Чтение онлайн

В 2010 г. мир узнал новый международный термин «арабская весна». Данный цепной процесс, запущенный в промышленно развитой нефтяной державе – Тунисе в 2010 г., затрагивает Египет, Иорданию, Ливан, Кувейт, Ливию и Сирию. Цель – смена авторитарных политических режимов без военного вмешательства, то есть с минимальными жертвами государств-инвесторов в «арабскую весну» при геополитических результатах, подобных Афганистану и Ираку.

Несомненно, что в преддверии вмешательства в дела суверенного государства происходит тщательная дипломатическая проработка вопроса в Совете Безопасности ООН. Внимание к принятию решений в ООН особенно усилилось в последнее время, когда Россия и Китай набрали внешнеполитический вес. Если вспомнить события марта – июня 1999 г., которые вошли в историю как война НАТО против Югославии, то бомбардировки столицы суверенного государства реализовывались без разрешения Совета Безопасности ООН, что не повлекло за собой ответственности для союзных войск. Однако в ходе войны погибло около 500 и было ранено более 900 мирных жителей. От действий авиации НАТО погибло 88 детей [5]. Личность 22 из них экспертами не была установлена. Если вспомнить резолюцию № 1441 Совета Безопасности ООН по Ираку, то ее спонсоры – США и Великобритания – обозначили в ней последнюю попытку Ираку разоружиться, но согласно заявлению руководителя аппарата Белого дома Эндрю Карда «США считали себя вправе в одностороннем порядке принять решение о нападении на Ирак в том случае, если Багдад нарушит резолюцию Совета Безопасности ООН. Конечно, ООН может собраться и обсудить это, но нам не нужно их разрешение для того, чтобы начать военные действия» [6].

Таким образом, ключевые решения принимались либо в обход основного органа ООН, либо методом принятия размытых резолюций. Что касается событий в Ливии в 2011 г., то Россия и Китай вполне могли заблокировать резолюцию и предотвратить военное вмешательство, хотя бы потому, что в Ливии были представлены экономические интересы обеих стран. Но при голосовании за резолюцию Совета Безопасности № 1970 (2011 г.) РФ и КНР воздержались от голосования. Что касается дипломатической войны вокруг резолюции по Сирии, то на протяжении почти четырех лет усилиями России и КНР решение не могло быть принято, несмотря на стратегическую заинтересованность США лишить Россию очередного ближневосточного партнера, вслед за нейтрализацией которого ослабятся позиции ключевого партнера в Азии после Китая – Ирана. Перечисленные выше ближневосточные и североафриканские государства-форпосты внешнеполитических интересов России – Египет, Ливия, Ирак, Сирия – одно за другим теряли свою суверенность вместе с инвестициями России.

Таким образом, геополитический метод под названием «петля анаконды» объективно реализуется на Ближнем Востоке, Кавказе, а также в Восточной Европе. В последнем регионе это связано, во-первых, с государственным переворотом на Украине в 2014 г. и последовавшими за ним событиями: референдумом в Крыму и гражданским противостоянием на Юго-Востоке Украины, вызванным общественным несогласием с политикой новой власти в Киеве. Во-вторых, это обусловлено пятым и шестым расширениями НАТО, в рамках которых к альянсу присоединились Болгария, Латвия, Литва, Румыния, Словакия, Словения, Эстония (пятое расширение 2004 г.), Албания и Хорватия (2009 г.). К возможным членам НАТО относятся также страны, входившие в сферу влияния СССР: Македония, Черногория, Босния и Герцеговина. Участниками ускоренного диалога по вступлению в НАТО вообще являются бывшие республики СССР – Украина и Грузия. Участниками индивидуального партнерского плана также стали бывшие союзные республики, несмотря на то что некоторые из них входят в СНГ: Казахстан, Молдавия, Армения, Азербайджан. С 2014 г. о своих интересах слияния с альянсом объявили Швеция и Финляндия, а к 2016 г. заявили о конкретных действиях [7].

