем продолжать встречаться, но полагала, что что-нибудь придумаем.

Улыбаясь, я принялась за еду.

Глава 18

Уайетт

Десять минут спустя все мои новобранцы стояли на поле. Ветер развевал волосы Эйвери и доносил до меня ее запах.

Я стиснул зубы от неизбежности.