Чтение онлайн

Щенсный подошел к машине и отворил дверку. Заглянул внутрь. Кто и когда оставил здесь машину? И почему? Заметил разложенные в машине вещи, плед, небрежно брошенный на сиденье, несколько окурков в пепельнице, термос и сверток, в котором, вероятно, была еда на дорогу.

— Надеюсь, никто не убил водителя, — полушутя сказал Полоньский. — Но отсутствует он давно. Обрати внимание, уже три дня не было снега, а машина вся белая. Думаю, стоит здесь по крайней мере со вторника. Ага, вот и газета! — Он взял в руки «Жиче Варшавы». — Выпущена в понедельник! Это значит седьмого декабря, а сегодня у нас одиннадцатое.

Сержант огляделся вокруг, пытаясь найти следы человека, который отошел от машины и до сих пор не вернулся. Но поляна тоже была вся засыпана снегом, на котором виднелись только треугольные отпечатки птичьих лапок.

— Нужно тщательно обследовать «фольксваген», — сказал майор. — Может, это нам что-то прояснит.

Вдруг Маг, без интереса обнюхивавший очередной валун, взъерошил шерсть и зарычал. Яблоньский подошел ближе. Собака остановилась у большого, толстого дерева, лежавшего среди камней. Оно сломалось, видимо, от порыва ветра, ствол весь прогнил — дерево было старым.

— Что там, собачка? — Сержант наклонился над деревом. — Что ты там вынюхала?

Маг громко тявкнул, приставив черный влажный нос к потрескавшейся коре, какое-то время принюхивался, а потом неожиданно стал рыть землю под деревом и лаять. Яблоньский присел на корточки рядом с собакой, но не заметил ничего интересного.

— Может, в подземелье водятся лисицы? — заметил капитан.

Тем временем Турский выбрался из машины, огляделся вокруг. Местность являла собой совсем иную картину, не такую, какую он застал здесь несколько лет назад, когда археологи разбили в Урочище свой лагерь. Тогда стояло лето, кругом все зеленело, камни взросли высокой травой и кустами дикой малины. Но, видно, что-то отложилось в его памяти, потому что Турский приблизился к поваленному дереву, посмотрел вверх, на кроны трех сосен, растущих здесь же, одна подле другой, и сказал:

— Подземелье тут, где лежит сломанное дерево. Собака нашла вход. Но нужно оттащить ствол. Не знаю, справимся ли?

— Во всяком случае, ты будешь только смотреть, — решительно сказал Щенсный. — Не хочу, чтобы на моей совести была твоя нога. Иди в «Полонез» или присядь в сторонке на камень. Думаю, втроем мы справимся. Ты уверен, что это именно здесь?

— Да. Помню, я сидел тогда вот на этом валуне, словно обтесанном с одной стороны топором. Под стволом должен быть… впрочем, отодвиньте, и я покажу.

Выяснилось, что багажник «Полонеза» содержит уйму нужных предметов, среди которых оказались толстый, приличных размеров железный стержень, трос и гвозди, даже молоток и топор. «Полонез» принадлежал полковнику Даниловичу, а начальник отдела умел все предвидеть.

Примерившись к стволу, они подложили лом, зацепили трос за торчавшие ветви. Вначале дерево упорно сопротивлялось, затем дрогнуло и переместилось на несколько сантиметров в сторону. Тогда Маг, внимательно следивший за их действиями, неожиданно сел и завыл. Протяжно, жалобно.

— Что это с собакой? — рассердился капитан.

— Смотрите! — шепнул Щенсный.

С одной стороны кора дерева была ободрана, посыпались мелкие опилки. Потом на землю упал перочинный нож. Присутствовавшие замерли, не зная, что бы это значило.

— Продолжаем! — бросил майор.