Таким образом, Российская Федерация сегодня находится в изоляции от реальных и потенциальных членов военного блока НАТО. Бывшие страны под влиянием блока ОВД сегодня переместились под влияние блока НАТО. В сложившейся международной обстановке в рамках концепции внешней политики России от 12 февраля 2013 г. снова прослеживается тенденция возвращения к проекту Примакова от 1998 г., который был составлен в ситуации беспомощности России во время войны в Югославии. Идея состоит в создании стратегического треугольника «Россия – Индия – Китай». Тогда Е. М. Примаков призвал к сотрудничеству трёх стран как своего рода противодействию однополярности в мире. Первые трёхсторонние встречи в этом формате состоялись в Нью-Йорке в период сессий Генеральной Ассамблеи ООН в 2002 и 2003 гг., а затем в Алма-Ате в 2004 г. в ходе Совещания по взаимодействию и мерам доверия в Азии. Взаимодействие трех государств, суммарное население которых составляет 40 % населения земного шара, позволяет повысить международный вес каждого из них. Безусловно, меркантилизм стран – партнеров треугольника заключается в следующем: Индия и Китай хотели получить доступ к российским энергоносителям – нефти и газу; Индия рассчитывает на поддержку её стремления стать постоянным членом Совета Безопасности ООН; Россия и Китай согласны, что ООН нуждается в реформах. В основе официального подхода КНР к будущему международному порядку находится положение о том, что место и роль Организации Объединенных Наций в мире как наиболее универсальной и авторитетной организации не могут быть подменены никакой другой международной организацией, а также представление, что именно ООН сыграет важную роль в установлении и поддержании нового международного порядка [8]. Проблема формирования нового международного порядка (НМП) занимает одно из ключевых мест во внешнеполитической мысли Китая. Одним из первых результатов сотрудничества стало полное урегулирование пограничных вопросов между Китаем и Россией [9]. Российская Федерация и КНР совместными усилиями стремятся к формированию многополярного мира с центральной ролью ООН. 23 апреля 1997 г. была принята совместная декларация о многополярном мире и формировании нового международного порядка [10]. Вместе с этим в двустороннем договоре о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве были закреплены положения (преамбула, ст. 2 и 13), которые стали выражением интересов России и Китая в поиске единой позиции в отношении Организации Объединенных Наций [11].

В 2004 г. объем российско-китайской торговли впервые превзошел рубеж 20 млрд долл. В марте 2006 г. в ходе очередного визита российского президента В. В. Путина в Китай было подписано несколько меморандумов в области поставок российских энергоресурсов, в результате чего в течение ближайших 15 лет Россия может стать крупнейшим поставщиком энергоносителей в Китай. До сих пор КНР основной упор делала на импорт нефти из стран Персидского залива. В мае 2014 г. между Россией и Китаем был подписан стратегический договор на поставки газа и экономическое сотрудничество достигло своего пика.

Однако мы должны быть объективными и кратко охарактеризировать американо-китайские отношения. Китай и США являются друг для друга вторыми по объему торговыми партнерами, товарооборот между ними достиг еще в 2012 г. 500 млрд долл. При этом дефицит США в торговле с Китаем достиг в 2012 г. уровня в 315 млрд долл. Китай является самым крупным держателем американского долга. На начало 2011 г. 120 тыс. китайцев обучались в США, свыше 20 тыс. американцев – в Китае. Таким образом, объем экономического сотрудничества США и Китая был изначально несопоставим с российскими показателями. Рисковать сложившимися связями Вашингтон и Пекин просто не смогут решиться, поскольку их экономики полностью взаимообусловлены.

В стратегическом треугольнике «Россия – Индия – Китай», который в настоящее время расширился путем вхождения Бразилии и ЮАР, зависимость России от энергоресурсов выступает одной из самых главных угроз на долгосрочную перспективу. Однако поиск инструментов отхода от сырьевой модели экономики стал приоритетом для поддержания политического имиджа в Евразии через интернациональную дружбу, которая может трактоваться в будущем как военный союз.

