Чтение онлайн

Попытка удержать за собою Полоцкую область Мономаховичам не удалась и не удалась потому, что этому помешали и внутренние причины (само население) и внешние обстоятельства. После смерти Мстислава начались частые перемещения Мономаховичей со стола на стол, неурядица при неудачном правлении Ярополка. Но впоследствии мы увидим, что та же борьба Мономаховичей с Полоцком продолжалась, только на других основаниях, и что Мономах в своем внуке Ростиславе нашел надежного преемника.

Мы рассмотрели начальную эпоху истории Смоленского, Туровского и Полоцкого княжеств. В ней заметны два различных течения: стремление первых киевских князей сцентрализировать русские земли в своей власти, и затем, когда Русь достаточно сплотилась, — движение обратное первому, децентрализационное.

Подробностей из эпохи сложения русских земель под властью князя Киевского мы почти не знаем; однако, насколько можно судить по отрывочным известиям, это соединение не всегда происходило мирным путем, на что указывает борьба Владимира I (святого) с Полоцком, с радимичами и прочими, хотя большинство племен, не успевших создать у себя прочного государственного устройства, под влиянием внешних обстоятельств подчинились добровольно.

Затем начинается течение обратное в истории Руси — стремление отдельных этнографических групп к децентрализации, к установлению у себя самостоятельного государственного устройства. Туровское княжество не успело обособиться до довольно позднего времени; Смоленская земля выделялась постепенно, без борьбы с Киевом; со времени княжения Ростислава Мстиславича она делается вполне самостоятельной землей с отдельной своей линией Ростиславичей. Напротив, Полоцкая земля выдержала вековую борьбу с Киевом из-за самостоятельности.

В начале княжения Мстислава Владимировича в Киеве мы видим на Туровском столе младшего его брата Вячеслава, а на Смоленском — сына Ростислава.

Неизвестно, когда родился князь Туровский; из предшествующей жизни его мы знаем, что он уже в 1096 году ходил на помощь брату своему Мстиславу против изгоя Олега; затем в 1107 году он принимает участие в походе всех князей на половцев, а немного позже мы встречаем его уже на Смоленском столе (с 1113 г.). Через три года после этого он по приказанию отца своего Мономаха совершил поход на Дунай с воеводою Фомою Ратиборичем. Причина похода — желание Мономаха поддержать притязания на византийский престол брата царевича Леона, Василия, внука Мономаха. Война была неудачна и Вячеслав, отступив от Доростола, возвратился обратно.

Вот все, что мы знаем о Вячеславе до занятия им Туровского стола; когда занял он этот последний стол, летописи умалчивают, но во время похода Мстислава на Полоцкую область в 1128 году Вячеслав был уже Туровским князем. Переход его на туровское княжение из Смоленска едва ли не следует отнести ко времени занятия Мстиславом Киевского стола и последовавшей при этом перемене столов, т.е. к 1125 году. К этому же году, вероятно, относится и занятие Смоленского стола Ростиславом Мстиславичем, так как и этого последнего мы встречаем со смоленским полком в упомянутом походе на Полоцк.

Нужно заметить, что Туровская земля в это время состояла из двух уделов — собственно Туровского и Клеческого, где княжил Вячеслав Ярославич, внук Святополка. Долго ли существовал этот удел — неизвестно, ибо об этом князе летописи больше не упоминают.

С началом княжения Ярополка Владимировича в Киеве (1133 г.) происходит новая смена столов. По установившемуся порядку, Переяславское княжение занимал ближайший преемник великого князя. А таким преемником бездетный Ярополк хотел, очевидно, сделать племянника своего Изяслава Мстиславича, вывел его из Полоцка и посадил в Переяславле. Но такое предпочтение племянника дядьям (Вячеславу, Андрею и Юрию) вызвало среди князей недовольство, и Ярополк должен был «с нуждею» вывести племянника из Переяславля и отдать его старейшему после себя — Вячеславу. В удовлетворение же Изяслава, потерявшего во время этих переходов полоцкие владения, кроме Минска, великий князь отдал ему Туров и Пинск сверх Минска, «и множество даров: жемчюг, злато, сребро, ризы, кони, доспех, и чествовав его много».

