Очерки советской экономической политики в 1965–1989 годах. Том 2
Шрифт:
Соответственно колебался и объем прочих закупок продовольствия, который до 1972 года не превышал 5 млрд долларов в год, а после 1975-го не опускался ниже 15 млрд долларов при среднем уровне в 25 млрд, достигнув своего максимума в 1981 году (30,7 млрд долларов) (все в ценах 2000 года) 121 .
Однако физические объемы закупок зерна и, соответственно, степень зависимости СССР от его импорта непрерывно росли с 2,2 млн тонн в 1970 году до 46 млн тонн в 1984-м. В 1980-е годы СССР закупал более 15% мирового импорта зерна, став крупнейшим его потребителем (на втором месте находилась Япония с 26,9 млн тонн). Однако публично внутри страны признавать массовые закупки Брежнев не решался. Например, в 1975 году он объявил своим помощникам, что эту тему публично можно будет обсуждать после его смерти 122 .
121
Гайдар Е. Гибель империи… С. 172–173.
122
Запись от 20.11.1975.
К этому моменту каждая третья тонна хлебопродуктов изготовлялась из импортного зерна и на нем полностью базировалось производство животноводческой продукции. Почти половина зерна закупалась в Новом Свете, в том числе у «стратегических противников» – 9 млн тонн в США, 5 млн в Канаде, 4 млн в Аргентине 123 .
В крупных объемах на Западе на постоянной основе закупалось не только зерно, но и другие виды сельскохозяйственной продукции. Например, в январе 1975 года сельскохозяйственный отдел Госплана, планируя обеспечение страны продовольствием аж на 1980 год, записывает как решение закупать «на долгосрочной основе» в США 3–4 млн тонн сои, что по его расчетам даст 1 млн тонн мяса 124 . Это обсуждается как абсолютно рядовой вопрос деловых отношений. К 1982 году СССР импортировал даже растительное масло в объеме более 1 млн тонн 125 .
123
Гайдар Е. Гибель империи… С. 173.
124
Краснопивцев А. Жажда справедливости… Т. 1. С. 106.
125
Там же. С. 230.
Подобные закупки по долгосрочным договорам, обеспеченным советским нефтяным экспортом, ограничивали для СССР возможность финансового маневра. В результате в первой половине 1980-х СССР сокращает импорт машин и оборудования с 26 до 20%, а доля продовольствия и промышленных товаров народного потребления вырастает до 44% 126 .
Несмотря на это, власти в СССР не могли справиться с задачей обеспечения населения основными продуктами питания. Характерный пример разрыва между намерениями и исполнением приводит в своих рабочих записях Краснопивцев. 16 июня 1971 года состоялось специализированное заседание Секретариата ЦК КПСС, посвященное «специализации и организации производства овощей. Признали работу министров по выполнению этого постановления неудовлетворительной» 127 . Однако в духе брежневской политики, толерантной к ошибающимся и недорабатывающим чиновникам, передали дело контроля над проблемой тем, кто с ней не справился:
126
Гайдар Е. Гибель империи… С. 173.
127
Краснопивцев А. Жажда справедливости… Т. 1. С. 92.
Серьезно надо за дисциплину браться, контролировать выполнение решений. Силы у министров большие. Министры должны друг с другом работать, контролировать исполнение, а не обращаться в ЦК 128 .
Если хлеб в советской торговле приобрести в целом было несложно, то купить масло и мясо в государственных магазинах за пределами столичных городов и других населенных пунктов «московской» категории снабжения было невозможно уже с начала 1970-х. Перебои постоянно возникали и с другими базовыми видами продовольствия (молочными продуктами, овощами, крупами). 18 октября 1977 года Косыгин на заседании Совмина первым делом подводит печальные итоги ситуации в сельском хозяйстве:
128
Там же.
Плохо с зерном. Ускорить заготовки. Не хватает мяса, поэтому надо улучшить работу по вылову рыбы, а Минрыбпром работает плохо. В 1978 г. по зерну надо выйти на уровень пятилетки, так как не будет мяса, поэтому всем отраслям надо помочь селу 129 .
