Чтение онлайн

— Но напугал… — скромно отвечаю ему я, чуть закусывая нижнюю губу. Черт бы побрал меня тогда в тот возраст… До глупости смелая, но при этом совершенно не имеющая границы, которая бы давала понять, что жизнь под угрозой. И, к тому же, любая грань, если бы даже существовала, то размывалась бы под взглядом красивых парней. Мне, на тот момент, совершенно юной девушки, что всегда спешила домой после школы и не дружила с мальчиками — это было ново. Ново чувство, что я будто могу быть кому-то интересна. Меня это сломало почти сразу, потому что улыбка незнакомого и опасного парня заставляла мои щеки наливаться румянцем. И ему это льстило.

— Так почему ты тут одна? — он заглянул за мою спину. — Проблемы? — и улыбнулся так лучезарно, что я почти потеряла дар речи, смотря на него, но он вовремя успел отойти в стороны, присаживаясь на лавочку, что стояла неподалеку. Я, переведя дыхание, подсела к нему, потому что он именно этого и ждал от меня.

— Уволили с работы за… отказ боссу. И он в наказание еще и зарплату мне не дал. А без зарплаты я не смогла оплатить комнату, в которой жила. — выпалила я, словно раскладывая все по полочкам в своей голове, но, когда поняла, что, скорее всего, незнакомому красавчику не нужно было знать всю правду, закусила язык. Дура — проносилось в моей голове много-много раз.

— Ух ты. Я ожидал не этого. — ответил мне парень, удивляясь. — Так тебе… негде жить? — перевел свой взгляд на меня, и я кротко кивнула. — Так можешь пожить у меня. — произнес тот максимально спокойно, отчего мои брови сразу же поползли наверх в удивлении, а нижняя челюсть, наверное, отвисла до пола.

— Что…? — могу лишь произнести я, совсем не понимая происходящее.

— Только не подумай. Я не всем девушкам, которых встречу на улице одних, предлагаю пожить у меня. — он улыбнулся, а я растаяла вновь.

— Эм… хорошо… спасибо. — я, наконец, смогла улыбнуться ему в ответ. И мы двинулись по темным улицам, когда в воздухе кружили снежинки свой танец. Я и не подразумевала, на что согласилась тогда.

И, как все поняли, история эта не с хорошим концом. До сих пор не понимаю, насколько нужно быть глупой малолетней дурой, чтобы пойти ночевать к незнакомцу, который мог оказаться кем угодно. Убийцей, маньяком, насильником, или же вовсе продать меня в рабство. Кем угодно. Но в итоге он оказался… мои мужем. И даже не знаю, что было бы страшнее — умереть сразу или же испытывать все те муки, что испытывала за эти годы я. Он не убил меня физически, но морально — уничтожил. Растоптал во мне все хорошее и плохое, оставляя лишь оболочку, которой мог пользоваться в свое удовольствие.

В ту ночь он был милым. Мы за то время, пока луна сияла, успели близко познакомились. Он напоил меня вкусным чаем и мило улыбался, видя, как я смущаюсь от его вида. В итоге, я даже не задавала вопросы, которые должна была задать любая адекватная девушка — откуда у молодого парня, что был старше меня на пару лет, была своя квартира. Но зато он не спрашивал, как я осталась одна. Мне ведь было совсем немного лет. Почти восемнадцать, когда я сбежала от отца. Многое мы утаили друг от друга, но при этом узнали друг о друге то, о чем не говорят при знакомстве. Наверное, для меня это была любовь с первого взгляда. Я ведь так и осталась жить у него в квартире… Занялась домом, он помог мне найти работу поваром в забегаловке через своих «знакомых». Через какое-то время мы поженились. Я тогда подумала: «Господи, какая я счастливая. Спасибо за ту встречу.» — и как же я ошибалась, как же не видела всего того, что могу увидеть сейчас. Что могу понять сквозь года боли, страдания и осознания.

Именно сейчас мои глаза открылись, и я вижу, как никогда ясно. Я вижу, как меня обманывали всю мою жизнь, создавая образ, который со временем стирался, оставляя лишь оголенную правду. Жгучую правда, которую теперь не было смысла скрывать. Любой человек бы задумался, зачем другому нож в кармане и почему он так хорошо им управляется. Любая бы задумалась, живя с парнем, куда тот уходит ночами, думая, что ты спишь, а днем хлопает дверью, торопясь на какую-то работу, о которой ты ничего не знаешь. А его друзья — и вовсе явный знак с горящей вывеской: «БЕГИ». Я, конечно, знала, что в этом районе бывает опасно, но, чтобы носить с собой пушки, почти не скрывая этого — это нужно уметь. Они же были самые настоящие бандиты. А я улыбалась им, готовя вкусные ужины и почти работала для них официанткой, пока не выгоняли, чтобы обсудить «дела». Насколько надо быть слепой? Готова саму себя ударить в прошлом за все произошедшее. И ведь из-за них он начал больше пить, становился злее, возвращаясь утром домой, а после и вовсе перестал скрывать, что уходит или возвращается непонятно откуда.

