Чтение онлайн

На этой территории происходил процесс слияния между арабскими завоевателями и подвластными им народами, хранившими традиции великих культур древности. Этот процесс заключался не только в том, что подавляющее большинство персов, египтян и жителей Пиренейского полуострова, кроме евреев, приняло ислам, он выражался также в глубоком творческом влиянии древних цивилизаций на ислам. Так постепенно создавалась богатая и многогранная мусульманская культура, в состав которой входили как наследие восточного эллинизма, так и элементы персидского духовного творчества.

По сравнению с застывшими формами византийской и западноевропейской цивилизацией того времени, эта культура в период своего расцвета отличалась свежестью и восприимчивостью к рационалистическим веяниям в религии, в науке и в философском мышлении.

{273} В формировании политики арабских халифов по отношению к евреям немалую роль сыграли трения между основоположником и пророком ислама Магометом (Мухаммедом) и евреями Аравийского полуострова.

На первых этапах своей деятельности Магомет находился под большим влиянием еврейского вероучения. Он считал себя продолжателем дела пророков; одно время даже надеялся, что евреи последуют за ним. Эта надежда не сбылась, и разочарованный Магомет стал врагом еврейства. В войнах с евреями Медины, Хайбара и других государств Аравии он проявил исключительную жестокость, лицемерие и коварство. Евреи мужественно отражали нападения, хотя они не были в достаточной мере объединены.

После смерти пророка, с расширением владений ислама, перед мусульманами встала проблема более или менее четкого определения отношений между ними и "неверными", т. е. теми, кто не исповедует магометанство, в том числе и евреями. Эти отношения сформировались под влиянием целого ряда факторов, среди которых немалую роль сыграл и тот, что сам Магомет отмечал преимущество "народов Писания" - евреев и христиан - над идолопоклонниками. Все же евреи, как и все другие "неверные", дискриминировались.

В суде "кади" не принималось показание еврея, противоречившее свидетельству "правоверного". Евреев обязали носить особую одежду, отличавшую их от мусульман. Им запрещалось носить оружие, ездить верхом, строить новые синагоги. Им разрешалось лишь отстраивать старые молитвенные дома. Часто издавались особые указы, запрещавшие назначать евреев на посты, связанные с властью над мусульманами.

Беспрецедентный в истории Европы и Передней Азии размах арабских завоеваний сам по себе привел к значительным переменам в положении еврейского народа. Под власть мусульман подпало в тот период свыше 90 процентов евреев всего мира. Месопотамия и Палестина, веками находившиеся в пределах двух разных империй, оказались под единой властью.

{274} Евреям, пережившим гонения византийцев и вестготов, господство мусульман казалось более терпимым и благосклонным. Персидские евреи в течение столетий, предшествовавших приходу мусульман, тоже страдали от тяжелого гнета и преследований. Мусульманское владычество сулило облегчение также и им.

В особенно благоприятных условиях находились евреи Андалусии, т. е. мусульманской Испании. В этом государстве расцвела богатая культура. Правда, оно страдало от распрей и напряженности между господствующим слоем арабов-завоевателей и коренным населением, принявшим ислам. В конце IX в. вспыхнул ряд восстаний, приведших ко временному ослаблению власти. Однако правители из династии Омейядов преодолели этот кризис. Десятый век был "золотым веком" духовной и материальной культуры Андалусии. Но уже в начале XI в. страна распалась на многочисленные эмираты. Центральная власть перестала существовать. К основным элементам населения - арабам, испанцам, принявшим ислам, и берберам - присоединились и славяне, попавшие сюда в качестве рабов и игравшие важную роль в армии.

Евреи были преданы мусульманским завоевателям, освободившим их от губительного произвола испанских вестготов, которые пытались насильно их крестить. Они сотрудничали с мусульманскими властями, главным образом, конечно, в городах. Были города, которые считались еврейскими, как, например, Лусена.

В культурной жизни мусульманских стран город имел огромное значение. Арабские завоеватели мало считались с деревней. На территории современного Ирака, наиболее густо заселенной евреями, новые властелины сначала запустили орошение - основу ее земледелия, - а затем нанесли удар сельскому хозяйству, обложив страну непомерными налогами, тяготевшими главным образом над крестьянами, которые в большинстве своем не были мусульманами. Города и сосредоточенная в них торговля, считавшаяся почетным занятием, привлекали множество евреев, которые прежде проживали в сельских районах, т. к. из-за верности своей религии их положение в {275} качестве земледельцев стало особенно тяжелым.

