Чтение онлайн

Она кончила первою: подрожав чуть, для приличия чисто, голой попкой, принялась жарко писать в распалённую мокро-пизду Ирочки, отчего у той начало перехватывать дыхание и Виталька задёргался пошедшими вверх по стволу поджатыми яйцами у Ири по губам, спуская ей в рот…

Ири ещё дёргалась в приступах мультиоргазма, искуссно поддрачиваемая полуотрешённой Малышкой Ли, которую пробило на поэссентические вирши:

– … Просто очень интересно, как они себе летят!.. – стараясь не хихикать, она переводила почти задумчивый взгляд со скукожившегося, вкусного даже на взгляд измоченного достояния Витальки на додираемую в обе-три дырки мужем с Антипычем Зиночку, на растекающуюся в лужицу под трусами от созерцаний и тисканий с завтехником Star-Мари, на хватающую ротом и заодно губками очаровашки-пизды своей воздух Ири…

Они ещё не знали о наступившей решающей фазе битвы-борьбы с поднявшими гривы-и-хвост бродяга-дракончиками её крошечного существования…

Такой фигни, конечно, никто и не ожидал. Обложили стратегически правильно и тактически верно. На дальних подступах ещё был активирован тщательно взращённый в ней так называемый "животный магнетизм" – своеобразная мина замедленного действия, которая закладывается в потенциальном противнике, полуавтономно произрастает в нём и активируется по сигналу извне. Её нежданно-негаданно сверзившаяся ей на голову популярность чуть ли не смела ийё нах!..

Но ведь то популярность, "любовь всенародная" может быть нежданно-негаданной, а вот сам рот-фронт навряд упрекнут в излишней гутаперчивости и скандальных невыверках now: она среагировала как и на любой метко летящий снаряд – винтанула на всех двух-четырёх или даже шести шива-конечностях по тому сад-простор алтарю, да на достоле вдосталь, что едва и удерживали её за ритм даже свои же дежурные вполне эстет-перебежчики!..

Насторожила та всеобъёмно-привязчивость сразу всех ещё с холмиков – было светло и смешно всё вокруг, все любили её до обтискацца, но уже изнутри пронеслось телемолнией «Ограниченность в действиях, возможен близкосердечный напалм! Будь на краешке!..» И онна побежала к Себе…

Быстро бегает тот, кто у сам себя лот. Она неслась, как на крыльях любви, оставляя себя позади крошек стайкою, что несчисленным клином сошлась на ней к вверх тот празднику… Они бежали за ней и быстрей их была только одна лишь онна… С краешк-рядушка чирком-чик облетел вслед за ней от наблюдатель-куста – собирался вдосталку отряд…

Так смешно началось…

Из привычного лужица-озера приподнялся первый извив-разноцвет: шелестел всеми ласками радуги, блистал отточенными лоскутами по волна-переливам шкуры своей, становился собою драконн… Никто не поверил и даже сперва – дело обычное, много разно-зверья по воде, это шж наши сокровища!.. Улыбалось ещё тихо где-то в душе, когда был нанесён первый штрих безысходности – дракон подсёк нечаянного своего укротителя и выпил его, досталь, досуха… Отрядный боец лёг, не заметив даже толком извив, пал обесцвеченный полностью в чёрно-серый до белого ритм, растворился в нигде…

Второй дракон встал возле рядом, чуть не на суше у дерева. В цвет рвались лоскуты тем же ритмом, окрасом другим… Изумруд шёл с воды, Лазур – с воздуха. Второй исследователь успел повестить весь отряд, в удивлении крикнув лишь: «Он иссушил меня, полностью высосал!..» И полёг также точно ничком в серо-белый штрихами нигде…

И тогда началось… Драконы вставали, кажется, кругом. Шли стеной и проломом решительности. Отряд экстренно отступал. Терялось многое сразу и чуть ли не всё… Натиск иссушивающей, изымающей всю полезную информацию до самого дна силы был настолько неординарен в себе, что пришло понимание – очень скоро конец…

Оставалось чуть-чуть_бастион: последние штольни опор мирно и с готовностью рушились, один за другим пропадали бойцы, ещё так-сяк держа, чем умея, изящно-гигантский напор. Все подумали: «Всё…»

Когда всё изменилось за миг. Неовооружение, блин… Когда вломились с тыла драконам, снося по пути заодно уже и подрушиваемые даже ею самой переборки те и неся совершен-несусвет то оружие – простая ведь, крайне простая настолько херня, что никто б вроде и не подумал бы, а вон т-те…

С тех мультизалпов сносило драконий стан по одному, но навыверек – шквал бил попросту и наверняка до чистого снеха: один наш даже оттестировал с радости на себе – шкуру влёт аж порвал, аж трепещется, а он стоит и обрадован ржёт!!..

