Чтение онлайн

Профессионально-коммерческий спорт, сложившись как своеобразная отрасль бизнеса, живет не только по законам самого спорта, сколько по закономерностям получения финансовой прибыли, коммерции, доходного предпринимательства на материале спортивного зрелища. В его сфере спортсмен попадает в условия, трудно совместимые, а зачастую и не совместимые с оптимальным развертыванием спортивно-тренировочного процесса в направлении, объективно необходимом для его максимальной достиженческой эффективности. В силу этого сужаются пределы дальнейшего развития индивидуальных спортивных способностей и неуклонного прироста спортивных достижений.

Хотя демонстрируемые в профессионально-коммерческом спорте технические показатели бывают довольно впечатляющими (особенно в игровых видах спорта и некоторых спортивных единоборствах), при тщательном анализе обнаруживается, что уровень их в решающей мере зависит от результатов, достигнутых спортсменом ранее, в предшествующие годы вне сферы коммерческого спорта, а с переходом спортсмена в сферу последнего дальнейший их прирост минимизируется и вообще становится маловероятным. Вполне достаточные подтверждения этому дает практика. Так, к примеру, когда в некоторых западных странах попытались наладить коммерческое «ревю рекордов» с участием спортсменов, только что сошедших с олимпийской арены и блиставших достижениями в тех видах спорта, где практикуются строго объективные измерители спортивных результатов (легкая атлетика, конькобежный спорт и др.), попытка эта вскоре завершилась крахом, поскольку обещанные рекорды не состоялись. Иначе и не могло быть, так как коммерческий спорт не столько производит спортивные достижения, сколько, образно говоря, манипулирует ими ради достижения целей, отнюдь не равнозначных собственно спортивным целям, притом и логика, и условия, и весь строй деятельности спортсмена здесь во многом отличаются от таковых в некоммерческом спорте высших достижений. Впрочем, не исключено, что в своей сфере коммерческий спорт может быть оправдан экономическими, зрелищными и иными интересами. Не следует лишь путать его с профессиональным спортом подлинно высших достижений, не подчиненным коммерции.

Некоммерческий спорт высших достижений, хотя и профессионализируется, не перестает быть сферой собственно спортивной деятельности, принципиально не сводимой к коммерческим отношениям. Он остается именно тем специфическим типом деятельности, в сфере которой обеспечивается максимальное выявление и развитие природной одаренности и личностных качеств индивида через неуклонное продвижение ко все новым спортивным достижениям. Если общество заинтересовано в сохранении и прогрессе такого спорта – а истинно цивилизованное и гуманное общество не может не быть кровно заинтересовано в этом, – оно не идет на подмену его коммерческим спортом, несмотря на то что допускает существование коммерческих начал в некоторых сферах спортивной и околоспортивной реальности. К сожалению, это не вполне осознается всеми деятелями спорта, особенно, когда они отягощены экономическими заботами. Для прогресса некоммерческого спорта требуются, разумеется, соразмерные субсидии со стороны государства, спонсоров, всего общества. Экономические затраты на это окупаются не меркантильными прибылями, а куда более существенными социальными ценностями и свидетельствуют, кроме прочего, о степени мудрости государственно-общественного устройства.

Между некоммерческим и коммерческим профессиональным спортом есть переходные и смешанные формы организации спортивной деятельности. Пока они не вполне отлажены, а нередко и искажены, что порождает определенные коллизии (несвоевременная, наносящая ущерб спорту высших достижений, «утечка» ведущих спортсменов из национальных сборных команд в коммерческий спорт, диспропорции в материальном поощрении спортсменов в различных сферах профессионального спорта и т. д.). Особенно это характерно для современной ситуации в спорте высших достижений в тех странах, где спортивный профессионализм не имел ранее официального статуса. Но не только здесь предстоит решать непростые проблемы создания адекватных условий для функционирования обоих разделов профессионализированного спорта (некоммерческого и коммерческого) и гармонизации отношений между ними.

Усилившаяся профессионализация спорта высших достижений способствует, конечно, его обособлению от массового спортивного движения (по социальному статусу, материальному обеспечению, формам организации, технологии построения системы занятий и в других отношениях). В этом нет ничего анормального, если в целом в обществе гарантируются адекватные взаимосвязь и соотношение общедоступного спорта и спорта высших достижений. Их обоюдная связь несомненна: супердостиженческий спорт вырастает на основе массовой спортивной практики и развивается в зависимости от ее состояния; в свою очередь, прогресс спорта высших достижений так или иначе влияет на состояние ординарного спорта и способен быть мощным катализатором его развития. В качестве авангардной части спортивного движения спорт высших достижений играет по отношению ко всей остальной практике спорта не просто лидирующую, но и по-своему «оплодотворяющую» роль, поскольку проторяет пути к спортивным достижениям, делая их в какой-то мере доступнее для многих, вооружает массовую практику передовым опытом, обогащает ее новыми способами спортивного совершенствования. Со своей стороны, массовая практика спорта служит источником пополнения рядов тех, кто штурмует высоты в спорте и создает общественную атмосферу, необходимую для успеха спортивных дерзаний.

