Очаг поражения
Шрифт:
– Стреляли с крыши оперного театра. Киллер, к сожалению, скрылся, – сообщил минут через десять Андерсен. – Мне пока непонятно, как он мог промахнуться с такой короткой дистанции?
– Я видел, как за полсекунды до хлопка на моих глазах разорвалась летевшая в мою сторону чайка. Видать, это она поймала предназначенную для меня пулю, – высказал предположение Феликс.
– Возможно. Тебе повезло, – без особого энтузиазма отреагировал он.
Все, включая Феликса, погрузились в вертолет и улетели в трибунал.
Даже неудавшееся покушение не смогло испортить Феликсу настроения, ведь он вновь стал Феликсом Сергеевичем Саенко!
Стоя над пропастью, соскочить не удастся
После встречи в трибунале Реджеп возвращался домой с противоречивыми чувствами. С одной стороны, его совесть была чиста, а с другой, еще ничего не кончилось, а лишь начиналось. Фатима даже не спросила, почему он так долго ходил за луком. Просто поцеловала в щеку и попросила, чтобы он накрывал на стол. Несмотря на то, что Реджеп с утра почти ничего не ел, рассыпчатый плов застревал у него в горле. Сказав, что ему нездоровится, ушел в комнату и долго лежал на диване, тупо рассматривая потолок. Невеста легла рядом и, прижимаясь к нему горячим телом, пыталась отвлечь от плохих мыслей. Увы, но мысли остались. Мало того, он сам поверил в то, что заболел, ибо до сегодняшнего дня даже не представлял, что сможет отказаться от ласк. Уткнувшись лицом в нежную шейку подруги, не заметил, как заснул. Сквозь сон слышал ее пульс, словно кто-то бился в стеклянную стену, за которой он находился.
Утром встал совершенно разбитый и не хотел, чтобы сегодняшний день начинался. От мыслей о предстоящем его кинуло в пот. Хотел разбудить Фатиму и попросить позвонить начальнику, чтобы сказать, что не выйдет на работу. Но она так сладко спала, по-детски причмокивая во сне губами. Стало жалко будить. Он потихоньку коснулся рукой ее щеки, и любимая улыбнулась во сне. Поднявшись, Реджеп выпил чашку кофе, не ощущая вкуса и, уходя, закрыл за собой дверь.
В автомастерской работал на автомате. Ожидание встречи со связным тяжелым комом улеглось где-то на уровне желудка. Он боялся этой встречи и в то же время молил Аллаха, чтобы она состоялась как можно быстрее. Его нервы были на пределе. Руки тряслись, как у старика, и комбинезон весь промок от пота. Даже начальник несколько раз подходил и спрашивал, не заболел ли работник. Реджеп отложил ремонт и вышел на улицу. Ветер с моря слегка остудил его. Албанец подумал, а не лучше ли сбежать, наплевав на честь, на Фатиму, на сестер. Реальный страх за собственную жизнь был куда сильнее каких-то абстрактных мыслей. Он вглядывался в прохожих, надеясь разглядеть силуэт женщины в хиджабе, но так и не увидел. Отбросив сигарету, которая уже начала жечь пальцы, вернулся в мастерскую. И вдруг спинным мозгом почувствовал опасность. Оглянувшись, увидел мальчишку лет двенадцати, протягивающего ему черный пакет.
– Вам привет от сестер. Сегодня в пять вечера.
Реджеп хотел рассмотреть лицо связника, но тот быстро скрылся в ближайшем переулке. Только и успел заметить, как за мальчишкой устремился мужчина, похожий на клерка. «Человек Андерсена», – подумал албанец и спрятал пакет под одеждой. Пистолет обжег тело холодом притаившейся смерти.
Ощутив тяжесть оружия, Реджеп неожиданно успокоился и посмотрел на часы. До пяти была еще куча времени. Первый шаг сделан, все под контролем оперативников. Ощущение, что все пройдет удачно, придало албанцу уверенности, он стал насвистывать какую-то мелодию, пританцовывая.
– Реджеп, что случилось? Выиграл в лотерею? – улыбнулся в седые усы хозяин автомастерской, глядя на радостное лицо парня.
– Да, дядя Хасан! Выиграл! Самый главный приз – счастливую жизнь!