Причин столь крупных закупок и вообще тенденции на переход к обеспечению бывшей аграрной страны импортным продовольствием было множество:
– общая неэффективность социалистической модели производства (включая незаинтересованность работников в результатах своего труда, непрофессиональную его организацию, а также интенсивную криминализацию оной, о которой разговор ниже);
129
Непорожний П. Энергетика страны глазами министра. С. 505.
– критические проблемы в сфере переработки, транспортировки и хранения сельскохозяйственной продукции, приводившие к уничтожению слишком высокого процента произведенной продукции;
– устаревшие технологии в аграрной сфере и низкий уровень образования крестьян;
– сохраняющиеся сверхнизкие цены на основные продукты питания (зерновые, овощи, мясо и молочные продукты) при государственных закупках и при продаже населению, которые не давали стимула работать;
– продолжающийся рост крупных городов, жители которых не имели возможности ведения подсобного хозяйства (остававшейся у многих жителей малых и отчасти средних городов), и увеличение запросов и потребностей горожан, в том числе копирование потребительских запросов развитых стран 130 ;
130
Горбачев О. В. На пути к городу: Сельская миграция в Центральной России (1946–1985 гг.) и советская модель урбанизации. М.: Издательство МГПУ, 2002. О проблемах двукратного против расчетов перетока трудовых ресурсов из села в город, зафиксированного отделением экономики АН СССР в начале 1973 г., см.: Краснопивцев А. Жажда справедливости… Т. 1. С. 69. О росте уровня запросов граждан и товарном фетишизме относительно товаров западного происхождения см.: Богданов К. Жевательная резинка, ленинградские подростки и товарный фетишизм в условиях развитого социализма // Антропологический форум. 2015. № 25. С. 69–90.
– аграрный переток в большие города, вызванный низкими зарплатами и уровнем жизни, лишавший село наиболее активных и перспективных работников 131 ;
– рост потребления на селе, которое четыре десятилетия держали на голодном пайке;
– общее повышение спроса на продовольствие со стороны богатеющего населения;
– неравномерное распределение ресурсов вслед за политическими приоритетами 132 .
Если измерить эту ситуацию цифрами, то она выглядела так. На 1965 год в стране было 229,6 млн населения (120,7 городского, 108,9 сельского), в 1985-м соответственно 276,3 (180,1 городского, 96,2 сельского). То есть при увеличении населения страны почти на 20% доля городского населения, которое заведомо надо было кормить, выросла с 52,5% до 65,2%. При этом структура сельского населения ухудшалась за счет все более пожилых возрастов, которые уже не производили продовольствие сами, а нуждались в нем.
131
Например, уже в 1968 г. в журнале «Крокодил» публикуется большая карикатура о том, что в некоем абстрактном селе возле клуба, переделанного в овощехранилище, приезжий узнает у пожилого сторожа, что отсутствующая в селе молодежь «уехала год назад в город на экскурсию и с тех пор ни слуху, ни духу…» (рисунок Е. Шукаева (без названия) // Крокодил. 1968. № 8. С. 3).
132
«Треть колхозов республики не имеет собственных средств…» Письма председателя Совета министров РСФСР М. С. Соломенцева в ЦК КПСС и Совет министров СССР. 1972 г. // Исторический архив. 2007. № 3. С. 3–24.
В то же время производство продуктов питания выросло по отдельным направлениям (по статистике в два (мясные продукты, улов рыбы, маргарин, кондитерские изделия, производство вина) и даже в три раза (молочные изделия, консервы)). По ряду направлений оно стагнировало, ничуть не увеличившись или даже уменьшившись в физических объемах (сахарный песок, растительное масло) 133 . Казалось бы, при таких успехах производства большинства продуктов должно было хватать (или во всяком случае их количество не должно было уменьшаться), но статистика производства и сама создает миражи, и просто не учитывает множества факторов, из которых реально складывается процесс потребления продукции.
133
Ханин Г. И. Экономическая история России в Новейшее время. С. 434.
