Чтение онлайн

Через полчаса двинулись в путь, а пошли уже вторые сутки моего бодрствования. Я принял третью предельную пилюлю «спиди», на базе остались только Вася Лучко и сама Гольд, которая оказалась слишком слабой для вылазки. Я велел встроенному диагностеру ИВМ померить ей пульс и все такое – вроде не симулирует.

Нашли мы капсулу не сразу, хотя ее маяк был по-прежнему включен. Сейчас она была много ниже, чем при первой встрече, под ней обвалился лед; это отметился очередной приливный горб.

Капсула сейчас находилась в большой пустоте, можно сказать, в ледяном «зале» с многочисленными отходящими «коридорами». Поскольку она клюнула носом вниз, то ее хвост с прокопченными дюзами жалобно торчал вверх.

Хорошо, что у этих штук нет автоматического внутреннего запирания. Отвернул ключи на люке, и вот открылась кабина, за ней небольшой грузовой отсек, которым мы при первой встрече не заинтересовались. Там батарея биочипов-бутербродов, где на нанокристаллическую подложку ложится нуклеотидная матрица, а на нее, комплиментарно, биообразец. Вейланд стал осторожно вытаскивать чипы, попутно заметив, что половина из них разбита.

Неладное я заподозрил поздновато. В «зале» было немало типичных ледяных сферических образований, прозываемых в народе «прыщи», – это те, что в хаотическом порядке оснащают пустоты в европейском льду. Вот они-то и задвигались, ссыпая искристую крошку. Из «прыщей» стали появляться «местные жители», выходя заодно из скрученного состояния. Покрытые изморозью волосы, затянутое густой белесой плесенью лицо и туловище с синей толстой кожей, прилипшей к костям. Снежные короли и королевы как они есть.

Они жили в диком холоде и практически безкислородной атмосфере Европы без скафандра.

Теперь догадайся сам, что тут случилось. В спасательной капсуле находился особо инвазивный штамм плазмодия, способный паразитировать на людях, не убивая их, но трансформируя в особи, способные существовать даже в естественной среде Европы.

Эти экс-люди были с «Европы-1» – на некоторых сохранились остатки форменной одежды. Новый штамм, похоже, притянул их в «зал», используя неизвестную нам сигнальную систему, – объяснения про квантовую телепортацию я послушаю потом, если выживу. Почти сразу выяснилось, что особи обладают невероятной подвижностью, живучестью и агрессивностью, настоящие машины для убийства.

Они выпрыгивали из этих «прыщей» сразу на несколько метров, словно цепляясь невидимыми нитями за свод «зала». Никитский пропорол одного из трансформантов очередью из своего АК-40. Пули лепесткового типа – суровая штука, сейчас я видел дырки и гейзер из мгновенно замерзающих потрохов. Но особь продолжила движение как ни в чем не бывало. Слева и справа от меня оказалось двое из тех перцев; летели ко мне во весь опор, но притом зигзагами, так что не попал я в них. Но упал и откатился, пропустив тварей над собой. И как следует вломил обоим люком капсулы. Казалось бы, достаточно для завершения приятной беседы. Однако нокаута не получилось, и отвертеться от них – тоже.

Вскочив как ни в чем не бывало, они снова бросились на меня; очередь, выпущенная в упор, отбросила их на лед, но они все еще играли мышцами, будто собираясь встать, и из дырок ничего не текло. Может, потому что калибр у моего ППК мелковат… А потом не встали, но быстренько поползли в стороны, за торосы.

Заманила нас помощница Бойе, подставила, станем мы из-за Золотца трупами и следующими бодренькими носителями этого сраного плазмодия.

И тут я увидел ее, легка на помине – появилась из третьего верхнего «коридора» нашей пещеры ужасов. В руках автоматическая винтовка приличного калибра 12,7 мм, пара магазинов скреплены скотчем. Выходит, мы облажались: у Трофимова в ИВМ ствол имелся, хотя по уставу положено в отдельном модуле, чтобы случайно не отстрелить себе яйца. Готов убить себя за это, вот я десантура тупая.