Проходили потом уже, на аврал-сборном пункте в экс-школе, то «новейшее вооружение». Девайс как девайс. И вообще проще некуда – дофига простых выстрелов огневых-металлических завёрнуто в элементарный картон… А шарашит эта детская апликация композицией не хуже легенды «Катюш»!..

Так и стали и мы и они и все разом узнали, что с Нех… :)))

На гармонике игралось легко – в небе светила чистая радуга, слепило восходящее вечно тут солнце и щебетала прыгающая по зеркалам бассейнов прохожая малышня. Онна могла на гармонике, на баяне, на аккордеоне (!), на фисгармонии ещё и на тонком, как нити пропеллера, инструменте орган-клавессин. Она вообще много чего же могла и оставалось невыясненным пока только одно: куда подевалась свернувшая в магазин Ирка, чего ей подмигивает дядя-стёпа-милиционер с перекрёстка и откуда Мария_Кюри добыла всё-таки свой легендарно-немыслимый изотоп снешного света «Ториций-137»?!..

"Бля, как же побидить педофилов всех стран?!"

Они решили объединиться для полной победы над интернациональными педобирами. "Только объединясь…" и так далее. Над всеми этими мудаками - дядьками и тётьками с коварно устремлёнными на них отовсюду злодейскими помыслами, вусмерть удрачивающимися от одного вида безмерно-невинного солнечного детства, хранящих обязательно где-нибудь две кассеты с голожопою школьно-дошкольностью, потеющих от вожделения глазами рядом на лавочках, в метро и на остановках автобусов, ебущих официальное правосудие бедное в гриву и в рот, заманивающих коржиками, чупа-чупсами и кремом брюле в ебуче-преебучую эту жизнь! Объединились, конечно, буквально: Малыш сунул принцессе Диане по самые разодранные на жопе прошлым утром в песочнице колготки и уточнил на всякий случай у своей визави вполне официальным тоном:

– Льдинка, тебе скока лет?

– А тебе?
– этим вечером принцесса была не из дур.

– Мне - скока надо!
– Малыша вопрос застал чуть врасплох.

– Не, мне раза в два меньше!
– успокоила его Льдинка.

И они приступили к борьбе.

"Сначала вывести на чистую воду этих фсех гавнюков, которые прикидываются милашка-родителями, а на самом деле даже рожают детей самого нежно-беззащитного возраста без трусов! Подобной бесстыжести…", начала сочинять воззвание "К бедным педозаёбанным людям!" принцесса Диана, торча четвереньками попой вверх, чтоб удобней сувать.

"И чего их ебут?", добавил от себя в меморандум Малыш прав детей, "Ни размера в пизде, ни воспитанности толком - места бабушке с творогом в трамвай не уступят же! Хотя бабушки тоже бывают ничё…". Малыш вспомнил одну такую педофилку, с которой дрючился до слёз умиления на старушечье-впалых глазах, а потом она оказалась его одноклассницей по накурке. Малыш тогда сразу бросил курить, пить и вести правильный образ жизни - так влюбился в неё!..

"Ещё сказать физруку - продолжала Диана - когда ебётся с Маргаритой Михаловной, чтобы дверь закрывал просто так, а не на швабру, а то вам бы так когда вы нечайно подсматриваете по башке совращением детской психики! Сразу растлели бы…"

Слегка совсем волшебный мир таял и баловался на глазах.

"Всю власть педофобам!"

"Ненависть - единственная законная форма отношения к ребёнку!"

"Кончай ебстись - учись бояцца!"

Теперь всё, кажется, соответствовало внешней среде окружения. Старательно перепуганный Малыш набрызгал спермой на исходящуюся в ужасотрепете задницу Льдинки и воздел руки к собственному горлу:

– А!! Я впоймал его! Держи крепче, счас я его зад… ду… ш-шшуу!..

– Малыш, ебаклак, тебе самому же пять лет или семь - какой с тебя, нах, педофил!
– Льдинка, царапаясь, кусала его за пальцы, чтоб удержать от акта грядущего самовандализма.