Чтение онлайн

– Да не хочу я нападать на людей. На вас же вон, никакого желания нападать нет.

Девчонки на разные голоса засмеялись, причем от души.

– А где ты здесь людей-то увидел?
– хихикнула Люля.

– Я точно поняла, что ты нас увидел такими, какие мы есть, - поддакнула ей Леля.
– И хочу отметить, что тебе не показалось. Я вот к примеру Алконост, а Люля - Гамаюн и перья на наших мордашках тебе не показались.

Девчонке все разом заугукали.

– Да-да, - подтвердила Ляля.
– Я - кикимора. Ну-ка не смейся, а то я разом тебе покажу, почему про нас молва нехорошая, - глаза ее откровенно засветились синим светом.

– Я всегда думал, - хихикнул Ал, - ну в смысле не думал конечно, но мне казалось, что кикимора должна быть зеленая.

– Так это болотная!
– Ляля назидательно указала пальцем в потолок.
– А я домашняя. Лёля у нас Полудница. То-то вон у нее глаза закрываются. Вообще чудо, что она с нами в столь поздний час. А Оля - Берегиня. Думаешь просто так она тебе салатики подкладывала. Заботливость у нее в крови. Ну то есть не в крови конечно. А Карина вот русалка. Тоже не так давно была обычным человеком. А потом неразделенная любовь…

– Попрошу без подробностей, - пробурчала Карина.

Ал все сильнее и сильнее выпучивал глаза.

– А Марго - белая баба, - прошептала Люля.
– Только ты при ней этого не говори. Не любит она это прозвище. А Аля у нас Шишига, - добавила она куда громче.
– А Лиля самая настоящая Баба Яга.

– Какой ужас, - прошептал Ал.

– Я тоже так думаю, - согласилась с ним Люля.
– Только ты это Лильке не ляпни.

Ал еще сильнее выпучил глаза.

– И зачем я к вам пошел вообще? Сейчас был бы жив здоров, - вздохнул Ал.

– Ну это вряд ли, - хмыкнула Ляля.
– Оборотня-то, который тебя придушил, ты с собой притащил. Кстати странно, что он тебя придушил, а не разодрал.

– Что? Оборотень? Лекс?

– Он самый.

– Какой ужас!
– воскликнул Ал.
– Тут люди-то вообще есть?

– Здесь? Нет, - хихикнула Люля.
– Мишка и тот Полевик, а Саня - вампир.

Глаза Ала стали еще больше.

– А где-нибудь вообще люди есть?

– Ну… - протянула Ляля, поменяв позу.
– в Неведомово на всю округу процент нечисти самый высокий. Но все же людей больше. Намного. Вообще слишком много нечисти в одном месте - взрывоопасная смесь.

– И как меня угораздило в вашу компанию затесаться?
– задался вопросом Ал, вцепившись в волосы.
– Зачем я вообще сюда приехал? В этот забытый бо…

– Цыц. Не поминай Его в суе. Меня твоя бабушка попросила за тобой присмотреть, - пожала плечами Ляля.
– А приехал ты за наследством. Все же трешка даже в таком захудалом городке на дороге не валяется.

– В смысле попросила? Перед смертью?

– Эх. Рано тебе еще знать об этом, - вздохнула Ляля.
– Но в текущих обстоятельствах… Жива твоя бабушка. Такую сильную ведьму даже при большом желании со свету не сжить. Она на омолаживающие процедуры уехала. Они довольно дительные. Там масса ритуалов всяких. А потом она займется новыми документами.

Удивление в глазах Ала сменилось откровенным ужасом.

– Да ты не бойся. Квартиру она обратно не заберет. Говорю же, документы она поменяет, и по букве закона перестанет быть твоей родственницей. Так что и к квартире отношения иметь не будет.

Ужас из глаз Ала никуда не делся.

– Моя бабушка ведьма?
– прошептал он.
– И она попросила за мной присмотреть?

