Чтение онлайн

В аспекте еврейской истории особенно важен единственный появившийся еще при жизни Спинозы, в 1670 году, его анонимный труд "Богословско-политический трактат", написанный им на латинском языке (все остальные сочинения Спинозы опубликованы только после его смерти).

Практической целью этого трактата было доказать, что "в свободной стране каждому человеку дозволено думать по-своему и высказывать все то, что он думает" - как гласит заглавие последнего раздела трактата, целиком посвященного вопросам свободы мысли. Красной нитью проходит через весь трактат критика библейского текста.

По его мнению, еврейское вероучение обладает лишь теми духовными ценностями, которые тождественны с естественным правом и обязывают всех смертных.

Остальные заветы Торы относятся исключительно к государственному строю евреев в древности. Все религиозные обряды и законы Моисея имели в виду только благополучие царства евреев, из чего следует, что они заботились лишь о пользе "телесного мира". "После гибели их государства евреи не обязаны больше подчиняться Моисееву вероучению, как и до возникновения их общества и их государственного строя". Однако еврейские вожди упорно отказываются считаться с этой очевидной истиной. Талмудическое законодательство соблюдается и после разрушения храма - "больше из оппозиции к христианам, чем из благочестия", а также из-за властолюбия еврейских духовных руководителей. (По-видимому, главари амстердамской общины являлись в глазах Спинозы образцом, по которому он судил о всех {393} вождях еврейского народа во всех поколениях).

Он указывает на замеченную им якобы разницу в поведении марранов в Испании и в Португалии. В Испании, где евреям (т. е. марранам) было позволено занимать государственные посты, они ассимилировались - в Португалии же, где это им было запрещено, ассимиляции не было. Отсюда вытекает, но мнению Спинозы, что жертвы гонений в Португалии, собратья которых в Амстердаме так гордились их мужеством и самопожертвованием во имя веры, стали ими вследствие неразумной политики христиан. Представив в такой форме проблемы марранов, Спиноза приходит к выводу, что преследование евреев бессмысленно, так как оно только укрепляет их в своем заблуждении. Все же и он не отрицает возможности возвращения евреев на их древнюю родину и восстановления их государства при подходящей политической конъюнктуре.

Новые веяния и влияние идей Возрождения и рационалистической философии того периода сказываются и на итальянском еврействе. В конце XVI в. Азария де Росси в своем произведении "Меор эйнаим" ("Светоч очей") анализирует проблемы хронологии еврейской истории. В начале XVII в. Иегуда Арье (Леон) да Модена (1571-1648 гг.) опубликовал книгу на итальянском языке об еврейских обычаях и находился в тесной связи с христианскими учеными.

В XVII в. процветает в европейских университетах изучение еврейского языка и литературы, возрастает число христианских гебраистов, большинство которых обучалось у еврейских ученых. Некоторые из христианских гебраистов относились очень недоброжелательно к еврейству, и поэтому усилия да Модена и его единомышленников были направлены на апологию иудаизма. Да Модена был членом раввината в Венеции, главой иешибота и комментатором Талмуда. Он также увлекался литературой, театром и музыкой. Хотя в свое время он считался вольнодумцем, он вел резкую полемику с авторами критических трудов, созданных в радикальной сефардской среде и направленных против Устного учения.

К кругу Модены в Венеции принадлежал Иосеф Шломо {394} дель Медиго, врач, математик и астроном, обучавшийся в Падуанском университете. Он провел некоторое время в Каире, а затем стал лейб-медиком литовского князя Радзивилла. Из Литвы он отправился в Гамбург и в Амстердам, где Менаше бен-Исраэль опубликовал несколько его трудов. Дель Медиго поддерживал дружественные отношения с караимами в Турции и в Литве. Он был видным представителем современного ему гуманизма.

