Чтение онлайн

Я встал и кинул бумажник ему на грудь.

— Ублюдок, — бросил я и направился в комнату в доме, которой боялся больше всего.

Я глубоко вздохнул, стоя посреди кухни, и покачал головой. Затем подошел к шкафчикам под раковиной. Быстро порылся в них, убрав толстую паутину, прежде чем нашел то, что искал. Я вытащил большой черный ящик для инструментов из-под кучи заплесневелых кухонных полотенец и поставил его на кухонный стол. И поймал себя на том, что подумал в этот момент о своем брате. Почувствовал, как мое сердце забилось быстрее, но заставил себя выкинуть все мысли из головы. Я открыл ящик с инструментами и схватил мощную дрель.

— Подойдет, — вздохнул я.

Намотав шнур питания дрели вокруг руки, я направился обратно к русскому, который то приходил в себя, то терял сознание. К счастью, он лежал рядом с розеткой, и я улыбнулся. Пришло время «поработать».

Не говоря ни слова, я наклонился, подключил шнур питания и включил дрель. Пронзительный шум эхом разнесся по всему дому и русский, лежащий на полу, дернулся. Он повернул ко мне голову и начал умолять.

— Нет! Нет! Что ты делаешь!

— Хочешь, чтобы я сбегал в хозяйственный магазин за бензопилой? Неблагодарный мудила.

Я взял дрель и направил ее к его голове, пока не вспомнил, что тоже хотел немного «повеселиться». Я встал, подошел к своим черным сумкам, лежавшим у входной двери, и достал оттуда соль.

— Почему Босс и Жарков работают вместе? — спросил я, спокойно подходя к русскому и держа в одной руке контейнер с солью, а в другой — дрель.

— Я не знаю! Пожалуйста! Нет! — русский просил, умолял меня о пощаде, но я не хотел жалеть.

Я спокойно включил дрель в розетку и опустился на колени рядом с русским.

— Даю тебе последний шанс заговорить, — сказал я, включив инструмент.

— Нет! Нет!

Я направил дрель ему в правый глаз и просверлил. Кровь со слизью хлынули из его глазницы, и мужчина закричал в агонии.

— Говори.

Мудак закричал еще сильнее.

Тогда я насыпал соль теперь уже в пустую глазницу.

Воплей стало еще больше.

— Не хочешь говорить? Отлично.

Я отбросил контейнер с солью в сторону и воткнул сверло в его левый глаз, а затем дальше, в череп. Крики бандита мне нравились, поэтому я двигал дрелью туда и обратно, все глубже погружаясь в череп. Осколки костей, куски мозга и кровь брызнули мне на лицо и на стену. Затем я стал просверливать его локти, колени и бедра, пока, наконец, сверло не сломалось.

— Черт!

Я вернулся к своим черным сумкам и вытащил брезент. Развернул его на полу, достал свой пистолет, прицелился в русского и нажал на спусковой крючок, выстрелив три раза. Затем убрал пистолет за пояс, опустился на колени рядом с бандитом и, тяжело дыша, затолкал его массивное тело на брезент. Я завернул его и повторил процесс с двумя другими трупами.

Я нашел скотч в одном из кухонных ящиков и плотно обернул брезенты, словно мумии. Уже собирался вытащить тела наружу и погрузить в машину русских, когда вспомнил про сотовый телефон, принадлежавший толстяку.

Я пролистал его контакты в телефоне, пока не нашел «Ж». Набрал номер и взглянул на три тела, завернутые в брезент.

— Эй, Сергей! Почему так долго?

— Сергей мертв.

— Кто это?

— Начинай замаливать свои грехи, Жарков. Это Зверь. Скоро увидимся.

И бросил трубку.

Глава 23

Я ехал по Мэйн-стрит в «Мустанге» Ганнера.

Днем улица была оживленной. Птицы сидели на крыше пекарни, щебеча над пешеходами. Маленькие дети хватали матерей за руки, отчаянно пытаясь затащить их в кондитерский магазин Аптона. Одна маленькая девочка в ярко-желтом платье, казалось, источала солнечный свет, выкрикивая:

— Хочу конфет! Хочу конфет!

Старики сидели на улице на раскладных стульях, кто-то курил, кто-то потягивал кофе из дорожных кружек. Пожилой мужчина в дешевом сером костюме помахал мне рукой. Я кивнул в ответ.

Я доехал до кафе и припарковался.

На стеклянных стенах кафе красной краской было написано меню. Я прочитал фирменное блюдо: «Мясной пирог от бабушки Нормы, лучший в мире!». Оно все еще было в списке, хотя цена выросла с полутора долларов до шести. На тротуаре перед кафе, в основном стояли домохозяйки и матери-одиночки, большое количество которых невозможно было не заметить.

Кто-то постучал в боковое окно моей машины.

Я моргнул и обнаружил за окном Тесс. Она подала мне знак, чтобы я открыл дверь. Перегнувшись через консоль, я нажал на кнопку. Тесс села рядом со мной и заглянула на заднее сиденье. Увидев, что ее чемодан на месте, одобрительно кивнула головой.

— Мм-м, ты хорошо пахнешь. Как мыло и… отбеливатель. Ты еще и переоделся. — она наклонилась и крепко обняла меня.

— Пришлось помыться и переодеться.

— Ты всегда носишь одно и то же, — хихикнула она. — Все черное.

— На черном не видно крови.

Она игриво закатила глаза.

— Черная футболка, черные джинсы, черные ботинки, черные… боксеры?

Я повернулся к ней и подмигнул.

— Где твоя кожаная куртка?

— На заднем сиденье. Ее тоже нужно почистить.

— Итак… все в порядке? Я уже начала волноваться, ты долго не возвращался.

— Нужно было прибраться и съездить на озеро Рейнджли.

— Зачем?

— Русские захотели заняться дайвингом… на своей машине.

— В озере? — Тесс наморщила лоб. — Э-э-э… Даже спрашивать не хочу.

Я злобно ухмыльнулся, проведя рукой по мокрым волосам.

— Подожди. А как ты добрался сюда с озера?

— Милая пожилая леди подвезла меня обратно к дому мисс Джонс, — ответил я, посмотрев в окно. — Она напомнила мне кое-кого особенного, кого я когда-то знал.

Тесс буквально заставила себя улыбнуться.

— Ну, рада, что с тобой все хорошо, я чертовски переживала, — призналась она.

— Где мисс Джонс?

— Она предупредила, что переночует в мотеле, а завтра вернется домой. — Тесс облизнула губы, и мои мысли переключились с насилия на то, как идеально она выглядела прямо сейчас. Джинсы плотно облегали ее задницу, делая восхитительные ягодицы сочнее, чем когда-либо. — Она сказала, что скоро уедет, буквально через пару дней.

— Наверное, это к лучшему, — сказал я и повернул ключ. Двигатель ожил, издав громкий звук. — Пора убираться из этой чертовой дыры.

Я переключил передачу и тронулся с места, проезжая через центр Аптона и направляясь к дороге, ведущей в Южный Бостон. Краем глаза я наблюдал за Тесс.

— Русские что-нибудь сказали? — спросила она, когда мы проезжали мимо знака, на котором было написано: «Вы покидаете Аптон. Надеемся, вам здесь понравилось!»

— Да. Я знаю, у кого мои гребаные деньги.