Чтение онлайн

Перед нами два поколения образованных, богобоязненных женщин в одной семье; мать заботится о том, чтобы эта традиция не прекратилась и в третьем поколении. Мы встречаемся с образованием такого рода даже в самых бедных семьях. Так, например, в двенадцатом веке в Египте женщина, оставленная своим мужем, рассказывает, что она смогла просуществовать лишь благодаря тому, "...что у нее брат, обучающий малюток Библии; а у женщины этой были познания в Библии. Она обратилась к своему брату и просила его дать ей возможность обучать малюток Библии вместе с ним для того, чтобы она могла добыть пропитание для себя и для своих детей... Потом случилось так, что ее брат уехал. Она заняла его место, взяла малюток и стала обучать их Библии; и так продолжала четыре года".

Яркими представителями духовной и культурной жизни евреев в мусульманском мире были рабби Саадья Гаон на Востоке и рабби Шмуэль Ганагид на Западе.

Саадья Гаон (892-942 гг.) родился в Египте, где он получил свое начальное образование. Он переписывался с оказавшим на него значительное влияние еврейским философом и врачом рабби Ицхаком Гаисраэли, уроженцем Египта, отправившимся в Северную Африку. Саадья Гаон объехал Палестину и ознакомился с ее академиями. Затем он был приглашен в Вавилонию для того, чтобы возглавить одну из ее академий. Виднейший вождь вавилонского еврейства Саадья был также основоположником рационалистической еврейской религиозной философии, сложившейся под влиянием арабо-эллинистической философской мысли. Его основным и важнейшим философским трудом была книга "Эмунот ведеот" ("Верования и воззрения"), написанная на арабском языке.

В этом произведении, так же как в других трудах и в самой деятельности Саадьи Гаона, ярко отражаются духовные и общественные брожения того времени в {278} еврействе стран ислама. В нем запечатлена также религиозная и философская полемика, которая велась между приверженцами различных религий и философских воззрений в просвещенных кругах смешанного багдадского общества первой половины Х в. По его мнению, вера исходит из трех источников: из рационального обоснования, из Торы и из традиции Устного учения.

Рациональное обоснование подтверждает правильность положений двух других источников, "... ибо всякое толкование, согласное с заключениями разума, является истиной, а все, против чего возражает разум, не существует и не имеет смысла". Религиозный рационализм Саадьи приводит его к внимательному наблюдению исторических и общественных процессов с реалистической точки зрения, положительно относящейся к миру сему. Рабби Саадья подчеркивает центральную роль человека в мироздании: "Мы находим, что человек является тем, кто направляет... и все, что важно на свете, менее важно, чем человек...

Бог дал человеку преимущество перед всеми другими творениями его... и наделил его способностью выбора, и приказал ему, чтобы он избрал добро... и мы находим, что преимущество его заключается в мудрости, которой он был наделен и обучен". ("Эмунот ведеот", глава вторая). Эти суждения Саадьи основываются не только на том, что "разумная тварь" ответственна за свои поступки перед Богом, но и на том, что цивилизаторская деятельность человека, строение его общества и ценности, сплочающие это общество, исходят из воли божьей. Рабби Саадья перечисляет достижения той мудрости, которая дана Богом людям. Благодаря ей человек "хранит все из деяний, что уже прошло; предвидит большую часть того, чему суждено свершиться; он заставил животных работать на земле, приносящей ему плоды свои; он достиг того, что вода из глубины земли течет по ее поверхности, и... сделал колеса, которые сами черпают из нее; и он дошел до того, чтобы строить себе удобные дома и облачаться в красивую одежду и готовить вкусные блюда; и достиг он того, чтобы водить солдат и создавать войска для проведения государственной власти до тех {279} пор, пока не исправятся люди; и добился он знания свойств небесных сфер, и хода светил, и размеров тел астральных, и расстояний их друг от друга и прочих их свойств" (там же, глава четвертая).