И что, работать на упреждение? Я уже взял Гольд на прицел. А она выпустила длинную очередь, как обычно поступают новички; только не по нам, а по этим упырям. И с чудодейственной эффективностью.

Когда Гольд накрыла тех двух трансформантов, что занимались мной, они прямо-таки лопнули – брызжет желто-зеленая дрянь во все стороны, гемолимфа или как там это называется? Жидкая, сущий антифриз! Тело, подрыгавшись, падает, из него с фонтанами лезет червивая гадость. Из живота или места разрыва грудной кости, или из прорехи между ребер выруливает метровая спирохета. Но не успевает далеко уползти, пару раз изгибается, сворачивается и никаких уже прыжков. Окочуривается, что ли. Дополнительно обезвреживать уже не требуется.

Все сборище трансформантов заскучало, включая тех, кто не был прошит пулями; словно сработала сигнальная система на тему: «Усе пропало». И Вейланд с Никитским из своих АК-40 крошили уже тех, кто явно отправлялся на скамейку запасных, – пришлось даже рявкнуть на них, чтобы берегли боеприпасы.

Заправляя винтовку на спину, ко мне подошла Шайна Гольд.

– Так что оставалось в капсуле? – спросил я, не торопясь убрать ствол.

– Штамм плазмодия, способный паразитировать на людях, не убивая их, но трансформируя в тварей, способных заселить Евpony. Представьте, Зяблик, уровень трансформации; внутри трансформантов незамерзающая поливода – из неограниченного множества молекул воды, сцепленных водородными связями и, так сказать, сшитых квазичастицами – экситонами. Кстати, еще ваш Перелогов заметил поливоду в атмосфере Юпитере – а она верный признак плазмодия…

– И поэтому его убрали. Ваши начальники.

– Я не могла отказаться от задания, тогда вместо меня привезли бы делать эту работу Киршенмайера, а это действительно наследник доктора Менгеле… Да, я знала, к чему все идет на «Юпитере-12», исходя из ситуации на «Европе-1» и «Доннаре», персонал которых стал гнездовьем для шизонтов первого и второго поколений. Но остановить что-либо было не в моих силах. Да я и не видела никакой необходимости останавливать.

– И что же способствовало вашему просветлению, Золотце, если не секрет?

Она покачала головой, и голос ее как-то изменился, потерял звонкость.

– Один человек на станции «Юпитер-12», Николай Келин, из ваших, кстати. Он назвал меня биороботом. Но спас мне жизнь, и поэтому я сделала еще кое-что сверх задания.

– Келин, фамилия знакомая. По-моему, гидроакустик был такой на ВПК «Стерегущий», правда, уволился давно. Да, точно Коля, капитан-лейтенант… И что за хрень вы сделали сверх того задания?

– Плазмоцид. Он был подготовлен мной для использования в емкостных боеприпасах еще на «Юпитере-12».

– Ноу вас с собой его не было, откуда тогда он появился?

– Был. Внутри – в моей крови, по сути, это тот же самый паразит, только настроенный на убийство своего родителя. И вашему товарищу сейчас ничего не угрожает, мой плазмоцид уже полностью очистил его организм.

Это она про Лучко, что ли? Как он только ее к себе в модуль впустил? Ну, пластун…

– Я не первый год стреляю из разных калибров, уверен, что плазмоцидом, да и вообще любым лекарством вот так покрошить не получится, – заметил я.

– Добавила еще поликсилина в смесь – для более быстрого воздействия. Ваш Лучко рецептом поделился. Он, если честно, немного быстрее вас соображает.

Поликсилин – это хорошая идея. Вася с дамочкой удачно придумали.

– И кто вы тогда? Миссис Джекил и мисс Хайд в одном флаконе?

Забрало ее шлема оказалось совсем рядом с моим, хотя было бы нормально слышно и со ста метров.

– Я не вполне человек, Зяблик; меня с детства готовили в «Де Немур» для работы в опасных биологических средах: наноботы-протекторы в крови, нейроинтерфейсы, вживленные в тело, психопрограммы, вшитые в нейронные цепи. И именно поэтому я не повела себя как обычный сотрудник «Де Немур», я смогла увидеть бездну.