Чтение онлайн

В нынешней конструкции ст. 192 УПК РФ цель очной ставки не закреплена, в то время как при производстве любого следственного действия следователь должен руководствоваться конкретными его целями. Подобное положение.

Так, в результате обобщения данных анкетирования следователей выяснилось, что 41 % от общего числа опрошенных считают очную ставку особой разновидностью допроса и, как следствие, применяют тактические приемы, характерные для данного следственного действия зачастую вызывает на практике нарушения закона, что ведет к недопустимости полученных доказательств.

Так, результаты изучения следственной практики показали, что среди следователей распространено проведение очной ставки с целью дополнительного процессуального закрепления признательных показаний обвиняемого, даже если отсутствуют существенные противоречия между ними и показаниями второго участника очной ставки (30 % от общего числа изученных уголовных дел). При этом многие из них объясняли необходимость подобной очной ставки тем, чтобы в последующем, при рассмотрении уголовного дела в суде, обвиняемый не смог от них отказаться.

Такое понимание цели очной ставки, на наш взгляд, недопустимо. Во-первых, если между признательными показаниями обвиняемого и показаниями второго участника очной ставки нет существенных противоречий, то в подобном случае нет и законных оснований для ее проведения. Такая очная ставка должна быть признана незаконной. Во-вторых, даже если имеются законные основания для проведения очной ставки с такой целью, то сама целесообразность ее проведения представляется нам сомнительной. Думается, что ценность имеет только та информация, которая повышает вероятность достижения цели расследования. Другими словами, ценность имеет та информация, которая содержит что-то новое относительно предмета доказывания. Поэтому получение информации об уже известных фактах (показания обвиняемого), тем более если она не вызывает сомнений в своей достоверности (т. е. отсутствуют существенные противоречия), не приближает следователя к истине по уголовному делу. По сути, в данном случае увеличивается не сама информация, а количество ее источников (протокол допроса и протокол очной ставки). В связи с этим проведение очной ставки с указанной целью будет бессмысленно с точки зрения процесса доказывания.

Если обвиняемый захочет отказаться от данных им в ходе допроса и очной ставки показаний, то, думается, наличие протокола очной ставки с признательными показаниями вряд ли послужит для этого препятствием. Таким образом, проведение очной ставки с целью дополнительного процессуального закрепления признательных показаний обвиняемого является сомнительным с точки зрения законности и тактической целесообразности, а зачастую и нравственно недопустимым. Кроме того, это приводит к напрасной трате времени, увеличивая при этом сроки расследования.

Отсутствие нормативного закрепления цели очной ставки является также причиной ее подмены на практике другими следственными действиями, хотя законодателем и определен различный процессуальный режим их проведения. В частности, А. Б. Соловьев упоминает в своей работе случаи подмены очной ставки предъявлением для опознания [10] .

С. А. Шейфер по этому поводу пишет: «…ясное нормативное определение цели следственного действия придает познавательной деятельности следователя четкую направленность, предотвращает подмену следственного действия другими познавательными приемами… и этим исключает ненужную трату процессуальных усилий, нарушение прав участников, устраняет угрозу недопустимости полученного доказательства» [11] .

Необходимо отметить, что устранение возникших существенных противоречий должно производиться путем установления истины по спорным обстоятельствам, а не путем их согласования, так как в противном случае такие показания не будут достоверными.

Несомненным является и то обстоятельство, что наряду с непосредственной целью очной ставки следователь также может ставить и дополнительные (второстепенные) цели при ее проведении, что повышает криминалистическую ценность этого следственного действия. В юридической литературе выделяется множество разнообразных дополнительных целей очной ставки. Рассмотрим их подробнее.

Так, Н. В. Бахарев выделял такую второстепенную цель, как разоблачение допрашиваемого, дающего заведомо ложные показания, и преодоление добросовестного заблуждения допрашиваемого [12] . Он отмечал, что проведение очной ставки с добросовестно заблуждающимся лицом может благотворно на него повлиять и способствовать преодолению заблуждения путем восстановления в памяти забытого. Это может достигаться не только путем дачи детальных показаний другим участником очной ставки, но и его внешним видом, который может оживить ассоциативные связи.

При разоблачении допрашиваемого, дающего заведомо ложные показания, следователь создает обстановку психологического дискомфорта для того, кто намеренно его дезориентирует, что затрудняет дачу ложных показаний. Мы не можем согласиться с выделением такой второстепенной цели. Необходимо помнить, что существенные противоречия возникают только в связи с дачей заведомо ложных показаний либо в связи с добросовестным заблуждением. Следовательно, само устранение существенных противоречий подразумевает под собой, что следователь в итоге либо разоблачит допрашиваемого, дающего заведомо ложные показания, либо преодолеет добросовестное заблуждение допрашиваемого. Поэтому считаем, что указанная цель очной ставки является непосредственной, и мы не можем выделять ее как второстепенную (дополнительную).

Очная ставка, по мнению А. В. Дулова и П. Д. Нестеренко, может также дополнительно преследовать цель укрепления волевых качеств, позиции обвиняемого, давшего правдивые показания, при условии, что она проводится с лицом, благоприятно влияющим на обвиняемого [13] .

Н. В. Бахарев по данному вопросу отмечал, что такая очная ставка целесообразна и тактически оправдана в случаях, когда признавшийся обвиняемый изобличает других допрошенных по делу лиц, а также когда она проводится с лицами, имеющими исключительно положительное влияние на обвиняемого [14] .

В целом мы разделяем подобные взгляды, но считаем необходимым внести некоторые уточнения. Та к, нам представляется спорной позиция А. В. Дулова, П. Д. Нестеренко и Н. В. Бахарева относительно условия, при соблюдении которого данная цель будет достигнута. На наш взгляд, если второй участник очной ставки благоприятно влияет на обвиняемого, дающего правдивые показания, то существует обоснованная опасность, что обвиняемый может изменить свои показания на очной ставке, чтобы не подводить другого участника, если он является соучастником, а тем более если пользуется авторитетом у дающего показания лица. Если же такое лицо выступает в качестве свидетеля, то обвиняемый может изменить правдивые показания в силу чувства стыда перед ним или страха. Мы с трудом также можем себе представить ситуацию, когда второй участник очной ставки, изобличаемый обвиняемым, будет исключительно положительно влиять на него. Думается, в любом случае следователь должен свести к минимуму влияние второго участника на обвиняемого, дающего правдивые показания, в том числе изобличающего других лиц. Это может достигаться путем возбуждения тех побуждений, которые ведут к даче правдивых показаний, а также путем прогнозирования и создания такой ситуации, в которой человек будет продолжать делать откровенные признания. Другими словами, следователь должен умело пользоваться волевой регуляцией обвиняемого. Более того, волевая регуляция будет также выступать в качестве эффективного способа перевоспитания обвиняемого, укрепления его положительных личностных качеств.