Чтение онлайн

А что же потом было? Саня напился. Девчонки требовали еще поиграть с ними. Лекс вышел на террасу подышать воздухом. Компанию ему составили Ал и Ляля. Ал неплохой парень на самом-то деле. Но отчего же хочется рычать, думая о нем?

– Я же его убил!
– закричал Лекс, хватаясь за голову.
– Убил! Придушил. А потом убежал.

Что было дальше вспомнить ну никак не получалось и каким чудом он добрался до этой квартиры и вовсе непонятно. Он же был без ключей. Естественно без ключей, он ведь был даже без куртки и обуви! В чужих домашних тапках.

По коридору за дверью кто-то прошел. Хлопнула дверь, возможно в ванную комнату. Может у соседей.

– Кажется наш соня проснулся, - донеслось из-за двери. Именно из-за двери, а не из-за стены.

Лекс зарычал, так как ему показалось, что было сказано “Саня”. Но все же он вздохнул с облегчением. Ал живой. А значит ему все приснилось. И значит он никакой не музыкант, и девчонки не его фанатки. Но это также значит, что и не было никаких девчонок. Лекс тяжело вздохнул.

– Стоп!
– воскликнул Лекс и резко сел.
– У того мальчонки конечно писклявый голосок, но все же не девчачий.

– Сам с собой разговаривает, - донеслось откуда-то издалека.
– А что, котлетки-то пожарились?

– Вот-вот подойдут. А как там картошечка?

– Готова. Толкушку не видела?

Далекие голоса Лекс слышал так четко, будто говорящие стояли над его кроватью. Точнее над диваном. Но при этом он точно знал где они - на кухне около плиты. И он точно знал, кто они - двое подружек Ляли.

– Ну хватит там уже сопеть, - проговорила одни из них, обернувшись через плечо.
– Сюда иди. Разговор есть. И котлетки,

Котлетки были весомым аргументом для человека, чей желудок уже начал переваривать внутренности.

– Да что же это такое-то, а?
– вздохнул Лекс и принялся выбираться из постели.

Пришаркав на кухню, Лекс выпучил глаза и тяжело опустился на стул.

– Сашенька! Наконец-то ты проснулся, - сказала Аля, поворачиваясь.

– Ох, ну и устроил ты вчера, - сказала Лиля, глянув через плечо.
– Толчонку с котлетами будешь? Конечно будешь. Представляю, насколько ты голоден.

Лекс запоздало кивнул.

Выпучивать глаза и подвисать было от чего. Обе девушки были облачены в его футболки. И все. А он ведь ничего не помнил. Абсолютно ничего. Ну то есть не совсем. Но ничего такого точно нет в памяти.

Зажмурившись и даже схватившись за голову, Лекс поднапряг память. Вот его пальцы сжимают горло Ала. Вот он хрипит и закатывает глаза. Тщетно хватается за его руки. Вот руки Лекса разжимаются и Ал падает. И он не дышит. Вот Лекс бежит по незнакомым улицам. Падает. Поднимается. Опять падает. И дальше пустота. Обидно, однако.

Большая тарелка с пушистым картофельным пюре и десятком котлет появилась вдруг перед ним. А в следующее мгновение Лекс уже резво орудовал ложкой. Девчули сели напротив него со своими тарелками и на двоих у них было наложено вчетверо меньше, чем у Лекса. Его это немного смутило, но остановиться он был не в силах.

Когда с едой было покончено, со стороны Лекса, Лиля, сидевшая с краю, вспорхнула с табуретки и принялась наливать чай и доставать из ящиков и ящичков разные вкусности. Делала она это ток шустро и умело, что меньше чем через две минуты перед Лексом стояла титанических размеров кружка с крепким чаем с молоком и сахаром, и еще более огромная вазочка с конфетами и печеньем. Сами же девчули к тому времени не съели и по половине котлетки.

Лекс будто против воли присосался к кружке, периодически закидывая в рот очередную горсть конфет или печенья.

– Ну, теперь можно и поговорить, - сказала Лиля, немного отодвинув свою тарелку, хотя на ней до сих пор еще оставалась четвертинка котлетки и немного пюре.

Аля и вовсе клевала как птичка.

Лекс поперхнулся.

– Ты кушай-кушай, - сказала Лиля.
– Может тебе булочек дать? Мы купили пару килограммов.

Лекс покачал головой.

– Так вот, теперь можно поговорить о серьезном.

– Я ничего не помню, - выпалил Лекс, - поэтому не честно будет обвинять меня в домогательствах. И жениться я ни на ком не намерен.

И Лиля и Аля недоуменно захлопали реснцами, потом переглянулись и захихикали.

– Мы не об этом должны поговорить, - сказала Лиля, когда они с Алей наконец-то прохихикались.
– Лекс, - совсем другим голосом сказала Лиля.
– Ты убил человека, а так делать нельзя, и то, что ты теперь оборотень тебя нисколько не оправдывает. А точнее, как там в уголовном праве? Это является отягчающим обстоятельством.

Лекс страстно возжелал, чтобы придуманное им домогательство было реальным. И даже жениться он был уже готов сразу на обеих.

– Ты убил Ала, - продолжала Лиля, а перед глазами Лекса вставала картина того самого убийства.
– Я понимаю, оборотни резки на расправу, у них горячая кровь, которая и вовсе вскипает от любого чиха. Но так нельзя делать, если ты хочешь продолжать жить среди людей.

– Меня посадят, - печально вздохнул Лекс, почти взвыл.
– А как я стану известным рок музыкантом, если проведу в колонии следующие двадцать лет?

– Еще один чокнутый музыкант на наши головы, - вздохнула Лиля, а Аля мелко-мелко закивала.
– Все с Алом в порядке, и поэтому тебя не посадят.

– В смысле?
– Лекс недоуменно разинул Лекс.
– Я же его убил. Он умер! Он не дышал, я помню. Или вы имеете в виду, что прикопали труп? И вы теперь будете меня шантажировать.

– Да умер-умер. Так что не совсем с ним все в порядке. Пришлось его оживлять. Ляля постаралась. Так что уж если кто и будет тебя шантажировать, так это она.

– Придется жениться на ней?
– спросил Лекс, хотя спросить он собирался совершенно о другом.

– Ха-ха-ха, Сашенька, ну ты жжешь, - захохотала Аля.
– Ляльку тебе никогда не соблазнить.

– Да, - поддакнула Лиля.
– Да и не ради тебя она все это сделала. У нее с Алом какие-то родственные отношения. Не важно. В общем, как ты понимаешь, дальше здесь жить ты не сможешь. Вряд ли Алу будет приятно тебя лицезреть хотя бы изредка. Хотя кто его знает. Так что иди собирай вещи на всякий случай.