Если говорить о других возможных партнерах, то, исходя из статистики голосований в ООН, можно наблюдать тенденцию солидарности с Россией КНДР, Венесуэлы, Ирана, Боливии, Ливана, Зимбабве, Сирии, Кубы, Белоруссии. Данная немногочисленная группа государств – это то, что осталось от советского внешнеполитического наследства. Сегодня высказывание императора Александра III о том, что у России остаются только два союзника – армия и флот, максимально актуализируется. Однако в условиях геополитической изоляции России ее участие в блоке БРИКС является необходимостью, которая поможет выиграть время для самого главного шага – улучшения качества жизни граждан внутри страны, а также наладить систему публичной дипломатии, способной мягкой силой укрепить международные позиции Москвы. Ведь устойчивая внутренняя политика и международная привлекательность за счет положительного образа всех сфер жизни государства – это залог успешной внешней политики.

В марте 1966 г. советско-китайские контакты по партийной линии прекратились, сворачивались экономические и научно-технические связи

Стоит отметить, что исследования по изучаемой теме носят двойственный характер, поскольку исследователи были свидетелями событий заявленного периода. Авторы литературных источников, представленных в данном параграфе, жили в период существования определенной государственной идеологии, закрепленной в основном законе страны. В советской России сложилось несколько китаеведческих школ. Вслед за петербургской появились московская и дальневосточная школы китаеведения. На основании постановления Президиума АН СССР в сентябре 1966 г. был создан Институт Дальнего Востока. За истекшие 50 лет ИДВ РАН стал одним из крупнейших научных центров комплексного изучения проблем Китая, Японии, ситуации на Корейском полуострове и отношений России со странами этого региона. В составе института существует восемь научно-исследовательских центров, среди них Центр изучения и прогнозирования российско-китайских отношений (Центр «Россия – Китай») и Центр современной истории и политики Китая.

После образования КНР на политической карте мира стремительно развивающееся при поддержке СССР государство стало привлекательным для международных научных исследований. Советские специалисты в области общественных наук и китаеведы были движущей силой создания системных научных исследований Китая. Президиум Академии наук СССР принял постановление о создании специального Научно-исследовательского института для создания научных трудов по вопросам государственного, экономического и культурного строительства, истории, языка, литературы и международных отношений КНР. Другое направление работы – переводы исторических и литературных памятников, современной общественно-политической литературы Китая, сотрудничество с научными учреждениями КНР по вопросам китаеведения. Все направления работы были включены в секторы истории, экономики, государственного строительства, языков народов Китая, литературы и культуры, публикаций памятников культуры Китая. Советские китаеведы освещали актуальные проблемы народного Китая, опыт строительства социализма в своеобразных условиях данной страны, а важнейшей задачей Института китаеведения стало изучение «успехов и достижений Китайской Народной Республики во всех областях социалистического строительства».

В 1957–1960 гг. советское китаеведение интересовали такие направления, как «Закономерности и особенности развития социалистического строя в Китайской Народной Республике (1949–1956 гг.)», «Народно-демократическая революция и крах колониального господства империалистов в Китае (1919–1949 гг.)», «Борьба китайского народа против империализма и феодализма (период стародемократической революции)», «Возникновение и развитие рабовладельческих отношений в Китае», «Генезис и развитие феодальных отношений в Китае», «История общественно-политической мысли в Китае», «Изучение национальных языков и диалектов народов Китая», «Закономерности исторического развития литературы и культуры народов Китая».

Одной из главных работ института стали «Очерки новейшей истории Китая (1919–1957)», освещавшие экономическое и культурное развитие страны. В тот же период были составлены сборники документов по русско-китайским (XVII–XX вв.) и советско-китайским (1917–1956 гг.) отношениям. Важным считалось использование оригинальных источников, которые оказались ценными для малоразработанных в советской историографии вопросов революции 1911–1913 гг., революционной войны в 1945–1949 гг. и борьбы за мирное освобождение Тибета. Обширная «Библиография Китая», составленная Л. Е. Скачковым, предоставляла аннотации всех работ о Китае на русском языке по различным областям науки, литературы и культуры с XVII в. по 1955 г.