Чтение онлайн

Но прежде чем Дебора смогла что-либо сказать, Чивнинг повел их всех к лошадям.

– Если мы хотим поставить на лошадей, - рассуждал он, - нечего отдавать деньги этим пронырам. Давайте сами условимся.

Джастин любовно оглядывал животных.

– Гнедой, - наконец решился он.

– Договорились, - ответил Чивнинг, - пятьдесят?

Джастин бросил взгляд на Изабель.

– Десять.

– А где же тогда азарт?

– Десять, - повторил Джастин.

– Мой дорогой мальчик...
– Чивнинг преувеличенно вздохнул и почесал подбородок, а затем лукаво продолжил:

– О, конечно, понимаю. Мисс Ричи, какое же хорошее влияние вы оказываете. Так быстро его излечить! Джастин нахмурился.

– Если ты не хочешь ставить по десять...

– Раз мы не можем сойтись ни на чем другом, оставим так, как есть.

Пока мужчины смотрели, как лошадей готовят к старту, Изабель ласково коснулась руки Деборы.

– Я знала это, - произнесла она, - с того момента, когда мы познакомились, знала.

Когда начались скачки, Джастин вцепился в перила. Все его внимание было устремлено на гнедого, который был сначала на третьем месте, затем вырвался вперед, а потом опять оказался на четвертом. Казалось, всем своим существом Джастин хотел помочь лошади, подогнать ее...

Когда лошадь проиграла, он разжал руки, а из его горла вырвался хриплый звук.

– Чтобы вернуть потерянное, ты должен удвоить ставку, - подбивал его Чивнинг, - тогда проигрыш окупится.

– Я лучше подожду пока, - ответил Джастин.

Не веря себе, Чивнинг уставился на него.

– Мне кажется, дамам следует освежиться, - обратился Джастин к Деборе и Изабель.

В течение второй половины дня Чивнинг еще дважды пытался склонить Джастина поставить деньги и при третьей попытке добился своего. Не были ли вообще эти скачки причиной их появления здесь?

Вновь Джастин был полностью захвачен происходящим, и когда его фаворит пришел на голову впереди всех, издал ликующий крик.

– Вы принесли мне счастье. Я знал, что так будет.

– И пока счастье улыбается, - вмешался Чивнинг, - было бы чертовски не правильно остановиться на этом. Последний заезд дня - называй сумму.

Джастин покачал головой.

– Мисс Ричи, я поражен, на самом деле, - проговорил Чивнинг, - ему хочется произвести на вас наилучшее впечатление.

И затем зло добавил:

– Как жаль, что ваш покойный зять не имел счастья попасть под ваше влияние. Вот кто действительно никогда не знал, когда надо прекратить играть.

Резко прерывая его, Джастин сказал:

– Думаю, нам следует сейчас уехать, чтобы не попасть в пробку.

Направляясь к экипажу, Дебора обернулась и увидела, что какой-то смуглолицый мужчина неподвижно стоит около того места, где они только что onopny`khq|, и пристально смотрит им вслед.

После ужина Джастин вывел Дебору на террасу, потом они спустились по ступенькам в сад и начали медленно прохаживаться.

– Мне кажется, вы уже не чувствуете себя здесь чужой, - произнес Джастин.

– Ни одного гостя не встречали еще с такой сердечностью, - ответила Дебора.

– Гостя? Вы не гость здесь. Они пошли вдоль маленькой почти высохшей речушки. Когда ее глаза привыкли к темноте, Дебора смогла различить по другую сторону силуэт развалин старинного монастыря.

– Все так высохло, что мы могли бы перейти на другую сторону, предложила она.

– Я бы не рекомендовал этого.

Ей послышался какой-то звук вдалеке, похожий на стук копыт, но, вероятно, это было просто биение ее сердца.

– Дебора, вы знаете, о чем я хочу спросить вас.

Однако звук повторился. Это действительно были удары копыт лошадей, которые скакали в их направлении.

Не сдержавшись, Джастин выругался.

Первый из трех всадников остановился и воскликнул:

– Добрый вечер. Дышите свежим воздухом? Или ты объясняешь мисс Ричи преимущества беседки для увеселений?

Гарри Чивнинг был пьян и бессмысленно смеялся.

– Что за странная манера убивать время?
– заметил Джастин.

– Да ничего странного. Пару часов приятной беседы... Может, партию в карты, как ты считаешь?.. Стаканчик?..

– Уже поздно, - возмутился Джастин;

– Нет, не поздно, и у нас ни в одном глазу. Ведь нам приходилось бодрствовать и подольше, не правда ли? Тебе, мне, нам всем.

Оба его спутника рассмеялись.

Джастин взял Дебору за руку.

– Думаю, нам пора возвращаться домой.

– Мы проводим вас, - прокричал Чивнинг, - и проследим, чтобы с вами ничего не случилось. А потом мы еще выпьем, чтобы протрезветь.

– Мне, кажется, что вы уже и так достаточно нагрузились. Я бы предложил вам сейчас просто бешеную скачку.

Деборе показалось, что Джастину не очень хочется расставаться с друзьями. Чивнинг проигнорировал совет. Когда Джастин и Дебора повернули к дому, всадники поскакали рядом.

– Я не могу отделаться от них, не пригласив хотя бы ненадолго к себе, - обратился Джастин к Деборе.

Она не поняла, почему он не может этого сделать, разве что из страха, что они полезут в драку. Однако расположение духа в тот момент всех троих делало это маловероятным, да, кроме того, Дебора не верила, что Джастин трус.

Леди Стеннард была вне себя, когда вся компания ввалилась в дом. И даже низкий поклон Чивнинга не смягчил ее. А когда Джастин повел их в библиотеку, она отвела его в сторону:

– Я надеялась, что ты хотя бы на короткое время, пока не добьешься...

Конца фразы Дебора не слышала. Почувствовав сильную усталость, она подавила зевоту.

– Надеюсь, вы мне позволите удалиться.

– Мы все поступим правильно, если последуем вашему примеру, ответила леди Стеннард.

Комната встретила Дебору сильной духотой. Подойдя к окну, она открыла его и постояла около него несколько минут. Затем легла, но долго ворочалась, не в состоянии уснуть. В конце концов задремала, но вскоре проснулась от громких голосов, доносившихся снизу. Мужчины, по всей вероятности, покинули библиотеку и вышли на террасу.

– Я просто шокирован.., этого, конечно же, не хватит, никоим образом не хватит, - язык Гарри Чивнинга заплетался.
– Эдвин, вот Эдвин, да, тот знал, что такое долг чести...

– Говори тише.

– Итак, я тебе должен еще дать время? Но если так и дальше пойдет.., l{ оба знаем, на что спорим. Этот заклад я приму охотно. Если так и дальше пойдет...

– Бутылка пуста, - вмешался один из приятелей Гарри.

Они вернулись в дом, а у Деборы в ушах все еще звучала последняя фраза Чивнинга: "Итак, это останется внутри семьи, не правда ли?"