Например, фактор принципа политической иерархии в отношении распределения продовольствия и другой продукции «широкого потребления» государственными органами. Последний министр торговли СССР – один из немногих, кто решился огласить его, хотя и касательно только своей отрасли:
По порядку снабжения были приняты решения – официальные, но секретные – о том, что в первую очередь шло снабжение Москвы и Ленинграда, во вторую – снабжение военного контингента, КГБ и т. д. Все, что оставалось, шло на свободный рынок. Но товара катастрофически не хватало 134 .
134
Кондрат Терех: На должности министра СССР я отбыл каторгу / Интервью А. Николайчука с К. Терехом // Tut.by. 03.05.2010. URL: https://news.tut.by/society/168925.html.
Но даже в Москве ситуация была напряженной. Анатолий Черняев в своем дневнике приводит следующую запись по итогам посещения московских продовольственных магазинов в конце апреля 1976 года:
Вчера утром пошел в молочную и булочную. Народу!.. Ворчание-симфония случайной толпы: мол, вот, нет порядка, не могут организовать дело, две бабы на столько народа и не торгуют, а ящики перетаскивают да коробки вскрывают… Выходной день, а тут стой в очереди… и продуктов никаких нет… о твороге уж забыли, как он пахнет и т. д. и т. п. И вдруг над всеми грубый голос мужика лет 40.
– А что вы хотите! У нас система такая. Эти бабы (продавщицы) не виноваты. Виноваты те, кто за зеленым забором икру жрут. У них там и творог есть. А у нас в стране хозяина нет. Хозяин только и делает, что о светлом будущем коммунизма выступает, а с каждым годом все хуже и хуже. Так и будет, пока хозяина настоящего нет…
Никто не удивился, не возмутился. Это, видимо, привычное дело – такие речи в магазинах. Толпа в основном поддакивала и благожелательно комментировала, в том числе молодой милиционер, стоявший в очереди за молоком. А, я извиняюсь, член ревизионной комиссии КПСС стоял и удивленно помалкивал. Да и что он мог сказать, когда у всех остальных «факты на прилавках».
В булочной бабы передрались из-за куличей, а когда в проеме полок раздался голос: «Больше нет, все! И не будет!», поднялся такой гвалт, что я готов был опрометью выскочить за дверь 135 .
135
См.: Дневники А. С. Черняева… Запись от 25.04.1976.
Советский дипломат, совершавший в первой половине 1970-х годов лекционный тур по СССР, так записал свои впечатления от посещения Оренбурга:
На этот раз мое выступление проходило перед несколько инертной аудиторией актива, у которой оказалось немного вопросов. Как мне потом объяснили, люди нетерпеливо ожидали возможности поскорее попасть в горкомовский буфет, где в тот день они могли приобрести некоторые редкие продукты, а затем – в столовую горкома на обед с непривычно расширенным меню. Здесь, в степном городе металлургов, с продуктами питания дело обстояло так же плохо, как почти во всей стране, за исключением, может быть, Москвы и Ленинграда. Несколько позже я смог убедиться в этом сам, посетив несколько продуктовых магазинов, где полки были почти пустые. Секретарь горкома был прекрасно знаком с этой общей проблемой и в беседах со мной на данную тему говорил, что у них люди решали ее с помощью загородных участков, которые были у всех, кто хотел их иметь, а также с помощью охоты на зверей, включая крупных животных. По его словам, городские власти помогали населению в этом, предоставляя желающим грузовой транспорт для организации коллективной транспортировки убитых животных в город. Мясо заготавливали перед самым наступлением холодов, чтобы из-за отсутствия холодильников и их малой емкости его можно было хранить на балконах или в сетках, которые вывешивались на улицу перед окнами. Потом, когда мы проезжали по городу, мой хозяин обратил мое внимание на крупные тюки на балконах или под окнами домов – это и было заготовленное жителями мясо диких животных 136 .
136
Дмитричев Т. Курьезы холодной войны. Записки дипломата. М.: Вече, 2012. С. 339–340.