Однако надо иметь в виду, что взаимозависимость эта опосредствована рядом условий и потому проявляется главным образом в общих тенденциях развития спортивного движения, а не как прямая, непосредственная зависимость его различных сторон. Было бы напрасно искать прямую зависимость, например, между сиюмоментным возрастанием массовости ординарного спорта в стране и наличным уровнем достижений ее сильнейших спортсменов – бывают и парадоксальные, на первый взгляд, ситуации, когда на фоне ускоренного возрастания числа спортсменов массовых разрядов, уровень международных спортивных достижений страны в тот же момент не повышается, а подчас и падает, но при этом увеличивается возможность выявления одаренных спортсменов, которые со временем при соответствующих условиях смогут выйти на уровень выдающихся достижений.

Здесь многое зависит от того, насколько налажены переходные каналы между ординарным спортом и профессионализированным спортом высших достижений, – прежде всего система подготовки резервов сборных спортивных команд страны (включающая, в частности, специализированные детско-юношеские спортивные школы, школы-интернаты спортивного профиля и подобные учреждения) с ее переходными формами спортивной профессионализации. Это соединительное звено между ординарным спортом и спортом высших достижений выполняет вместе с тем селекционную роль – служит отбору одаренных спортсменов для профессиональной спортивной деятельности.

Как для общества, так в конечном счете и для личности важно, чтобы переходные каналы между общедоступным и супердостиженческим спортом не были слишком широки и чтобы не нарушалось разумное соотношение этих сторон социальной практики спорта. Если в орбиту профессионализированного спорта вовлекается излишняя масса спортсменов, включая тех, кто не обладает необходимыми потенциями для выдающихся спортивных достижений, – это чревато немалым ущербом и для личности, и для общества, поскольку сопряжено в итоге с личными разочарованиями, неоправданными тратами времени, сил, средств, отвлечением многих от иных социально важных сфер жизнедеятельности, где каждый может найти для себя дело, соответствующее его индивидуальным способностям. Недопустимы и нарушения социально необходимых пропорций в пользу преимущественного развития лишь отдельных сторон спортивной практики. К сожалению, такие искажения не редки. Они допускались и в управлении развитием спорта у нас в стране, когда на протяжении целого исторического периода, начавшегося в послевоенные годы с форсированного выхода советских спортсменов на международную арену, и вплоть до последних лет фактически существовал явный крен в сторону спорта высших достижений с ущербом для развития массового спорта (односторонняя концентрация материальных ресурсов, финансов и лучших кадров в сфере подготовки узкого круга спортсменов, попадающих в сборные команды страны, организационное пренебрежение нуждами массового спортивного движения, слабая постановка научно-методической работы по его проблемам и т. д.). Требуется многое, чтобы выправить это положение без ущерба для высших спортивных достижений страны, придав должный размах и качество общедоступному спорту как неотъемлемому слагаемому общенародной физической культуры.

1. Кун Л. Всеобщая история физической культуры и спорта. М.: Радуга, 1982.

2. Матвеев Л.П. Основы спортивной тренировки. М.: Физкультура и спорт, 1977.

3. Платонов В.Н., Гуськов С.И. Олимпийский спорт. Кн. 1. Киев: Олимпийская литература, 1994.

4. Родиченко В.С. Спортивные соревнования: информация, управление. М.: Физкультура и спорт, 1978.

5. Спорт в современном обществе. Всемирн. науч. конгр.: Сборник итоговых материалов. М.: Физкультура и спорт, 1982.

6. Спорт, духовные ценности, культура. М.: РГАФК, 1997. – Вып. 2; 5.

7. Теория спорта / под общ. ред. В.Н. Платонова. Киев: Вища шк., 1987.

Оформление теории спорта в качестве относительно самостоятельной отрасли научного знания началось сравнительно недавно – в минувшем веке, хотя осмысление явлений спорта на каком-то уровне шло с давних пор вместе с развитием спортивной практики и дало некоторые серьезные обобщения уже в первый период расцвета Олимпийских игр древности. Одним из главных стимулов, ускоривших формирование современной теории спорта, стало возобновление Олимпийских игр в Новое время на рубеже XIX–XX вв. и обусловленное этим интенсивное развертывание мирового спортивного движения.

Приблизительно вплоть до второй половины XX в. проблематика теории спорта рассматривалась преимущественно в рамках теории и методики физического воспитания. Это обусловлено тем, что до последних десятилетий наиболее широко обобщающей отраслью научно-прикладного знания в сфере физической культуры и спорта была именно теория физического воспитания, а познавательные положения, возникавшие на основе спортивной практики, имели преимущественно эмпирический и частнопредметный характер. Со временем все большее внимание обращалось на то, что предмет теории физического воспитания только в некоторой мере совпадает с предметом теории спорта и что для полного охвата проблематики познания сущности спорта, закономерностей его функционирования и развития нужна специальная, избирательно ориентированная на эту проблематику отрасль научного знания. На становление последней сильно повлияли потребности подготовки сборных спортивных команд стран мира к Олимпийским и другим ответственным интернациональным состязаниям в условиях все более обострявшейся после Второй мировой войны конкуренции на международной спортивной арене.