Чтение онлайн

— Не смей больше заваливаться в чужую постель без разрешения, — прорычала я. Иму усмехнулся, сверкнув глазами.

— Тебе же понравилось. Это ты первая затащила меня сюда прошлой ночью. А мне с тобой теплее, чем в гостиной, так что я не против.

— Я… я вообще такого не хотела. И в кровать тебя не затаскивала, ясно? Я же тогда пьяная была, как можно такое всерьёз воспринимать?

— Меня не интересуют детали.

— Скажи, как тебя убить? Я бы с огромной радостью. Медленно и мучительно.

— Сожалею, но ты меня даже ранить не сможешь. Если хочешь, призову призрака, или создам фантом. Можешь вымещать злость на них, когда будет необходимо.

— Нет уж, спасибо. И так обойдусь. Бедные призраки ни в чём не виноваты. Это тебя следует медленно на части разрезать.

— Как пожелаешь.

За завтраком мальчики были непривычно тихие и старательно смотрели в разные стороны. Уселись в разных углах стола, чтобы даже взглядами не пересекаться.

Зефирка болтал о пустяках, иногда отвечал невпопад, то и дело покрываясь очаровательным румянцем. Рэй, как обычно, собран, спокоен, молчалив, и вообще не проявляет никаких эмоций.

Я не поняла, после первого поцелуя разве не начинается «все счастливы, любовь до гроба, и всё такое»? Не может быть, чтобы чувства Черныша остались безответными. Дани же явно не против, или я вообще в людях не разбираюсь?

Нужно поговорить с Чернышом при удобном случае. Хотя, судя по его лицу, он даже слушать не станет.

— Мы вчера обсудили ситуацию, — без всякого дружелюбия сказал Рэй, глядя на Иму. Ага, видела я, как вы её обсудили. — Пожалуй, стоит извиниться перед тобой за ложные подозрения.

— Пожалуй, — милостиво согласился Иму.

— Это не отменяет факта, что ты принадлежишь к враждебному миру. Мы не можем полностью доверять тебе, но то, как ты повёл себя вчера, наводит на определённые мысли. У тебя есть цель, и остальное не важно, так?

— Верно.

Иму неожиданно серьёзно посмотрел на Рэя.

— И что это за цель, ты, конечно, не скажешь?

— Она не связана с убийством людей. Этого достаточно?

— Вполне. Мы намерены продолжать поиски того, кто проник в университет, и попробовать уничтожить его.

— Не собираюсь вас останавливать. Мне всё равно, что вы с ним сделаете, если найдёте.

— Тогда может быть, расскажешь ещё что-нибудь? По какой схеме вы проникаете в мир людей? Где вас можно найти? Как поделены территории?

Иму вскинул глаза на Рэя, и в комнате сразу стало на несколько градусов холоднее.

— Это ваша месть. Можете делать, что хотите, но помогать вам я не стану.

И, открыв книгу, он не произнёс больше ни слова.

Примечания:

*Игра «7 минут в раю» больше всего известна как компанейская игра для вечеринок, в которую играют в основном подростки. Суть в том, что выбираются два человека, которым нужно провести 7 минут наедине в темной закрытой комнате. Во время этих 7 минут они могут делать, что захотят. Некоторые проводят это время за беседой, некоторые предпочитают более интимные действия, вроде поцелуев и ласк.

Цветок ириса на холодном ветру (часть первая)

Лето навалилось на наш городишко аномальной жарой. Дома буквально плавились, трава на газонах съёжилась и пожелтела, соседи торчали в бассейнах с утра до вечера, а я тихо умирала, потому что жару не переношу.

Вот Иму был абсолютно доволен жизнью. Говорил, что такая температура ближе к приемлемой. В какой же духовке они там живут, подумать страшно!

Зато спать с ним замечательно. Я имею в виду, просто спать. Иму действует лучше кондиционера — прохладный и офигенно пахнет. Так что я каждое утро скриплю зубами, обнаруживая себя обвивающей его руками и ногами и уткнувшейся носом ему в шею. Просто безумие какое-то. Стоит хоть на минуту потерять контроль над своим телом, как оно тут же тянется к нему, независимо от доводов разума. А о своих снах вообще молчу. Главное, мне кажется очень правильным обнимать его и прикасаться при любой возможности. Но мало ли, что мне кажется. Иму не может испытывать романтических чувств. Что бы он ни говорил, физиологию не победишь.