Критический подход к религии и Библии, возникший в кругах испанских изгнанников, сыграл очень важную роль в развитии европейской мысли, хотя в XVII в. влияние его, как среди евреев, так и среди христиан, было весьма ограниченным. Полностью проявилось оно лишь в самом конце XVIII и в начале XIX в. Умеренный рационализм еврейских мыслителей Голландии и Италии пробудил среди их соплеменников интерес к светским наукам и к светской литературе и послужил предвестником движения Просвещения, распространившегося среди евреев Германии и Восточной Европы в последующий период.

Ш. ЭТТИНГЕР

Часть пятая

НОВОЕ ВРЕМЯ

{397}

ВВЕДЕНИЕ

В жестких рамках мышления европейского средневековья и общественною строя той эпохи евреям было отведено особое место, четко определенное в церковном и государственном праве, с одной стороны, и в сознании и мировоззрении самих евреев, с другой. В новое время положение изменилось. Появляются централистические государства. Требующие от своих подданных полного подчинения, в их пределах формируются новые культуры и языки, сводящие на нет тенденции партикуляризма почти во всех его проявлениях.

Создаются новые формы разносторонней экономики и хозяйства, выходящего за пределы феодальной межи и государственной границы, влекущие революционные сдвиги в укладе жизни и в структуре общества. Принцип всеобщего равенства перед законом одерживает победу, а вместе с ним открываются новые возможности перед широкими кругами населения.

Возникают новые выборные органы власти, обширные общественные слои привлекаются к участию в решении важнейших политических и социальных вопросов; государственные и общественные системы воспитания охватывают огромное большинство населения в странах Западной и Центральной Европы, и некоторая степень образования становится достоянием широких масс.

Все эти процессы, казалось, неминуемо должны были привести к тому, что евреи будут вынуждены прекратить свое существование как религиозная группа или общественная корпорация. На пороге нового времени евреи были весьма малочисленны - менее одного миллиона в середине XVII в. Теперь же они получили возможность включаться в новые общественные рамки окружавшей их среды и принимая во внимание драматическое развитие европейских государств в течение двух или трех последних столетий, они могли превратиться в историческую достопримечательность, свидетельствующую о богатом прошлом, вроде самаритян или караимов в несколько более широком масштабе.

{398}Их исключительное умение приспособляться к новым формам развития, к укладу жизни и языку среды, их непреодолимое желание избавиться от мытарств, связанных с принадлежностью к еврейству и даже с тем, что они именуются "евреями", энтузиазм, с которым группы руководящих, наиболее активных и высокоинтеллектуальных лиц примкнули к новым идейным течениям, и надежды, возлагавшиеся ими на те перемены, к которым эти течения должны были, по их мнению, привести, - все эти явления свидетельствовали о том, что среди евреев были сильны тенденции слияния с европейским обществом, полной ассимиляции с ним и национального обезличения.

Однако в действительности историческое развитие пошло по иному пути. Число евреев не только не уменьшилось; напротив, оно росло исключительно быстрым темпом и к началу Второй мировой войны достигло около семнадцати миллионов. Они проживают в важнейших и самых крупных городских центрах мира, где образуют группы, имеющие большое культурное, общественное и экономическое значение. Они оказывают огромное влияние на культурную и общественную жизнь современного мира, принимают активное участие в политической и идеологической борьбе, основывают еврейские общественные организации и свои политические партии и создают активное, упорное национально-освободительное движение, открыто стремящееся к национальному возрождению и восстановлению еврейской государственности.

Страшная катастрофа, постигшая еврейский народ в начале сороковых годов нашего столетия, с одной стороны, и воссоздание Государства Израиль в конце сороковых годов, с другой, доказывают, что как в сознании самих евреев, так и в глазах окружающей их среды, групповые особенности и национальная самобытность не переставали служить значительным фактором. Стоит бросить взор на тысячи или даже, пожалуй, десятки тысяч публикаций - книг, брошюр, статей посвященных евреям и еврейству и обсуждающих "еврейский вопрос", чтобы убедиться в том, что и в новое время еврейство служило одним из главнейших очагов заинтересованности европейского общества.