Но Вячеславу не сиделось в Переяславле. Там требовался князь не с таким характером, как он; борьба с половцами, с черниговскими князьями требовала постоянной деятельности, которой Вячеслав всегда предпочитал тихую жизнь. Вот почему он «начал лишаться» Переяславля, ходил зачем-то в Рязань, оттуда снова вернулся в Переяславль, и наконец, изгнав Изяслава из Турова, снова сел там.

Недолголетнее княжение Ярополка (1133–1139 гг.) было временем постоянной борьбы из-за уделов, так как этот князь своим предпочтением племянников дядьям, своим неумением соблюсти интересы своей семьи, возбуждал постоянные неудовольствия и пререкания. Как только умер Ярополк, Вячеслав тотчас сделал попытку, как старший после него, сесть на Киевский стол. Но это ему, как известно, не удалось: явившийся двадцать дней спустя Всеволод Ольгович заставил его снова уйти в свой Туров, он «створися мний», по летописному выражению.

Всеволод Ольгович, утвердившись на Киевском столе, целью своей политики поставил девиз «divide et impera» (разделяй и властвуй. — Ред.) [53] . Он старался, приближая к себе одних из Мономашичей, разъединить планы этой линии, и в то же время не дать возможности Ольговичам и Давыдовичам соединиться с Мономаховичами. Только такой политикой он успел удержаться в Киеве. Вначале он хотел одним взмахом ослабить Мономаховичей, «искаше под Ростиславом Смоленска, а под Изяславом Владимира», но не успел еще Всеволод направить свой удар на Смоленск, как принужден был помириться с Мономашичами, «съдумав, яже ему без них нелзе бытии».

Желая покрепче утвердиться в Киеве, Всеволод понимал необходимость владеть соседними землями, а наиболее удобной для завладения из них была Туровская. Он велел сказать Вячеславу: «седеши во Киевской волости, а мне достоить; а ты пойди в Переяславль, отчину свою». Вячеслав уступил Туров без борьбы, хотя великий князь поддерживал свое требование войсками: «посла на Вячеслава». В Турове был тотчас же посажен сын его Святослав.

Таким образом, Всеволод Ольгович, стремясь окружиться ближайшими землями, упускал отдаленный и менее важный для него Переяславль; но мало того, посылая туда Мономашича, он прекрасно понимал, что Ольговичи и Давыдовичи не будут довольны таким распределением. Так и случилось, последние решили «нам самим о себе поискати», напали на Вячеслава в Переяславле; однако соединенные силы Всеволода, Изяслава и Ростислава Мстиславичей, напавшие с разных сторон на Северские волости, заставили согласиться на мир родичей великого князя. Ростислав во время этой борьбы быстро двинулся со смоленским полком, напал по дороге, при первом известии о нападении Ольговичей на Вячеслава, на Радимичскую волость, пожег ее всю с городом Гомьи (Гомель).

Союзники заставили смириться северских князей; но обладание Дреговичской землей дало возможность Всеволоду разъединить интересы противников, удовлетворить их требования и в то же время не дать возможности им усилиться территориально: Всеволод племянникам своим Давыдовичам дал Берестий, Дорогичин, Вщиж и Ормину (последние два в северной Волыни), брату Игорю — Городечь, Гюргов и Рогачёв, а Святославу — Клеческ и Черториеск.

Но в том же 1142 году Вячеслав, с согласия Всеволода, снова передал свой Переяславский стол Изяславу, а сам ушел в Туров. К сожалению, летопись ни одним намеком не указывает на причины этих постоянных переходов Вячеслава в Туров. Причины эти могли быть чисто субъективные, могли проистекать из характера самого князя, мало расположенного к бурной жизни, каковою необходимо была жизнь в Переяславле; личные симпатии, желание жить мирно могли влечь его в Туров.

Но едва ли не следует видеть здесь и отражение общего характера отношений князя к своей волости в половине XII века. В это время князья начинают «оседать» в своих волостях: Юрий основывается окончательно в Ростово-Суздальских землях и долго не вступает в спор о великом княжении, Ростислав в Смоленске, Андрей Владимирович в Переяславле, Ольговичи и Давыдовичи при всех переменах не выпускают своих отчин и пр.; понятие об отчинах все крепче и крепче утверждается среди князей. Ясно, что эта последняя причина заставляла Вячеслава возвращаться в Туров; он там осел, свыкся с волостью, может быть, занялся расширением ее торговли и благосостояния, чем занимался Юрий в своих областях, также долго не вмешивавшийся вдела южной Руси.