– Молодец, повезло тебе. Напляшешься, приступай к работе, а то ты сегодня еще ничего не сделал.
– Сделаю! Не переживайте, я все успею. – Продолжая насвистывать, албанец приступил к работе, не забывая поглядывать на часы, словно хотел заставить стрелки двигаться быстрее.
В три часа отпросился у Хасана и бегом отправился в трибунал на встречу с оперативниками.
Только настоящий воин – один в поле воин
Выехав поездом из Меленок, к утру Глеб был уже в Москве. Для начала закупил необходимое для операции техническое обеспечение. Потом взял напрокат вертолет с пилотом и нанял двух таксистов на внедорожниках. Распределив по машинам багаж, указал место и время нахождения каждого из них. Сам, зная номер телефона Ильи и место жительства в Москве, стал ждать, когда тот выйдет с кем-либо на связь.
Вечером к дому подъехала большая темная машина. Вышедший из нее водитель открыл входную дверь во двор, затем переднюю дверь машины. По образовавшемуся коридору прошел человек. Стальная калитка во двор закрылась, водитель захлопнул пассажирскую дверь, сел на свое место и укатил.
«Да, его просто так не возьмешь. Хорошо все продумано», – отметил Глеб.
Утром спецназовец засек разговор Ильи, который вызывал водителя к восьми часам, а далее другим звонком приказал подготовить вертолет. Объект улетал на два дня. Следовательно, Глеб отправляется вслед за ним.
Пока пилот прослеживал машину «серого кардинала», Радионов по рации приказал водителям джипов незамедлительно выдвинуться на указанные позиции.
Дав вертолету Карова отдалиться, Глеб устремил свою машину за маленькой точкой на горизонте. А затем, используя преимущество в скорости, догнал и обошел вертолет Ильи. Зависнув над местом будущей операции, Радионов с высоты птичьего полета произвел видео– и фотосъемку местности и направился в запланированную точку посадки – к небольшому шале с вертолетной площадкой. Заказанная им машина уже ждала во дворе.
Управляющий провел гостя в дом. Познакомив с расположением и назначением комнат, оставил в апартаментах одного. Глеб успел связаться с Феликсом, но тут прислуга позвала гостей на обед. Выйдя к столу, Глеб распорядился, чтобы все нанятые им люди хорошо выспались, так как работать предстоит ночью.
Проснулся Радионов за пару минут до сигнала будильника и после легкого перекуса распорядился подать кофе для всех. Затем из джипа он перенес кое-какие вещи в вертолет. Водителю приказал быть наготове и не выключать связь.
Вертолет поднялся в предзакатное небо.
– Идем этим курсом, с наветренной стороны будет километров пятнадцать до клиники. Подымай машину на три тысячи пятьсот, – скомандовал Глеб.
Он надел поверх бронежилета куртку. Обвешавшись двумя рюкзаками, сзади с парапланером, а спереди с вооружением и другими техническими штучками, увенчал голову пуленепробиваемой каской с вмонтированной видеокамерой и установил перед левым глазом монокуляр ночного видения.
Вертушка вышла на заданную высоту.
– Ждешь в точке вылета. Не спать! – приказал пилоту и шагнул в пустоту.
Выдернутая чека в рюкзаке освободила крыло. Оно развернулось и приятно поддернуло парашютиста. Набрав оптимальную скорость, спецназовец невольно залюбовался зимним закатным пейзажем.
Выдернутая чека в рюкзаке освободила крыло. Оно развернулось и приятно поддернуло парашютиста. Набрав оптимальную скорость, спецназовец невольно залюбовался зимним закатным пейзажем.
На высоте около двух тысяч метров парапланерист погрузился в сумрак ночи. Если бы не точное знание местности, найти точку посадки было бы не реально. Оказавшись над клиникой, Глеб стал постепенно снижаться, совершая бесшумные круговые облеты. Левым глазом он хорошо видел происходящее внизу. Несколько человек стояли вблизи вертолетной площадки и о чем-то спорили, размахивая руками. Затем они ушли в здание. Парашютист мягко приземлился недалеко от вертолета. Быстро сбросил параплан и рюкзак, собрал белое как снег сверху и темное как ночь снизу крыло и прикрыл вещи.