Чтение онлайн

А. Ф. Кони отмечал, что процессуальное право не просто признает законность вторжения в область своего применения требований нравственности, но и старается в тех случаях, где эти требования можно осуществить прямыми предписаниями, дать им необходимое выражение [54] . Действительно, наиболее значимые универсальные моральные нормы закрепляются в качестве принципов уголовного судопроизводства [55] , в качестве общих требований к проведению отдельных следственных действий. Среди них можно выделить такие, как приоритет общепризнанных норм международного права, строжайшее соблюдение буквы и духа закона, принцип объективности, отсутствие предвзятости, стремление не причинять вреда при проведении любых следственных действий.

Специфические задачи следствия и правовые условия его производства не отменяют действия общих принципов и норм морали, регулирующих поведение людей, их отношение друг к другу. В этой связи нам представляется справедливым предложение Н. И. Порубова о создании некоего «единого этического режима предварительного следствия» [56] , который в обобщенном виде определял бы этические требования производства всех следственных действий.

Как уже было отмечено, нравственные требования, предъявляемые при производстве очной ставки, не ограничиваются рамками общих этических принципов. Их содержание намного шире в связи с необходимостью учета складывающейся ситуации и личности участников данного следственного действия. Та к, нравственные требования при производстве очной ставки с участием несовершеннолетнего будут более содержательными, нежели нравственные требования, предъявляемые к производству очной ставки со взрослыми участниками. Подобное утверждение будет справедливым и в отношении очных ставок, проводимых в разных следственных ситуациях.

Нравственные критерии и аргументы проведения очной ставки должны обязательно учитываться на стадии принятия решения об ее проведении, а также при планировании данного следственного действия. Не исключены случаи, когда соблюдение норм нравственности и морали не позволит производство тактически оправданной очной ставки и следователю придется от нее отказаться [57] .

Например, возможность причинения в процессе очной ставки нравственных страданий как допрашиваемому несовершеннолетнему, так и его родителям, по мнению С. Г. Любичева, не учитывает Л. М. Карнеева, когда приводит следующий пример: «Известен случай, когда получению правдивых показаний на очной ставке от лица, обвинявшегося в изнасиловании несовершеннолетней, способствовало присутствие при этом ее матери. То страдание, которое испытывала мать, слушая рассказ своей дочери на очной ставке, несомненно, повлияло на поведение обвиняемого, который раньше держался нагло и утверждал, что половой акт был добровольным. Очная ставка закончилась тем, что, сознавшись, обвиняемый раскаялся в совершенном преступлении и просил прощения у потерпевшей и ее матери за то горе, которое он им причинил». По справедливому, на наш взгляд, замечанию С. Г. Любичева, «не следует на основе этого случая выдвигать общую положительную рекомендацию практике. В ходе указанной очной ставки не только мать допрашиваемой должна была страдать, но и потерпевшая, вынужденная рассказывать о совершенном над ней насилии в присутствии матери, должна была особенно тяжело переживать происходящее. Подобная очная ставка не согласуется с этическими требованиями бережного отношения к человеку и не может быть оправдана тактической целесообразностью» [58] .

Следователь должен быть уверен в необходимости проведения очной ставки еще до начала планирования предстоящего следственного действия, а его уверенность должна быть подкреплена вескими основаниями.

Принимая решение о проведении очной ставки с участием несовершеннолетнего обвиняемого, следователю необходимо помнить, что такое следственное действие сопровождается дополнительной эмоциональной нагрузкой и носит исключительный характер с точки зрения морали. Поэтому, если существует возможность устранения существенных противоречий посредством других следственных действий, например посредством повторного допроса, то следователю необходимо отказаться от ее проведения, поскольку очная ставка сопровождается конфликтом показаний, что может вызвать у допрашиваемых лиц стрессовое состояние.

С. Г. Любичев, анализируя подобную ситуацию, справедливо отмечает, что проведение очной ставки нередко вызывает эмоциональную напряженность ее участников. Это в ряде случаев может привести к серьезной душевной травме одного из них. Поэтому мораль требует от следователя (дознавателя) осторожного подхода к решению вопроса о проведении очной ставки между обвиняемым и потерпевшим, который испытал в связи с совершением преступления сильное эмоциональное потрясение. Решая вопрос о проведении очной ставки, следователь обязан учитывать обстоятельства конкретного дела, личность допрашиваемых, существующие между ними отношения и их эмоциональное состояние в момент совершения преступления. В тех случаях, когда очная ставка может иметь тяжелые отрицательные последствия для потерпевшего, отказ от ее проведения будет нравственно оправдан [59] .

Знание характерных для личности несовершеннолетнего обвиняемого свойств и качеств необходимо в криминалистике по нескольким причинам: во-первых, в научно-познавательных целях; во-вторых, для достижения целей прикладного характера [60] . Изучение особенностей личности обвиняемого, в том числе несовершеннолетнего, является одним из базовых направлений познания в разделе криминалистической тактики.

Наибольший интерес представляет анализ личности несовершеннолетнего обвиняемого с точки зрения криминалистической тактики, так как подобный анализ существенно влияет на процесс подготовки и ход проведения очной ставки с его участием.

Несовершеннолетний обвиняемый является не только уникальным носителем криминалистической информации, но и особой процессуальной фигурой, что требует от следователя его тщательного изучения при подготовке и проведении следственных действий с участием таких лиц.

Несмотря на это, лишь 69 % из опрошенных нами следователей всегда изучали личность несовершеннолетнего обвиняемого перед проведением очной ставки, 21 % делают это нерегулярно, а 4 % следователей и вовсе не изучают личность подростка.

Для более целостного понимания личности несовершеннолетнего обвиняемого необходимо определить, что же такое личность человека вообще.

Энциклопедическая трактовка личности раскрывает человека как субъекта отношений и сознательной деятельности [61] . Как видно, личность человека – понятие многоплановое и многоаспектное.

Поэтому, как верно отмечает И. А. Макаренко, «личность изучается как в философском, психологическом понимании, так и с учетом прикладных отраслевых исследований, в том числе уголовной и уголовно-процессуальной науками, криминологией, криминалистикой и др. Разница заключается в предмете исследования. Если философия и психология изучают личность человека в целом, то спецификой наук криминального профиля является изучение личности человека, так или иначе участвовавшего в преступлении (подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля и других участников)» [62] .

В рамках же криминалистического исследования личности основной акцент делается на изучение таких качеств и свойств человека, которые так или иначе влияют на ее преступную деятельность.

Основоположник науки криминалистики Г. Гросс утверждал, что невозможно успешно раскрыть преступление без использования познаний о человеке. Это представляется логичным в силу того, что все тактические приемы, используемые в криминалистике, в той или иной степени основаны на знании закономерностей поведения человека и его психики. Криминалистика, по мнению Г. Гросса, должна изучать «вещественные доказательства, поступки и явления в уголовном деле, характер и психологические особенности, привычки, способы действия лиц, участвующих в уголовном процессе» [63] . Подчеркивая значимость криминалистического исследования личности, Г. Гросс указывал, что необходимым условием «точной деятельности судебного следователя является основательное знание человека как основного материала предварительного следствия» [64] .

Личность преступника в криминалистическом ее понимании представляет собой устойчивую криминалистически значимую совокупность психофизиологических свойств и качеств, мотивационных установок, эмоциональной и рациональной сфер человеческого сознания и его преступного поведения, отразившихся в следах преступления в процессе его подготовки, совершения и сокрытия [65] .