Впервые он ударил меня, когда я, моя посуду, разбила тарелку… случайно, но он ударил меня по щеке так, что горело еще пару дней. В тот момент мне было так страшно. Мир перевернулся за одну секунду удара. Я потом еще долго стояла около раковины, где быстро утекала вода, зажимая рукой лицо, потом что не могла пошевелиться. Но не плакала. Скорее, была в шоке. Просто под большим удивлением, что он это сделал. Мне не было больно или же обидно. Я не понимала — зачем? У меня был опыт с побоями… Отец мог напиться, начать бушевать, но я не думала, что снова испытаю подобное чувство. Мой муж после извинялся долго, даже где-то достал слишком дорогой для нас торт, который мы вместе съели. Тогда еще нужно было бежать. Бежать… далеко, быстро. Бежать в район богатых, пока стену еще не возвели для полного ограждения миров. Может, встретила бы Ингу… Но я оставалась и терпела, как терпела в свое время выходки своего отца. Он ведь становился злее, агрессивнее. Бить стал чаще, а извиняться — реже. Хоть волосы рви на голове. И я помню, как испытывала страх перед ним, но при этом совсем не боялась ничего. Ни побоев, ни синяков, ни даже сломанных костей. Боялась момента, когда он начинал выходить из себя. Боялась… терять того, в кого влюбилась тогда на улице. И боролась до конца. Верила, надеялась. Думала, что смогу все исправить. Вернуть тот вечер, когда мы познакомились и остаться в нем навсегда. Только вот я не понимала, что уже встретила его таким человеком, который испытывает удовлетворение от избиения слабых. Но порой — не бывает сильнее поступка, как отпустить человека и разорвать все нити, связывающие вас. Как бы не звучало странно, но сбежать было бы самым сильным поступком.

А теперь снова…причина моих бед — любимый муж. Да что муж. Мужчины. Отец, муж, Алекс… Они все стали моим личным кошмаром, от которого я никак не проснусь. Один сменяет другого, а я снова и снова испытываю боль. Но хотя бы спасибо, что такую разнообразную. Ведь горечь предательства будет у меня во рту еще долгое время. Я разочарована. Я разозлена. На них, на… себя. Снова дала себя одурачить, снова позволила помыкать мной и вновь позволила причинить себе боль. Когда же это закончится… Ощущение, что никогда. Что это в принципе моя жизнь. И так хочется сдаться. Закончить все. Попыталась сбежать, поиграла в свободную жизнь, но кого ты обманываешь? Себя не обмануть ведь, потому что в глубине души я понимала, что заслужила все, что сейчас получаю. Только вот чем?

Чем можно заслужить такую жизнь? Нет-нет. Все это не правда. Резко зажмуриваю глаза, но уже через секунду снова раскрываю их, потому что не могу позволить себе быть слепой, когда нахожусь в западне. Злость давила на ребра, желая вырваться наружу, а обида сковывала движения. И только боль раскрывала моем разуму всю правду. Никто не заслужил такого отношения. Никто не заслужил такой жизни. Да, мы совершаем ошибки, что приводят к такому финалу, к итогу, после которого мы плачем, думая, чем же заслужили такую кару небесную, только вот мы сами вершим свою судьбу. И если раньше я позволяла себя бить, унижать, помыкать мной, то теперь — не позволю никогда. Лицо исказилось от злости, а слезы, которые выступили от обиды, я быстро смахнула рукой, медленно начиная двигаться спиной назад.

— Я ненавижу тебя, ублюдок. — произношу я сквозь зубы, смотря на парней по очереди, но обращаюсь именно к «любимому», а после показательно плюю в его сторону. Не дам себя запугать. Не дам себя унизить. Теперь я не буду бояться никогда. Я выкручусь из этого дерьма, я смогу справиться со всем. Но заплачу большую цену.

— Как ты заговорила. Зубки что ли появились? — он неприятно рассмеялся мне в лицо, подходя ближе, но я успела отойти на тоже расстояние, оставляя между нами дистанцию.

— Появились. И ими я прогрызу твою глотку. — снова злюсь я, но не даю ему подойти. Чуть подбираю руками подол платья, готовясь к действиям. Алекс уже отошел от нас, явно не желая мучить то ли меня, то ли себя. В любом случае — без него будет проще. Иначе сердце сжималось от его жалкого вида и от осознания того, как он поступил со мной.

— Сломаешь детские зубки, дорогая. — произносил он, злостно улыбаясь. — Ну же, детка. Обними любимого мужа. — он открывает свои руки для объятий, но все, что я хочу сейчас сделать — ударить его между ног.