Чтение онлайн

– У тебя, Малыш, было такое?
– Танька полезла руками за спину, нашаривая брительки.
– Что-то грудь затекла... Когда просыпаешься и кажется, что всё это ты уже где-то видела?

"Нет, у меня никогда ещё не затекали сиськи при взгляде на Фильку! Я просто сама из-за него роняю на пол слюну...", захотелось сказать Малышу, но она фсунула обратно так и подмывающее исъебнуцца своё внештат-чувство...

– Да. Это называется реальность. Я чуть не каждый день просыпаюсь в одной и той же квартире, которую - прикинь!
– уже считаю поэтому даже своей, - Малыш, издеваясь над Танькою, чуть приотвернулась в сторону, выказывая равнодушие: Танька мяла теперь уже свои полностью голые сиськи...
– Попробуй вовсе не спать, если снится всякая фигня. Говорят, помогает...

Фил с равнодушием явно не дружил - он мягко подсунул свои ладони под мамочкины и сменил своими Танькины руки. Теперь он осторожно массировал её упругие не очень большие мячики, периодически балуясь и потягивая Таньку настороны за маленькие, малиновеющие на глазах соски... Малышу остро захотелось соснуть - не в смысле, конечно, поспать, а ухватить Таньку губами за один из этих лакомо-ярких уже от всех этих разминаний сосков и чуть-чуть потянуть в себя что-нибудь, может быть молоко... Малыш стоически сглотнула прилив набежавшей слюны остро-внезапного приступа вожделения и заслонилась на несколько секунд от Таньки бокалом с лайтспирисом.

Ебацца, конечно, можно было прям тут, но... Но ведь вчера ещё они с Танькой провожали Фила затянутого в астронавигационный галстук в его первый межпланетный полёт, а позавчера фтолдычивали хронически необучаемому Фильке правила хорошего тона пополам с элементарною математикой! Танька, как дура, приседала над Пушкиным, пытаясь внести содержание какого-то скромного томика в безмозглую на ту пору полностью башку любимого сыны! Малыш тоже чего-то участвовала, рабски-преданно идя на поводу у тиранящей весь белый свет страстью к сыновьему знанию мамаши... А теперь?!

А теперь она лижет в своих мыслеформах глупые Таньки соски, вкусно-обворожительно поблёскивающие в полумраке кафешки из тискающих их пальцев Фила... Танька потянулась руками под столиком и Малыш увидела, как эта крошка-прелесть стягивает с себя свои шорто-штаны. Вместе с туфлями и трусиками...

– Как ты думаешь - есть жизнь на Марсе?
– не преминув воспользоваться случаем, Малыш решила поиграть немного в идиотизм: Таньке сейчас было только что отвечать на самые любые вопросы!

– Дайте вы этой дуре Марса!..
– неожиданно ловко вывернулась из одежд и ситуации лишь слегка раскрасневшаяся Танька, обращаясь к проходящему мимо официанту.
– И ноль тридцать семь =Столичной=, пожалуйста, в охлаждённом бокале, со льдом и кусочками лайм... для меня...

Малыш не обиделась, лишь чуть иронично приподняв бровь - доставленный через полминуты батончик "Супермарса" выглядел довольно эротично на специальной хрустальной подставочке в своём шоколадном полуобнажении... Грызанув за конец, она попросила ещё чашечку крепкого кофе.

– Танька, ты часто ебёшься?
– она попыталась придать тону своего вопроса всю непринуждённость и лёгкую отрешённость.

Танька, кажется, даже надулась чуть-чуть - получилось!.. Ответа, конечно же, не последовало.

– Танюш, ты пойми! Меня правильно! Меня беспокоит, искренне беспокоит твоя половая жизнь в последнее время!..
– Малыш отлично знала, за что её могут убить быстро и безболезненно, и наивно круглила глаза...

Но уже можно было хоть самой разрасстреливацца тут на месте: Таньку в нежных руках Фила поволокло...

Филька шарил обеими своими ладонями по голой Таньке, как по замершей в эйфории латексной дурочке из секс-бутика - по плечам, по рукам, по подрагивающему от счастья животику, по лобку, по расставленным ляжкам, по маленькой обильно текущей ущелком пизде... Когда он пару раз крепко тиснул Таньку за сидящую жопу, мамочка больше не выдержала и полезла в карачки на канапе.