Это крайне опасное существо ворвалось в мою жизнь, всё в ней перевернуло, напугало до смерти. Но всё равно я никак не могу победить ненормальную привязанность. Хочется находиться рядом, даже несмотря на то, что он подавляет одним своим присутствием. Иногда мне кажется, что я схожу с ума, но просыпаясь по утрам рядом с ним, чувствую себя счастливой до идиотизма. Уверена, Иму всё прекрасно понимает и издевается надо мной, привязывая ещё сильнее. На кой хер ему это? Просто развлечения ради?

Эрика иногда звонила, но не могла долго разговаривать — дел у неё там по горло. Вот бы она вдруг вернулась домой и застала тут кучу незнакомого народа. Но, увы, в ближайшее время о приезде даже речи не было. Контракт — штука суровая, и, как правило, подписав его, ты уже не принадлежишь себе. Жаль, мне просто невыносимо хочется увидеть подругу, так как уже похоронила её пару раз, и теперь очень хочу обрести вновь.

Отношения мальчиков оставались неразгаданной тайной. Я больше не заставала их за чем-то романтичным, и между ними явно ощущалось напряжение. Рэй часто бывал задумчив, больше замыкался в себе, разговаривал мало. А Дани так и продолжал солнышком светить всем вокруг, и только когда смотрел на Иму тень ещё пробегала по его лицу.

За пару месяцев они ездили «на задания» несколько раз, а в последнее время и я увязалась с ними. Началось со странного пожара на соседней улице. За обедом глава семьи мистер Уоллес вспыхнул сам собой, как сухой трут, мгновенно сгорел до углей, только конечности остались нетронутыми. Он даже не понял, что горит, умер от разрыва сердца под крики ужаса своих домочадцев.

Мы в это время пили чай в саду и сразу увидели дым, но когда примчались на место, всё было кончено. Огонь перекинулся на занавески, дом загорелся, но больше никто не пострадал. Бродя по обугленным развалинам гостиной, мы нашли странную сувенирную печать, которую мистеру Уоллесу привёз в подарок двоюродный брат из путешествия по старым индейским поселениям. Как оказалось, индейцы поклонялись духу огня, а печать, которая являлась вместилищем духа, парень прихватил, никого не спросив. Разъярённый дух спалил ни в чём не повинного мистера Уоллеса и затаился в доме, явно собираясь расправиться с остальными. Тут-то его и поймал Черныш, феерично остановив огненный шквал голыми руками.

Меня оттуда вообще выставили, хотя я упрямо влезла в самое пекло и успела вытащить из огня малышку Салли. Парни остались мной вполне довольны, и после этого начали иногда брать с собой.

Стрелять так и не научилась, зато у меня уже неплохо получается проводить ритуалы и контролировать потоки энергии под чутким руководством Дани. Правда, когда он находится слишком близко ко мне, показывая, как пропускать потоки через своё тело, Черныш мгновенно мрачнеет, и я чувствую себя неловко.

Зефирка говорит, вполне возможно, способности у меня наследственные. Но я никогда не слышала, чтобы родители занимались экзорцизмом или чем-то подобным. Надо будет расспросить их, когда поеду домой в следующий раз. И заодно не забыть рассказать, что спуталась с парнем из другого мира, который может призывать всякую нечисть, становиться невидимым и проходить сквозь зеркала. Если мы спим в одной постели и даже разок поцеловались, это же считается, что я с ним спуталась? Ох, как же хочется спутаться с ним во всех приличных и неприличных смыслах. Идея так себе, поэтому я держу себя в руках и стараюсь даже не смотреть на него лишний раз. Ведь при каждом взгляде мысли уезжают в совершенно ненужную сторону.

Иму же ведет себя вполне сносно. Когда не язвит, с ним даже комфортно. Читает книги из моей коллекции со скоростью света, знакомится с человеческим кинематографом и частенько ищет какую-то сверхсложную информацию в интернете. Я как-то попыталась расспросить, что он такое там изучает, в итоге ничего не поняла.

Бывает, его совсем не слышно и не видно, пока не наткнёшься случайно в каком-нибудь неожиданном месте, где он примостился с книгой или ноутбуком. На подоконнике в кухне, где обычный человек при всём желании не удержится, он практически висит в воздухе, скрестив ноги, и поза его так изящна, как если бы он сидел на твёрдой земле. На чердаке, зависая перед треугольным окном. Но больше всего — в моей кровати. Это вообще его самое излюбленное место. И очень глубоко в душе я совершенно не против. Не хочу это признавать, но когда вхожу в комнату и вижу его там, моё сердце помимо воли наполняется теплом и светом. Пока он не откроет рот и не скажет какую-нибудь гадость.