Чтение онлайн

Со скрипом присев, Саня обнаружил, что до того лежал на составленных в ряд табуретках, и что его нос разминулся с мышеловкой огромного размера едва ли на тридцать сантиметров. Пол оказался еще менее мягким чем табуретки. Да еще и дуло откуда-то. Но отнюдь не это стало решением, что пора вставать. Жажда! Всему виной была именно она.

Саня встал и пошатнулся. В глазах потемнело, а так как в неведомой комнатушке без окон и без того было темно, то будущий великий музыкант почти что ослеп. Но отнюдь не это обеспокоило его в данный момент, а то, что ноги его не держали и голова шла кругом. И жажда! Невыносимая и просто умопомрачительная.

Аккуратно ощупав все стены, он отыскал свободную от полок, а уже в ней отыскал дверную ручку. Как раз к этому моменту головокружение немного прошло, и он сумел притворив за собой дверь.

Миновав коридорчик, он завернул за угол и вошел в ближайшую дверь. За столом посреди кухни, а это наверняка была именно кухня, как думалось Сане, правда он не отдавал себе отчета в том, почему ему так кажется, сидели четверо. В одном из них он сумел узнать Мишку. Среди троих прочих было двое девчонок, и одна из них очевидно была Кариной, потому что ее фырканье он ни с чьим бы не спутал. Двоих других он кажется видел прежде, но уверенности в этом не было.

Застыв на пороге, Саня оглядел помещение. Все казалось таким безысходным, до ужаса. Ничего похожего на раковину, к которой прилагался бы кран с водопроводной водой, не было. Ни одной бутылки. Ни кувшина, ни ведра, ни даже чайника. Даже стекла в окнах и те сухие были. Саня, облизав пересохшие губы, попытался сглотнуть. Тщетно.

Четверо восседающих, почти полностью закрывая все, что может быть стояло на столе, от звуков шагов и возможно стона разом повернулись. И тут Мишка истерично заржал. Мгновением позже к нему присоединилась Карина.

Мысленно пообещав себе разобраться в этой ситуации, Саня словно на костылях проковылял к столу. Опытным глазом осмотрел все что стояло на нем, легко вычленив все жидкости. У сидевшей ближе всего к нему малознакомой девицы он выхватил из рук кружку и залпом осушил.

– Чай, - печально констатировал Саня, отставляя кружку прочь. – Докатились.

А Мишка и Карина тем временем продолжали надрывать животы. И теперь уже к ним присоединились и двое неопознанных. Саня глянул на них, и убедился, что на новогодней вечеринке они были, но хоть убей не помнил ни одного имени.

– Саня, как ты себя чувствуешь? – спросила неизвестная девица.

– А что это с… ним? – поинтересовался не менее неизвестный хоть и знакомый на лицо молодой человек.
– Это кто вообще?

– Я - Саня, - буркнул будущий великий музыкант.

– Так а я не понял, - проговорил парень.
– Это девочка или мальчик? И что он… оно делало в чулане?

Незнакомка, мелкая и светленькая, залилась тоненьким смехом. Карина и Мишка уже просто задыхались от смеха, и даже покраснели от натуги.

Саня вспомнил, что никакая это не незнакомка, а хозяйка дома - Ляля кажется.

– Я музыкант, - опешил Саня, а его правый глаз зашелся нервным тиком. – А что…

– А что это на тебе? – спросил парень. – Платье что ли?

И это действительно было платье - предновогодняя шутка Карины и ее товарок. Между прочим Саня сам виноват, что, во-первых: достал девчонок своими салатиками и выпивкой, а также тем, что съел все куриные бедрышки; а во-вторых тем, что напился и вырубился. А позже они вообще о нем не вспоминали.

Холодной рукой пытаясь унять дергающееся веко правого глаза, Саня оглядел себя. К правому глазу в своеобразной светомузыке присоединился левый.

Бледно розовое платье почти до пола, с кружевами, на бретельках и с бантами на плечах. И оно все, будучи в блестках, пайетках и стразах, переливалось в лучах заходящего уже солнца подобно бриллианту.

– Это у него такой сценический костюм, - заржал Мишка.

– Так он что, правда музыкант?
– спросил неизвестный парень.

Его имени Саня вспомнить никак не мог, хотя точно помнил, что помимо самого Сани и Мишки на вечеринке было всего лишь еще двое мужеского пола. Вот же память дырявая.

– Пить хочешь?
– спросила Ляля.

– А что-то кроме чая есть?
– спросил Саня.

В одно мгновение позабыв, во что облачен, Саня выудил из-под стола табурет и уселся на него.

– Есть.

Ляля встала и отошла к холодильнику. Побрякала чем-то, побулькала.

– Вот, тебе понравится.

– Это не спиртное, - выдал сходу Саня, но от питья отказываться не стал - осушил залпом.
– Не спиртное, но ничего так. Даже освежает. Это что-то от похмелья?

– Не совсем, - ответила Ляля.
– Еще налить?

– А может коньячок есть?
– с мольбой в голосе поинтересовался Саня.
– Мне бы рюмочку. И не нужны будут никакие ваши антипохмелины.

– Ты не хочешь добавки?
– удивилась Ляля, указывая на опустевший стакан перед Саней.

Красные потеки на нем навевали на мысли о томатном соке, но это явно был не он.

– Почему не хочу?
– попытался воскликнуть Саня.
– Хочу. Только можно мне добавку коньяком?

– Ну вот, проговорила Ляля, выуживая из стола приятную темнобокую бутылочку. Еще один уникум. Хотя конечно на живых людях мы вас еще не проверяли. И стоит с этим погодить.

– Ты про что это Ляля?
– спросил парень, имя которого Саня никак не мог вспомнить.
– Кто уникум?

– Он, да и ты тоже!
– воскликнула Ляля.
– Представляешь, вампир от крови отказывается!

– Где кровь?
– ужаснулся Саня, потом, после секундной паузы с отвращением уставился на стакан перед собой.
– Это кровь?

– А то есть с тем, что я назвала тебя вампиром, тебя не беспокоит?
– спросила Ляля.

– Да у меня сейчас такой видок, - скривился Саня, - что меня и мертвяком назвать можно.

– Не. Мертвяк - он, - Ляля кивнула на паренька.
– А ты - вампир. Самый настоящий. Так тебе крови подлить? Ничем другим ты свою жажду не утолишь.

Саня вскочил и попятился, глядя на указывающую на стакан Лялину руку, и на сам стакан, и в итоге кувыркнулся через табурет.

Глава 32. Саня и его новая ужасная жизнь

Припомнив события вечера первого дня в этом году, хоть и с трудом, Саня заскрежетал зубами. Жизнь его теперь представляет какой-то сюрреалистический трэш-декаданс спектакль. И от этого у него тотчас разболелась голова. А еще в горле, будто он этого раньше не чувствовал, все буквально ссохлось от жажды. И он понимал, что это непростая жажда. И хоть ему и не хотелось потрошить людей пачками, и даже штучно, кровушка ему была нужна. Ну по крайней мере в этом его уверяла Ляля, а Карина поддакивала. Но для начала хотелось хотя бы воды.