Чтение онлайн

Это одна из причин, почему в каждой бригаде скоро появится обученный и опытный офицер-взрывотехник с военным или техническим образованием, и специальное подразделение сапёров, занимающееся самодельными взрывными устройствами. И у тебя, Зак, рано или поздно будет своя группа по СВУ. И, если ты ещё будешь отвечать за выбор целей и операции, тебе придётся поддерживать очень тесную связь со своим офицером-взрывотехником и позволить ему и его команде отрабатывать всё в деталях. Применение бомб — это по-своему целая область полувоенных навыков.

— Беда в том, что в подобных случаях практически неизбежен так называемый «сопутствующий ущерб», — со вздохом продолжил Доннер. — Соединённые Штаты доказали в Ираке и Иране, да и повсюду, что им, на самом деле, плевать на этот ущерб. Белые, которых они случайно убьют, исчезнут. Любых свидетелей заставят замолчать, от их семей откупятся, а средства массовой информации уберут эти случаи со своих «радаров», как они это сделали в Ираке. Штаты могут позволить себе сопутствующий ущерб, а мы — нет.

Люди будут восхищаться и, в конце концов, поддержат людей, которых они считают смелыми повстанцами, выступающими против продажной тирании и защитниками обездоленных. Но они не будут восторгаться и поддерживать кучку маньяков, которые убивают детей. Ребята, мы создаём спецотдел пропаганды, который среди прочего разрабатывает планы для чрезвычайных обстоятельств и различных несчастных случаев, которые могут случиться в неразберихе войны, но убийства детей — единственное, что мы не можем объяснить или замять. Ради Христа, не устройте нам новый Бирмингем! Работайте головами, планируйте свои операции и не делайте ничего, что может подвергнуть детей опасности.

— Принято, — подтвердил Хэтфилд.

— Хорошо, второй запрет при выборе целей, — продолжил Доннер. — Христианские священники, служители церкви и, на данное время, сами церковные здания. Позже возможны изменения, в зависимости от того, насколько серьёзной угрозой станут для нас евангелисты и прочие. Евангелисты больше поколения, начиная с первых неоконсерваторов, доказывали, что могут быть мощной политической силой, так как они — единственные, кто до сих пор поддерживает эту безумную бесконечную войну за нефть и за Израиль. Это их продажные проповедники ловко и незаметно переключили внимание своих «овец» с абортов и содомии на великий и святой Девятый крестовый поход против ислама. Они — худшие в мире козлы, и вы, конечно, захотите их перестрелять, но сейчас с этим надо немного подождать. Опять же мы должны учитывать низкий уровень политической культуры и сознательности среднего белого америкоса. Мы не хотим создать у людей ощущение, что ведём войну с самим христианством, хотя некоторые наши соратники других убеждений, возможно, и хотели бы этого.

— Слушай, ты прекрасно знаешь, что каждый священник среднего класса и каждый напыщенный трясун-проповедник в трёх округах будут клеймить нас с амвона и на каждой христианской радиостанции, — запротестовал Хэтфилд. — Чёрт, да они уже проклинают нас! Я слушал сегодня «Радио Спасения» из Лонгвью, и какой-то крикун назвал нас учениками дьявола. И как быть с общим приказом номер семь, который запрещает подстрекательство против Республики или её вооружённых сил и публичное выражение сочувствия и поддержки врагу?

— Когда какой-нибудь проповедник действительно выйдет за рамки, нанесите ему визит и переломайте кости, — ответил Доннер. — При виде одного из своих собратьев, который сидит в инвалидной коляске в бинтах и ест через трубку, остальные сразу всё поймут. Так уже бывало в Айдахо и некоторых других местах, и ячейки оттуда докладывают, что действительно меняет поведение духовенства. Ребята в Кёр д'Ален уже заставили закрыться один христианский кабельный канал, и для этого им не пришлось никого убивать. Иногда бейсбольная бита говорит громче, чем ствол. Сейчас, если у вас действительно вопиющий случай, когда проповедник участвует в активной пропаганде или в чём-то подобном, и мы просто не можем позволить ему продолжать, сообщите о вашем случае в Бригаду и получите «добро», прежде чем напасть на него. Не забывайте, что для многих бедных белых церковь остаётся важной частью их жизни. И мы не хотим, чтобы они считали нас дьяволопоклонниками, которые собираются принести в жертву своих детей Молоху, и верили в тому подобное дерьмо. Помните, что мы должны добиться здесь молчаливой поддержки большинства белого населения, по крайней мере, в той степени, чтобы они не стучали на нас и добровольно не сотрудничали с оккупантами.

