Один день Христофора
Шрифт:
"Хорошо, я стану камнем среди кучи камней, и что дальше?.."
От этих воспоминаний на меня опять напали тоска и уныние...
Они затягивали меня, как трясина...
Недалеко и до умопомешательства...
Слышу голоса, лай своры собак...
Откуда здесь собаки?..
Меня окружают тени охотников... похожи на эфиопов...
Что им нужно?.. вот-вот набросятся на меня...
Собаки скалят зубы...
Эфиопы тоже... смеются, издеваются...
Среди них есть женщины...
Одна из эфиопок протягивает ко мне руки, хочет доставить мне наслаждение...
Помню, Философ говорил, дунь, плюнь и бесы исчезнут... сворой они не нападают...
Я дунул и плюнул, но эфиопка не исчезла...
Я даже могу прикоснуться к ней... тело ее холодное и влажное..."
* * *
"Прошло три дня, потом девять дней...
Я все еще продолжаю существовать...
Воображение производит призраков, делает меня слепым, заставляет ощупывать воздух, стены склепа, морочит шумом, голосами, смехом, вводит в прелести и в обман...
Помню, Философ говорил, что было время, когда бесов не было...
Сжалится бог и их не будет, но мне надо быть внимательным, следить за помыслами, ослепляющими меня, чтобы не стать жертвой этой игры..."
"Я очнулся в темноте...
Место было безлюдное и странное... скалы напоминали руины города...
Помедлив, я вернулся в склеп...
Мое появление вызвало ропот среди бесов, они уже не надеялись меня увидеть...
Философ скрывался в этом склепе от преследования властей и вел беседы с богом или с бесами, явленными ему с наглядной очевидностью...
Все они в прошлом занимали высокое положение и принадлежали к изысканно утонченной элите...
Бесы уважали Философа, даже его тень...
Когда ум Философа приходил в восторг и уединял его, он странствовал где-нибудь...
Иногда я видел в его глазах слезы, когда он был восхищен каким-либо созерцанием...
Он плакал, как обычный смертный, хотя был на небесах по данной ему богом милости...
Спать он не ложился, мог заснуть и стоя...
Во сне он говорил нечто такое, что стоило слушать, тонко и основательно излагал свои мысли...
"Так и было, пока не явилась Вика..." - сказал Философ...
"Что?.." - переспросил я...
"Я говорю, Вика меня обольщала и соблазняла после смерти примадонны, наводила тоску... она заступала мне дорогу, когда я блуждал по коридорам замка в поисках примадонны... сходил с ума... я отрекся от людей... я умер для них, да и для всей жизни... живу мыслями, о которых знает только бог, ведающий всеми тайнами... а ты что тут делаешь?.."
"Живу..."
"Давно?.."
"Давно... чего ты хочешь от меня?.."
"Отгони бесов, что-то их слишком много развелось... заснуть не могу... они то плачут, то смеются как гиены..."
Появление Философа меня испугало... он, словно вышел из стены... потом появился Семен, и тоже спросил, что я здесь делаю?..
"Пишу мемуары..."
"Ты умеешь писать?.."
"Я не умею лгать?.."
"Все лгут..."
Семен боялся, думал, что я выдам его, но выдал он меня, написал донос... я вынужден был бежать из города, скрывался в замке примадонны, выдавал себя за привидение...
Помню, я блуждал по коридорам замка, забрел в подвал... и вдруг пол ушел из-под ног... я падал куда-то в темноту, в вечность... падение замедлилось, и я очнулся в комнате заставленный ненужными вещами... помню, я лег на продавленную кушетку и заснул...
Проснулся я от шепота Сони... ее укрывали ризы и розы... и вся она вызывала изумление и восхищение, такая высокая, стройная...
Никогда я не видел ее такой...
И голос у нее был чистый, мелодичный, тонко разработанный, во взгляде лукавство...
Повернувшись ко мне спиной, она смотрела на облака, плывущие вдогонку друг за другом, вдруг запела, и так мило, непринужденно..."
Соня исчезла и появилась примадонна... она изображала вакханку...
Рядом с ней я выглядел сатиром...
То, что ей открылось благодаря образованности и врожденному вкусу, я делал безотчетно...
Мать родила примадонну в Греции... еще в детстве она рассталась с отцом... он был чужд поэзии, меланхолии...
Голос девочке дали музы Греции... о боге она не задумывалась и обходилась без него... лишь потеряв голос и расставшись со сценой, она вернулась к тому, кто несет утешение...
Она была изящной язычницей, верившей музам и любви...
Я дождался ночи, чтобы встретиться с ней на паперти... мы говорили о городе, окутанном обманчивой дымкой...
Город казался миражом...
"Ты все еще искушается славой..." - спросил я...
"Откуда ты знаешь?.."
"Это открыто мне..."
"Что еще тебе открыто?.."
"Все открыто..."
"И то, что у всех ангелы-хранители, а у меня бес, да еще и хромой..."
Примадонна познакомила меня с отчимом...
Старику было около ста лет... он пользовался уважением на паперти среди нищих, увечных и слепых...
Я помог перенести старика в дом, в котором отдыхали паломники и странники... там они могли жить без дела...
Старик спал и проснулся... он подумал, что попал в рай и умер от радости...
Старик вознесся на небо, а я забрел в темное место, где меня искусали собаки...
Очнулся я в желтом доме... как оказалось, не собаки меня искусали, а сам я себя искусал...
Там меня и нашла Рая, мой ангел-хранитель... она успокоила меня своим видом... лицо у нее было светлое и бодрое, и внушало не страх, а улыбку спасения...
Мы вернулись в замок... жили мы с ним в склепе, питались тем, что находили... и все время пели псалмы...
Пение псалмов спасало меня от мыслей о смерти...
Потом мне было видение... я умер, Рая обмыла, отпела и оставила мое тело в склепе, а сама ушла в пустыню, нашла там себе расселину с пауками и мокрицами и стала жить дальше...
Жила она сначала одна, потом с некоей девой, вдовой, которая искала пропавшего мужа, где только она не была... была и в преисподней, наследила и там...