Еще несколько сантиметров — и показалась рука. Серые, сведенные судорогой пальцы выглядели как кисть, отбитая у памятника. Они молча посмотрели друг на друга и потянули за трос. Освободив дверь, медленно открыли ее, с внутренней стороны в замке торчали ключи. На полу, скрючившись, лежал человек, ноги прижаты к подбородку, одна рука тянулась к отверстию, другая была бессильно опущена.

— Пасовский! — воскликнул Щенсный, не веря собственным глазам. Дотронулся до тела, хотя и так было ясно, что человек умер много часов назад, возможно, и несколько дней.

Турский доковылял до двери и с удивлением произнес:

— В то время здесь все выглядело по-другому! Кто-то обставил помещение. Смотрите, стол, стул, даже сейф… Гляньте, это же настоящая сокровищница!

Через открытую дверь в подземелье проникал свет. Сержант подпер ее куском железа, чтобы снова не придавило вход. Они поочередно осмотрели разложенные на столе драгоценности, огарки свечей, пустые полки и ящики сейфа, а затем долго глядели на окоченевшее лицо человека, который собрал здесь все это, но в последние часы своей жизни не смог ни утолить этим голод, ни согреться, ни вырваться из подземелья.

Майор вытащил из кармана пиджака погибшего документы, положил на стол. Тут был паспорт, выписанный на имя Казимежа Пасовского, и командировочное предписание на посещение соседнего городка. Кроме того, в карманах куртки и пиджака находились большие суммы денег в долларах, фунтах стерлингов, а также польских злотых. Под рубашкой, в мешочке, у Пасовского были спрятаны еще часть иностранной валюты и два слитка золота.

— Ну, набил карманы! — пробурчал Турский. — Откуда у инженера такое богатство?

— Это был вообще не инженер, — сказал Щенсный. — Выступая в роли Якуба Уража, он скупал все эти доллары, золото и драгоценности. Меня удивляет только… — Он замолчал, задумался. — Богдан, — майор посмотрел на Полоньского, — внимательно посмотри, что лежит в «фольксвагене».

— Что конкретно там искать?

— Видишь ли, он ведь не мог выехать за границу без паспорта. А здесь его нет.

— Может, он направлялся совсем и не за границу?

— А куда? С этим всем? — Он показал рукой на стол. — Впрочем, мы сейчас убедимся. Думаю, паспорт спрятан в машине.

Через четверть часа Полоньский принес в подземелье паспорт на имя гражданина ФРГ Генриха Вернера с вклеенной фотографией Пасовского, значительную сумму денег в долларах и чемодан. В нем была одежда, белье, обувь и туалетные принадлежности — все иностранное, а также западногерманские газеты, водка и сигареты.

— Судя по газете «Жиче Варшавы», выпущенной в понедельник, Пасовский, видимо, приехал сюда седьмого, — сказал Яблоньский. — Пять дней… Он мог выдержать голод, но не мог обойтись без воды. Кроме того, замерз. Ну, и не было никакой надежды выбраться наружу. Он попытался перочинным ножом проделать дыру в дереве. Сизифов труд. Ужасная смерть!

Щенсный поспешно отвернулся, глаза его заблестели.

— Здесь, на этой поляне, — сказал он, — Пасовский убил Данеля Мрозика. Мы уже не узнаем почему, но многое указывает на то, что парень погиб совершенно ни за что. Можно предположить, что он застал Пасовского, когда тот что-то делал в подземелье или вообще в Урочище, и был убит, так как оказался нежелательным свидетелем. А все эти драгоценности, доллары, золото добыты кражами и взломами.

— Я забыл тебе рассказать, — вмешался Полоньский, — мы раскрыли вчера группу наркоманов. Они сознались, что Пасовский поставлял им психотропные вещества. Он, правда, не называл своей фамилии и старательно скрывал данные о себе, но однажды они проследили за ним, когда он возвращался домой. Они опознали его и на снимках. Теперь понятно, для кого Завадовский крал наркотики. Ну, это уже точно конец… — Он замолчал, глядя на застывший, скрюченный труп.