– Угу, - подтвердила Ляля.
– Годам к сорока она хотела начать учить тебя, и ты бы стал ведьмаком, может даже посильнее Василия Семеновича, хотя конечно он и не человек, но и ты бы перестал им быть. Короче, тут все запутанно. Так вот, ты был бы очень сильным Ведьмаком. А теперь. Эх, открутит мне головешку твоя бабуля, когда узнает, что ты теперь мертвяк.

– И что мне теперь делать?
– спросил Ал после минутного молчания.

– Что-что, дальше жить. А бабуля твоя себе нового внука сделает. И не одного. Глядишь кто-то и с даром попадется.

– Дар?
– переспросил Ал.

– Дар-дар. Абы кого колдовству не обучишь.

– И как теперь жить? Я же неживой теперь. Да еще и дар, считай, профукал.

– Живой ты, просто… альтернативно живой. А дар. В этих делай я не особо соображаю. Но думаю он никуда не делся. Но ты же как бы не человек. Так что не знаю. Может придется идти к твоей бабуле на поклон. Хотя думаю сначала стоит дождаться, когда у нее все процедуры закончатся. Она тогда будет намного добрее, чем в последнее время. А ты к тому времени освоишься.

– В смысле освоюсь?
– Ал вопросительно уставился на Лялю.

– Ну хотя бы научишься не бросаться на людей, когда голодный.

– Да не хочу я ни на кого набрасываться.

– Ой ли, - хмыкнула Ляля.
– Все мертвяки всегда хотели, а ты не хочешь.

– А давайте что ли поедим?
– предложила вдруг Оля.
– А то чего мы сидим просто так?

– А давайте, - согласилась Ляля, поднимаясь на ноги.
– Только давайте на кухне. Не хочется опять все сюда тащить.

Девчонки, до того практически безмолвно наблюдавшие за Алом и Лялей, загалдели, поднимаясь со своих мест.

– Марго с Мишкой позовем?
– спросила Оля.

– Ну пойди попробуй, - хихикнула Люля.
– Можешь еще Саню попытаться поднять.

– Это точно, но мне как-то не по себе становится, когда я ем, а кто-то не ест, - вздохнула Оля и первой убежала на кухню.

– Вообще-то я здесь главный повар, - проворчала Лёля, спеша за подругой.

Глава 31. Саня и туман в голове

Отходняк у Сани был жесткий. И главное сразу пятнадцатое января наступило. Ну, то есть только через пару дней после старого Нового Года воспоминания хорошенько отпраздновавшего Сани перестали быть отрывочными, и даже наступила какая-то ясность в голове.

Саня был в своем временном жилище. Он стоял в закутке в конце коридора, который выполнял некоторые функции ванной комнаты, и смотрел на свое зеленоватое и слишком бледное, теперь уже навсегда, отражение в зеркале. От заплывших глаз остались щелки, а под ними красовались коричневатые мешки, куда за длинные новогодние каникулы залилось не меньше пары ведер спиртного - большая часть из этого как ни странно от горя. Скул у Сани видно не было совсем, зато щеки выделялись по-хомячьи. А нос как у орла, но немного покоцанный. Шея казалась тоненькой и хрупкой, а ключицы походили на две паучьих лапы. Еще бы, после того, как второго или третьего января, Карина вместе с Лялей прогнали Саню и Мишку домой, они из еды видели только штук пять плавленых сырков, два соленых огурца и палку сырокопченой. И все без хлеба, потому что на него денег уже не оставалось.

Вообще-то Саня ушел сам, а Мишка за компанию. Саня всегда и везде был инициатором.

Дело было так. Когда уже под вечер первого дня свеженаступившего года Саня проснулся без панических воспоминания о том, что его похитили инопланетяне, после того, как хорошенько замучили какие-то тайные спецслужбы, то нашел себя лежащим в небольшой темной комнате, на чем-то не очень мягком, но все же не на полу. Вокруг, хоть и было темно, виднелись тазы и ведра, какие-то многочисленные палки и доски, а также коробки и пакеты всевозможных размеров. Но главное - там было тихо и тепло. Когда Саня сумел перевернуться со спины на бок, чтобы в более удобной позе еще немного покемарить, то сразу проверил своим длинным носом пол на крепкость. Пол оказался крепче.