Таким образом, в странах мусульманского владычества евреи стали интегральной частью городского населения, купцами и ремесленниками, которые наряду с царедворцами и аристократией, также тесно связанной в мусульманской цивилизации с городом, были носителями новой процветающей культуры. Сельское хозяйство начинает играть все меньшую роль в жизни евреев.

Еврейская письменность и еврейское законодательство второй половины IX в. свидетельствуют о том, что в ту пору сами евреи уже отчетливо сознают, что городское хозяйство и городская среда являются основой их существования. В различных городах халифата евреи обычно селились на особых улицах и в отдельных кварталах. Эта обособленность была добровольной: она облегчала евреям соблюдение религиозных предписаний и сохранение системы внутреннего самоуправления, не ограждая их, однако, от влияний культуры и быта окружающей среды. Один из духовных руководителей народа на рубеже Х и XI веков утверждает, что "...мы рассеяны по всем четырем странам света, и в каждой стране свои наряды, свои порядки и свои украшения. Поэтому все, что делают люди в том месте, можно делать и евреям, живущим среди них".

Общественная структура еврейства в эту эпоху отличалась разнообразием своих форм. Его широкая экономическая база включала все городские занятия и профессии. Мусульманский писатель Эль-Джахати, враждебно настроенный по отношению к евреям, подразумевал, очевидно, низшие слои еврейского общества, говоря, что "...среди евреев народ может найти лишь красильщиков, дубильщиков, цирюльников, мясников и починщиков бурдюков". И действительно, евреи занимались этими ремеслами, так же как и ювелирным, сапожным и кузнечным делом.

Однако имеются много данных, свидетельствующих о той значительной и активной роли, которую евреи играли в торговле и в свободных профессиях того времени, - среди них было большое количество врачей, астрономов, переводчиков и т. п. Из документов Х в. следует, что еврейские купцы выполняли центральные функции {276} в финансовой системе мусульманских государств. Они были своего рода придворными банкирами. Евреи занимали важное место в морской и сухопутной международной торговле, главным образом бриллиантами и пряностями. Цветом еврейского общества были виднейшие мудрецы, знатоки Учения, члены знатных семейств, крупные финансисты и коммерсанты, врачи, писатели и мыслители. В соответствии с характером общества, в котором положение личности определялось ее благосостоянием или интеллектуальным уровнем, размежевание было не особенно четким, и переход из одного общественного слоя в другой был обычным явлением. Это не относилось, однако, к ученым, группировавшимся вокруг вавилонских академий. Круг этот неизменно оставался консервативным и тесно сплоченным на основах преемственности. Члены знатных семей занимали твердо установленные посты и места, переходившие в наследство из рода в род.

Арабский язык вошел в обиход и стал занимать все более значительное место даже в обсуждении теоретических вопросов Учения, не вытеснив, однако, никогда традиционных языков Галахи: иврита и арамейского. Среди евреев арабские слова часто писались еврейскими буквами, и их арабский язык приобрел специфический оттенок. С течением времени возник особый еврейско-арабский диалект.

Еврейская литература на иврите тоже развивалась в тот период под влиянием арабской поэзии и прозы и, переняв их формы - стихотворный размер, поэтические образы, - достигла новых вершин.

Просвещение было достоянием широких масс. Не только огромное большинство мужчин, но и большая часть женщин была грамотна и могла понять обращенную к ней проповедь и воспринять ее основные мысли. В двенадцатом веке одна женщина пишет своей сестре: "...Я слегла в постель с тяжелой болезнью, и возможности избавиться от нее почти нет.... если Всевышний повелит мне умереть, моим самым важным завещанием тебе будет то, чтобы ты смотрела за моей маленькой дочерью и прилагала все усилия к тому, чтобы она училась. {277} Правда, я знаю, что я возлагаю на тебя тяжелое бремя, ибо нет ведь у нас достаточно средств на ее содержание, а тем более на плату за учение, но примером нам может служить наша уважаемая матушка, верно служащая Господу нашему!".