— Понятно, — подтвердил Хэтфилд.

Доннер продолжил:

— Теперь, третий запрет, и опять же он может измениться в будущем. На данный момент среди мишеней нет авиакомпаний, аэропортов и гражданских пассажирских самолётов. По этому вопросу в Совете Армии шли жаркие споры, и он время от времени будет рассматриваться снова. Даже с теми немногими людьми, что у нас есть, мы могли бы остановить гражданский воздушный транспорт страны и почти прикрыть всю лавочку, поэтому очень соблазнительно использовать этот способ как предпоследнее оружие, но на данный момент, мы не намерены этого делать. По трём основным причинам.

Доннер показал на пальцах.

— Во-первых, федералы понимают, как они уязвимы, и насколько сильно их империя зависит от авиаперевозок. Они сходят с ума, громоздя во всех крупных аэропортах страны всё более сложные системы безопасности, невиданные со времени после теракта 11 сентября, то есть безопасность стоит им многие миллионы долларов ежемесячно. Это и пропускание авиапассажиров через все проверки, с длинными очередями, навязчивыми обысками и задержками рейсов, и личный досмотр привлекательных белых женщин охранниками из стран третьего мира, и требование прибытия в аэропорт за пять часов до времени вылета из-за всей этой фигни, через которую должны пройти пассажиры, ну, вы поняли.

Пока наши ребята из отдела психологической войны считают, что народ винит в этом режим и его неуклюжих работников охраны, в большинстве небелых. Но не нас. Взорви мы несколько авиалайнеров в небе, и люди обвинят нас. А мы хотим, чтобы их бесили федеральные органы, отвечающие за безопасность, и их сотрудники-эмигранты служб в аэропортах, а не Добрармия. Все эти меры федералов уже поднимают своего рода экономические ударные волны, которые ведут к падению прибылей и потере работы теми белыми, у которых она ещё есть, лишают их надежд на будущее. Соединённые Штаты Америки уже находятся в плохом состоянии. И мы хотим, чтобы это состояние продолжало ухудшаться, но немного дольше и медленнее, чем в случае, если мы закроем все аэропорты и вызовем массовый обвал, в котором действительно могут обвинить нас.

Во-вторых, возможный сопутствующий ущерб и гибель невинных белых, если мы собьём авиалайнер, являются неприемлемыми, особенно если на взлёте из аэропорта Сиэтл-Такома самолёт врежется в школу или больницу, или натворит ещё каких-нибудь подобных ужасов. Мы не можем рисковать получить обратный эффект от такой пропаганды. Наконец, хотите верьте, хотите нет, но Совет Армии и Партия сохраняют некоторые надежды на иностранную помощь или хотя бы тихий сговор, в частности, на Россию, Францию и Японию, да и на мусульманский мир, хотя тут нужно сработать очень тонко. Все серьёзные правительства во всём мире опасаются связываться с теми, кто взрывает пассажирские самолёты. Все слишком уязвимы на этом фронте и имеют горький опыт отношений с чокнутыми угонщиками и фанатиками, которые творят такие дела. Это считается крупным международным промахом. Значит, в настоящее время вы держитесь подальше от аэропортов.

— А как насчёт военных самолётов? — спросил Хэтфилд.

— Самолёты и вертолёты военных и полиции или принадлежащие СМИ — законные цели, — ответил Доннер. — Любой самолёт с крупным политиком или действительным врагом на борту — законная добыча. Сбивайте этих козлов с неба или уничтожайте на земле, когда можете. Было бы хорошо сделать это, просто чтобы напомнить ЗОГ, на что мы способны, если нами движет боевой дух. Только ради Бога, не сбейте самолёт над жилым районом, где он может врезаться в вышеупомянутую школу или больницу.