Позитивизм Саадьи по отношению к человеческому бытию тесно связан с его острой чувствительностью к вопросам добра и зла, правосудия и несправедливости и с твердой уверенностью в конечном торжестве истины. Вера в искупление еврейского народа и в его возвращение на родину для него совершенно неоспорима, потому что он считает невозможным состояние вечной несправедливости. По его мнению, иноверцы, которые глумятся над евреями в изгнании и смеются при виде их страданий, не понимают исторического процесса. "Тот, кто видит нас в этом состоянии... дивится нам или считает нас глупцами, ибо не испытал он того, что испытали мы, и не верил так, как верили мы; и подобен он человеку, не видевшему сеяния пшеницы. И вот видит он, как некто бросает ее в углубление земли для того, чтобы она росла, и считает он, что это глупец, не ведая, что глупец он сам, но познает он это лишь в пору жатвы" (там же, глава восьмая).

Рабби Саадья Гаон пользовался большим авторитетом в странах Ближнего Востока, из чего можно заключить, что высшие круги в еврействе мусульманских государств были проникнуты идеями религиозного рационализма.

В период деятельности Саадьи Гаона начинается распад халифата, и в отдельных мусульманских государствах, образовавшихся в процессе этого распада, создались новые центры, в которых развивалась еврейская общественная жизнь и процветала еврейская культура. Одним из самых плодотворных очагов такого рода была мусульманская Испания. Под верховной властью династии Омейядов некоторые представители высших слоев еврейского общества принимали активное участие в управлении страной и занимали руководящие позиции в еврейской общественности. Самым известным из них был Хасдай ибн Шапрут, царедворец, пользовавшийся значительным политическим влиянием. Благодаря своему высокому положению, он оказывал большое влияние на еврейские

{280} общины Пиренейского полуострова. Он был врачом, дипломатом и министром торговли халифа Абдаррахмана III, а также одним из вождей еврейской диаспоры.

Сложность и многосторонность выдающихся личностей среди евреев, принадлежавших к высшему сословию мусульманской Испании, олицетворяет Шмуэль (Самуил) ибн Нагрила, известный своим званием Ганагид (Предводитель).

Шмуэль Ганагид родился в 993 году, и мы знаем, что в 1056 году он был в живых. Характер его политической деятельности был обусловлен процессом распада Омейядского халифата, расколовшегося на целый ряд отдельных государств, соперничавших друг с другом. При дворах властелинов этих политических единиц господствовала атмосфера, во многом походившая на ту, что царила в итальянских княжествах эпохи Возрождения.

По старинной культурной традиции, усвоенной этой средой, духовное творчество и его носители находятся под покровительством властелина и служат его престижу и возвеличению. Ненадежность положения властелина, его министров и самого царства обостряют чувства и мысль и учат рационально-критически взвешивать силы человека и общества, их слабости и возможность влияния на них.

В личности рабби Шмуэля отражаются все тенденции и движущие силы, действовавшие в высших слоях еврейства в небольшом эмирате Гранаде в XI веке. Он был блестящим поэтом на иврите. Мусульманские историки его времени; так же как и еврейское предание, повествуют о том, что он был выдающимся стилистом и на арабском языке. Он был большим знатоком "греческой мудрости" и, по свидетельству арабского историка: "также различных областей математики. Его познания в астрономии превосходили знания астрономов. Он знал также все, что касается геометрии и логики".

Шмуэлъ Ганагид был большим знатоком талмуда; его перу принадлежит ряд комментариев к Талмуду и респонсов в области практического применения еврейских правовых установок. Он поддерживал сношения с вавилонским гаоном {281} рав Гайем. Наряду со всем этим, Шмуэль Ганагид был искусным военачальником и не раз вел в бой мусульманские войска своего властелина. В некоторых его стихотворениях отражены впечатления сражений и жестокости боя: "Быстро писали мы на их коже железным пером глубокие письмена... и вельможи тотчас опьянели не от вина - от крови своей. И тех, кто носил сегодня знамена, назавтра носили в гробах на покой" (Диван, Бен Тегилим, 103).

В соответствии с образом жизни царедворцев тех времен он окружил себя роскошью и пышностью. Современные историки полагают что он - и его сын Иосеф построили великолепный замок Альхамбра на юге Испании.

Будучи ученым-эрудитом в еврейской и обшей культуре, он ценил знания и у других. Так, например, в одном из своих стихотворений он хвалит еврейского ученого за то, что Бог "...наградил тебя знаниями в Его священной книге и в религиозных законах, знаниями, стоящими выше всех наук, а также дал тебе возможность познать разумность греков и сделал тебя сведущим в мудрости арабов" (Диван, Бен Тегилим, 90).