Малыш наслаждалась наставшей, наконец, тишиной. Больше не было необходимости делать вид, что разбираешься в высоких технологиях, политике и сексуальных дотациях людям крайнего севера. Она приопустила башку на подставленную правую ладонь, полностью пофигаистично потягивала крошечными глотками обжигающий кофе и вскользь созерцала по-разному дышащие перед нею фигуры Таньчи и Фила...

Танька, дрючась, потела... То ли ей неудобно было стоять на четвереньках, свесив-спрятав голову под себя, то ли в самом деле давно не еблась - Фил только вводил-выводил обёрнутые в кафешную салфетку пальцы ей во влагалище, а пот целыми ручейками и струйками стекал по бокам на кончики сисек и по разрумянившемуся лицу, не говоря уже про пизду: даже предохранитель-глушительная салфетка не помогала, вымокла вся до середины и иногда до неприличья фривольно почавкивала!..

"Сейчас её могло бы спасти только небольшое путешествие кончика языка по её позвоночнику...", подумала с ноткой лёгкого сожаления Малыш - она бы с удовольствием сейчас сама там "пропутешествовала"... И тут выяснилось, что Фил отставал в школе далеко не по всем предметам, как многие из собравшихся думали - он наклонился лицом к маминой попе и лизнул её куда-то под копчик... Затем он стал медленно поднимать своё лицо, и когда кончик его языка оказался где-то на пояснице в районе крестца, Танька глупо охнула и по-малому кончила... Выгнувшись попою вверх, так что фейс Фила отлетел вверх и в сторону, она застоналась надолгую и чуть заметно потянулась пиздой - дрожали у неё в страсть-оргазме только торчащие книзу соски...

Фил неторопливо стянул с себя брюки, положил рядом с кедами и, оставаясь в одной футболке с номером "Дзен", мамочке, стоящей по-прежнему то ли раком то ли каком, накрепкую впёр... Его зад быстро задвигался, вгоняя по самое хуй и притискивая прохлюпывающийся Танькин нижний рот двумя горячими яйцами. Танька взмолилась:

– Замри!..

Фил словно задумался...

Танька потянула со стола свой лайм-виски, свирепо зыркнув на Малыша. Малыш, дорожа собственной неприкосновенностью личности и самой жизнью, успела ввести им в коктейль две засахаренные вишни...

– На брудершафт, ага?..
– Танька сделала крошку-глоток и, полуобернувшись, приподняла бокал над плечом.

Фил, склонившись, подлакнул из грааля полупьяную вишню и приник в пылающем поцелуе к мамочкиным жарким губам... Они обменялись там вишнями под его уже методичный поёб...

Потом всё резко убыстрилось - выроненный бокал, покачивающийся в лужице шнапса и мелодично позванивающий о ножку канапе; прогибающаяся дугой во всей спине Танька, хрипящая и чуть не орущая в голос; Фил, ебущий её со скоростью опаздывающего на все сразу свидания к стрелкам юго-западного экспресса... Танька вошла в мультиоргазм и вся скорчившись в смятый клубок билась, сильно дёргая попою и беседуя на непонятно-своём охрипшем с мягкой подушкой-налокотником... Фил терпеливо лил ей струю за струёй в чавкающую дырку очка, распустившую слюни уже по всему канапе...

– Мадам угодно бургундского?
– учтиво осведомился стоявший рядом в ожидании возможности поднять упавший бокал официант, когда всё чуть поуспокоилось и от вихрей безумия осталось полтора растрёпанных тела...

– Не - бургундского она сейчас уже не потянет!..
– наконец-то Малыш почувствовала приступ полной свободы в себе: уничтожить её одним только взглядом сейчам было и нечем и некому!
– Мадам не отказалась бы сейчас от хорошего пледа - видите, как бедняжку знобит, у вас тут чё ли не топицца? Ну, и пожалуй чашечку жгуче-медового чили-текиллы - не смотрите на меня так, это не извращение, это нам на двоих!..